Запретный ветер на крыше

Ветер принёс запах её кожи — тёплый, с ноткой вишнёвого лосьона и лёгкой соли пота. Я стоял у края крыши, когда она подошла слишком близко. Взгляд её зелёных глаз скользнул по моему лицу, задержался на губах. Пальцы случайно коснулись моей руки, и это касание обожгло, словно током.

— Ты тоже сбежал от вечеринки внизу? — спросила она низким, чуть хриплым голосом. Её звали Лера. Я назвался Максимом.

Мы оказались на техническом этаже старого высотного дома. Внизу гремела корпоративная вечеринка рекламного агентства, где мы оба оказались случайно: она — клиентка, я — курьер, доставивший документы в последний момент. Дверь на крышу никто не запирал. В любой момент мог подняться кто-то из курильщиков или охрана. Это делало воздух густым от запретного возбуждения.

— Меня всегда тянет наверх, когда внизу слишком шумно, — прошептала она, облизнув нижнюю губу. Её короткое чёрное платье плотно обтягивало бёдра, а ветер то и дело задирал подол, открывая гладкую загорелую кожу.

Я шагнул ближе. Её грудь быстро поднималась. Мы оба понимали: слова уже не нужны. Моя ладонь легла ей на талию, притягивая резко, почти грубо. Лера выдохнула мне в шею, её пальцы вцепились в мою рубашку.

— Ты сумасшедший... здесь могут появиться в любой момент, — выдохнула она, но сама прижалась сильнее, тёрлась бёдрами о мой уже твёрдый член.

— Тогда не шуми, — ответил я ей в губы и поцеловал жадно, глубоко. Языки сплелись, она застонала мне в рот. Мои руки скользнули ниже, задрали платье до талии. Под ним оказались только тонкие кружевные трусики, уже влажные.

Лера дрожала. Её кожа горела под моими ладонями. Я прижал её спиной к широкой вентиляционной трубе, холодный металл контрастировал с жаром её тела. Одной рукой я стянул бретельки платья, обнажив упругую грудь с тёмными сосками. Сжал их пальцами, покатал. Она выгнулась, тихо заскулив.

— Сильнее... щипай меня, — прошептала она, глаза полуприкрыты. — Я хочу чувствовать, что это по-настоящему.

Я опустился чуть ниже, прикусил кожу на её шее, оставляя красный след. Другой рукой стянул трусики в сторону. Пальцы сразу нашли горячую, скользкую щель. Лера была очень мокрой. Я провёл двумя пальцами по клитору, потом резко вошёл в неё. Она ахнула, ноги задрожали.

— Ох... Макс... глубже, — выдохнула она, хватаясь за мои плечи. Внизу кто-то засмеялся, голоса приближались к лестнице. Это только подстегнуло.

Я расстегнул ремень, вытащил тяжёлый, пульсирующий член. Лера посмотрела вниз, глаза расширились от желания.

— Быстрее... трахай меня, пока нас не застукали, — почти приказала она.

Я поднял её ногу, упёр коленом в трубу и одним толчком вошёл в тугую, горячую пизду. Лера закусила губу, чтобы не закричать. Я начал двигаться резко, глубоко, каждым толчком вгоняя член до самого основания. Её влажные стенки сжимали меня так сильно, что казалось, она вот-вот кончит.

— Блядь... как ты глубоко... — вырвалось у неё. Она сама начала двигать бёдрами навстречу, кожа шлёпала о кожу. Запах секса смешался с ночным ветром.

Я развернул её лицом к городу, к мерцающим огням. Теперь она опиралась руками на парапет, а я трахал её сзади, одной рукой сжимая грудь, другой — клитор. Пальцы быстро кружили по набухшему бугорку. Лера дрожала всем телом, её стоны становились всё отчаяннее.

— Я сейчас... не останавливайся... — хрипела она. — Кончи в меня... пожалуйста...

Её пизда начала сильно пульсировать, сжимая мой член волнами. Лера кончила первой — резко, почти беззвучно, только длинный выдох и дрожь по всему телу. Я последовал за ней через несколько толчков, изливаясь горячим потоком глубоко внутрь. Сперма текла по её бёдрам, когда я медленно выходил.

Мы оба тяжело дышали. Я опустил её платье, застегнул свои брюки. Лера повернулась, посмотрела на меня блестящими глазами. Мы не сказали ни слова. Просто сели на тёплый бетон у края крыши, плечом к плечу. Ветер трепал её волосы. Внизу всё ещё играла музыка, но теперь она казалась далёкой.

Мы молчали, слушая только дыхание друг друга и биение двух сердец, которые ещё не остыли. Город мигали огнями, а мы просто были — живые, мокрые, запретные и абсолютно довольные.