Свадебный вальс для двоих

Она поймала его взгляд через бокал с шампанским — и впервые за две недели не отвернулась. Искры лопались в золотистой жидкости, и Лера смотрела, как Андрей сжимает ножку бокала, как ходит кадык, когда он сглатывает. Она чувствовала его взгляд на своих плечах — открытых, в этом дурацком платье, которое она купила назло ему. Или для него.

— Ты танцуешь? — он оказался рядом внезапно, и его ладонь легла на её поясницу. Обжигающе, даже через шёлк.

— С тобой? — усмехнулась она, но не отодвинулась. Его пальцы чуть сжались.

— Ага. Или так и будем играть в гляделки, пока невеста не уехала?

Гремела музыка, мелькали чужие лица. Лера позволила увести себя в круг, позволила притянуть ближе, пока не ощутила жар его бедра через тонкую ткань. Андрей наклонился к уху:

— У тебя мурашки. Я помню, что это значит.

— Это значит, что я замёрзла, — выдохнула она, но голос предательски дрогнул.

— Врёшь. Ты всегда так смотришь на меня, когда хочешь, чтобы я тебя трахнул.

У неё перехватило дыхание. Две недели тишины, две недели по разные стороны кровати. И вот теперь его пальцы блуждают по её спине, спускаясь всё ниже, к кромке трусиков, и Лера чувствует, как между ног становится влажно. Из-за этого. Из-за его рук. Из-за его слов.

— Здесь люди, — прошептала она.

— Здесь свадьба. Все пьяные. Никому нет дела.

Он увлёк её к выходу, мимо столиков, мимо ярких букетов, в прохладный коридор гостиницы. И прижал к стене, впившись в губы жадным поцелуем. Лера застонала ему в рот, вцепившись в его пиджак, притягивая ближе. Андрей уже задирал ей платье, уже спускал бретельки, оголяя грудь. Она чувствовала, как его член упирается в её живот через брюки.

— Прямо здесь? — выдохнула она, когда он прикусил её сосок.

— Ага. Ты же этого хочешь. Хочешь, чтобы я взял тебя здесь, где нас могут увидеть?

Он опустился на колени, раздвинул её ноги, и Лера запрокинула голову, когда его язык нашёл клитор. Влажно, горячо, отчаянно. Она вцепилась в его волосы, притягивая ближе, чувствуя, как его пальцы скользят внутрь, растягивая её. Она уже мокрая, готовая, и она шепчет:

— Андрей... хватит... я хочу тебя...

Он поднялся, приподнял её за ягодицы, и она обвила ногами его талию. Он вошёл в неё одним движением — глубоко, резко, до самого основания, и Лера вскрикнула, впившись ногтями в его плечи. Он замер на мгновение, давая ей привыкнуть, а потом начал двигаться. Медленно, тягуче, так что она чувствовала каждый дюйм его члена внутри себя.

— Боже... — выдохнула она, чувствуя, как его пальцы впиваются в её ягодицы.

— Скажи мне, что ты скучала по этому, — прошептал он ей в шею, ускоряя темп.

— Скучала... — она закусила губу, когда он двинулся глубже.

— Скажи, что я нужен тебе.

— Нужна... нужен... — она уже не понимала, что говорит. Он трахал её, прижимая к стене, и где-то за поворотом слышались голоса гостей. Лера закусила руку, чтобы не закричать, когда оргазм начал подниматься внизу живота, как волна.

Андрей сменил угол, и она почувствовала, как его член задевает чувствительную точку внутри. Лера застонала громче, не в силах сдержаться, и он зажал ей рот поцелуем, поглощая её крики. Она кончила резко, содрогаясь всем телом, сжимая его внутри, и он последовал за ней, с глухим рычанием изливаясь в неё.

Они стояли, тяжело дыша, прижавшись лбами. Голоса за поворотом стихли. Лера опустила ноги на пол, поправила платье, и вдруг расхохоталась — звонко, легко, как будто из неё вышли все обиды.

— Ты что? — Андрей улыбнулся, заправляя прядь ей за ухо.

— Мы только что трахались в коридоре гостиницы. На свадьбе. Через две недели ссоры.

— Ну, — он обхватил её лицо ладонями, — зато теперь у нас есть что вспомнить.

Она притянула его за галстук, целуя — мягко, благодарно. И улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается по телу.

— Пошли обратно. А то подумают, что мы сбежали.

— А мы и сбежали. Но теперь — можем вернуться.