Читай бесплатно и без регистрации: 1817 откровенных историй без цензуры. Новые рассказы каждый день, многие с озвучкой живым голосом.
Вечер в прибрежном отеле тонул в густом аромате соли и жасмина. Балкон номера на пятом этаже был открыт настежь, и тёплый бриз шевелил тонкие шторы. Я, Анна, сидела в лёгком шёлковом халате, ноги босые на прохладной плитке. Рядом, в кресле, развалился Сергей…
Её соски проступали сквозь тонкое платье ещё в дверях. «Привет, Серёжа», — тихо сказала Анна, и сердце сорвалось в бешеный ритм. Восемь лет ничего не значили. Она сняла пальто, обнажив облегающее белое платье. «Я хочу снимков. Здесь. В твоём подвале. А потом……
Поезд мягко покачивался на рельсах, за окном проносилась тёмная равнина, а в купе СВ горел только приглушённый синий ночник. Я лежал на нижней полке, нога в гипсе покоилась на специальной подставке. Рядом, на противоположной полке, сидела она — медсестра…
— Ты проиграла, — напомнил я, глядя, как её влажные трусики летят мне на колени. — Снимай их. Она закусила губу, оглядела пустую трассу и медленно задрала подол платья. Лена стянула шёлк. Ткань была тёплой, липкой от её возбуждения. — Доволен? — хрипло…
Я всегда любил ночные поезда. Лёгкий стук колёс, приглушённый свет ночника, запах старого дерева и чистого белья. В этот раз купе оказалось на двоих. Когда дверь отъехала, я замер. — Добрый вечер… — тихо произнесла она, ставя небольшую сумку на полку. Это…
Мы приехали в это горное шале на финальный семинар перед защитой. Всё должно было быть строго по делу: лекции, обсуждения дипломов, вечерние посиделки у камина. Но когда группа разъехалась по номерам, в гостиной остались только мы. Я — Алина, двадцать три,…
— Намажь мне спину, — я развязала верх купальника, лямки упали по бокам. Алексей отложил книгу, его пальцы выдавили холодный крем на мою кожу. Его ладони, жёсткие и тёплые, не такие как у Сергея, медленно скользили вниз. Случайно зашли под парео, коснулись…
— Помнишь, как на свадьбе сказал, что заберёшь меня? — её пальцы скользнули по бедру, задирая подол. — Шутил ведь? — Тогда чуть не пожалел, что не успел первым. — А сейчас? — Лена расстегнула ремень, платье задралось до кружевных трусиков, влажных в свете…
— Помнишь, проигравший выполняет любое желание? — Лена откинулась на сиденье, раздвинула колени, и я увидел, как тонкая ткань трусиков впилась между её влажных губок. Солнце выжигало салон, запах её духов смешался с горячим пластиком. Она медленно провела…
Её бёдра под тонким платьем блестели в лунном свете, и я уже знал, что под кружевом трусиков — влажно. Анна подошла вплотную, маска лисы скрывала половину лица, но глаза горели голодом. — Ты смотрел на меня так, будто хотел раздеть, — прошептала она, касаясь…
Бар «Блэк Роза» гудел от женского визга, когда Леся толкнула Женю в центр зала. Двенадцать пар глаз — подруги, собутыльницы, проверенные бой-бабы — разглядывали его, стоящего на коленях в одних боксерах. Он дрожал, сжимая ладони на затылке, как его…
Его пальцы на моей голой спине обожгли кожу, будто никогда и не убирались. — Две недели я сходил с ума без твоего вкуса, — его дыхание обожгло ухо, а ладонь уверенно скользнула под платье. Я выдохнула его имя, но он уже вёл меня сквозь пьяный гул банкета к…
Он смотрел на мой лобок так, будто отвык дышать. Десять лет я не видела Алексея, лучшего друга мужа, а теперь его камера щёлкала в полумраке студии, а его пальцы дрожали у края моих кружевных трусиков. — Раздевайся, Лерочка, — его голос прожжал в тишине,…
Яхта мягко покачивалась на ночной волне, огни порта давно растворились за горизонтом. Только луна и приглушённые лампы на палубе освещали тёмное дерево и белые кожаные диваны. Я стоял у борта с бокалом виски, когда она вышла из салона в своей короткой чёрной…
Её пальцы коснулись моей руки утром, передавая стакан, и я три месяца мечтал только об этом. Алина, высокая, в узкой юбке, каждый день брала латте и улыбалась мне, Максу. Сегодня вечером в пустом вестибюле она постучала в стекло: «Лифты не ходят, подбросишь?»…
— У тебя руки дрожат, Серёжа… или это я так на тебя действую? — Зелёное платье прилипло к её груди, соски проступали сквозь мокрый шёлк. Она вдова, соседка, старше на семь лет — и впервые не в чёрном. Ливень хлестал по стёклам, свет погас, остались только…
— Твоя киска уже мокрая, я чую запах с трёх метров, — голос Кая режет ночную тишину, низкий, рычащий. Я, Лада, замираю с углём в пальцах у мольберта на крыше старого дома. Мы одни. Он натурщик из закрытого чата, демон с глазами расплавленного серебра и…
Мы с Леной уже третий час лежали в душном купе, не глядя друг на друга. После той дурацкой ссоры в Москве молчание висело тяжелее, чем запах старого вагона. Поезд мерно постукивал колесами, за окном мелькали редкие огни станций. Я думал, что эта ночь пройдет…
Его пальцы скользнули по моей шее, и я забыла, как дышать. Гроза заперла нас в беседке на крыше, Игорь нависал надо мной, инструктор по йоге и её самый нерадивый ученик. Пиджак укрывал мои плечи, но жгла его ладонь на затылке. «Боишься?» — шепнул он, касаясь…
«Охренеть… Кирюха? Тот самый, что пялился на мои сиськи из-за двери?» — её низкий голос прорезал шум свадьбы. Марина. В изумрудном платье, которое облегало её зрелую фигуру так, будто было нарисовано. Подошла ближе, и я почувствовал тепло её кожи, запах духов…
Вечеринка в большом лофте уже набрала обороты. Корпоратив после успешного проекта растянулся до ночи, огни приглушены, на стенах пляшут цветные блики от проектора. Я стоял у окна с бокалом виски, когда увидел её. Анна, наша преподавательница йоги с курсов,…
Я стояла на палубе яхты, ветер трепал мои волосы, а в груди уже колотилось так, будто я снова была той девчонкой из художественной школы. Солнце только-только село, небо над морем стало густо-фиолетовым. Когда он поднялся по трапу, я чуть не выронила…
Я стояла в тесной кабинке старого офисного лифта и нервно теребила ремешок сумки. Рядом, почти прижимаясь ко мне плечом, стоял он — Максим, мой ученик с вечерних курсов йоги. Высокий, с широкими плечами и той самой дерзкой ухмылкой, которая всегда заставляла…
Мы вчетвером лежали на мягких массажных столах в полутёмном зале спа-салона. Запах лаванды и сандала висел густо, почти осязаемо. Приглушённый свет ламп в форме лотосов падал на деревянные стены, а за тонкой ширмой тихо играла этническая музыка. Девичник…