Читай бесплатно и без регистрации: 1865 откровенных историй без цензуры. Новые рассказы каждый день, многие с озвучкой живым голосом.
Мы возвращались с ночной рыбалки. Сосед — мой давний друг, Костя — нёс удочки, а я сумку с рыбой. Дома было тихо. Лена, моя жена, спала. Мы вошли на кухню, поставили снасти, и Костя кивнул на полуоткрытую дверь спальни. — Спит ещё? — спросил он,…
Женя стоял, вжавшись лопатками в стену грязной подворотни за рынком, пока Леся, его стройная брюнетка с холодными глазами, поправляла на нём кружевные стринги, выглядывающие из-под ткани штанов. Пояс верности неприятно давил на яйца, но именно эта боль…
Она скользнула на пассажирское сиденье его старого «Мерседеса», и салон наполнился запахом её духов — тёплой ванили с ноткой чего-то запретного. Я сжал руль, стараясь не смотреть, как короткая юбка униформы задирается выше, обнажая загорелые бёдра. — Ну надо…
Я знала, что это случится, ещё когда он зашёл в отдел. Такой взгляд не спутаешь — он раздевал меня, даже не прикасаясь. Матвей. Тридцать два года, сломанное ребро и наглые глаза, от которых у меня подкашивались колени уже вторую неделю в больнице. А теперь он…
Я сидела напротив него и уже в первые секунды почувствовала, как внутри всё сжимается от желания. Взгляд Алексея скользил по моим губам, потом ниже, к вырезу лёгкого платья, и я невольно сжала бёдра. Летняя терраса кафе почти опустела, только тёплый ветер…
Я, Витя, водила рейсового автобуса, жизнь, казалось, катилась по накатанной: дом, маршрут, депо. Двадцать пять лет, усы, которые я отращивал с зимы, и член, который, казалось, заскучал от однообразия. Но этот день всё изменил. Автобус, грузно вздохнув,…
За окном шумел дождь, крупные капли били по подоконнику, а в квартире стоял густой табачный дым и запах дешевого виски. Мы сидели в зале — я, Саня, Толик и Витя. Бутылка почти опустела, разговор становился всё более пьяным и развязным. Юра зашел около…
Проводница щёлкнула дверным замком, и гул коридора стих, превратившись в монотонный перестук колёс. Мы остались вдвоём в этом маленьком мире из синих полок и тесных стен. Она стояла, прислонившись спиной к двери, и смотрела на меня с той особенной, ленивой…
Кабинет пах сандалом и потом, и этот запах сводил меня с ума. Лена, моя преподавательница йоги, стояла у стола с маслом, и я видел, как под тонкой тканью туники вздрагивают её лопатки при каждом вдохе. — Ты слишком зажат, Артём, — сказала она, не…
Дождь барабанил по жестяному козырьку кафе, стекая мутными ручьями по стеклу. Внутри пахло разогретым кофе и мокрой одеждой. Я замерла, сжимая мокрый зонт, потому что он сидел за столиком у окна, и его взгляд уже скользил по мне, как будто прикасался к…
Офис на двадцатом этаже пустовал. За окнами плавился закат, и длинные тени тянулись по серому ковролину, добираясь до мольберта, который Алиса поставила у панорамного окна. Она не думала о том, что уборщица заглянет сюда через час, или что охранник обходит…
Ветер принёс запах её кожи — тёплый, с ноткой вишнёвого лосьона и лёгкой соли пота. Я стоял у края крыши, когда она подошла слишком близко. Взгляд её зелёных глаз скользнул по моему лицу, задержался на губах. Пальцы случайно коснулись моей руки, и это касание…
Я стояла у самого края крыши, ветер трепал подол короткого платья, а внутри всё уже дрожало. Взгляд Алексея, нашего директора, скользил по моим ногам, по изгибу бедер, и я чувствовала, как соски твердеют под тонкой тканью. Его пальцы случайно коснулись моей…
Вечернее солнце уже касалось края крыши, окрашивая деревянную террасу в тёплый оранжевый. Я стоял за спиной у Алены, мои ладони лежали на её талии, а она медленно выгибалась в позе, которую мы отрабатывали уже третий раз. Её тонкая майка намокла от пота и…
Дождь хлестал по стеклу маленького кафе так сильно, что казалось, весь мир за окном растворился в серой пелене. Мы сидели за самым дальним столиком. Я, новый сотрудник отдела маркетинга, и она — строгая начальница Анна Сергеевна, которая обычно одним взглядом…
— Вот так, — хрипел он, вбиваясь в её задний проход. — Чувствуешь? Твоя попка такая узкая, а я всё равно влез. Она закусила костяшки пальцев, чтобы не закричать в голос. Каждое движение его члена в заднице отдавалось пульсацией в клиторе, волнами расходилось…
— Ну и что ты так смотришь? — Марк развалился на преподавательском столе, скрестив ноги в обтягивающих кожаных штанах. Лямка от его рюкзака сползла с плеча, и он лениво поправил её, блеснув серебряной серьгой в ухе. — Оценку хочешь исправить, или есть другие…
Мы приехали на дачу в пятницу. Таня скинула сарафан и растянулась на шезлонге, голая, раскинув ноги. Соседские пацаны торчали за забором, пялились, чуть ли не давились слюной. Таня только смеялась: «Пусть смотрят, мне не жалко». Вечером у соседей зашумела…
Она скользнула пальцем по ободу руля, и я понял: всё, приехали. Салон его старого «БМВ» пропах кожей, кофе и её духами — чем-то терпким, с ноткой ванили. На заднем сиденье лежал её фартук, скомканный, будто она сбросила его в спешке. — Ну и что мы тут…
— Ты всё так же кусаешь губу, когда врёшь, — сказал Марк, не отрывая взгляда от бокала. Алиса замерла. За окном отеля «Амальфи» шумело вечернее море, и в этом шуме тонул стук её сердца. Мы не виделись три года. Три года, два города и одна незакрытая…
— Ты так смотришь, будто уже раздел меня глазами, — прошептала она, прижимаясь спиной к прохладному бортику каюты. Максим только что привез Ольгу на пристань по вызову. Она оказалась той самой пассажиркой, чьи длинные ноги в тонких колготках сводили его с…
Я замер, когда щёлкнула щеколда. Внутри деревянной будки, в этой вонючей яме, я думал, что здесь безопасно. Сюда никто не ходит, туалет на окраине парка, дальше только заросли. Я забрался сюда, чтобы спрятаться от дождя, а оказалось — от всего мира. Стены…
— Раздевайся, Юра. — Голос Игоря был спокойным, даже будничным, но от этого становилось только страшнее. Я стоял посреди гостиной, чувствуя на себе взгляды шестерых мужиков. Они сидели кто на диване, кто в креслах, кто на подлокотнике. В воздухе висел густой…
— Ты специально задерживаешься, или мне повезло? — голос Сергея прозвучал слишком низко для дежурного вопроса. Слишком близко. Алиса вздрогнула, но не обернулась. Она слышала его шаги по паркету — медленные, тяжелые. За окнами уже стемнело, и стекло…