Чужой разговор

Димка стоял у плиты, переворачивая шкворчащие куски мяса, и даже не обернулся, когда Алиса вошла. Она прислонилась к дверному косяку, глядя, как играют мышцы под его футболкой, и чувствуя, как от жара плиты и от его близости по коже бегут мурашки.

— Мясо пахнет так, что голова кружится, — сказала она тихо, делая шаг вперёд.

Он обернулся, и в его взгляде мелькнуло что-то тёмное, почти хищное. Губы дрогнули в усмешке.

— Тогда подойди.

Девчонки галдели в гостиной, звон бокалов и смех доносились приглушённо, но здесь, на кухне, стояла совсем другая тишина — тягучая, горячая. Алиса подошла ближе, почти касаясь его грудью, и заглянула в кастрюлю, хотя ей было плевать на ужин.

— Ты всё слышала, да? — спросил он вдруг, не поворачивая головы, и голос его стал ниже. — Всё, что я говорил Серёге вчера?

Алиса вздрогнула, но не отступила. Она вспомнила: он сидел на крыльце, курил и говорил, что она сводит его с ума, что он готов трахать её прямо на этом столе, среди тарелок и бокалов. Тогда она замерла за дверью, зажав рот ладонью.

— Слышала, — выдохнула она.

Димка медленно выключил конфорку, отставил сковороду в сторону и повернулся к ней лицом. Между ними оставался сантиметр воздуха, и этот сантиметр плавился.

— И молчала весь вечер, — он провёл пальцем по её ключице, едва касаясь, и Алиса втянула воздух. — Дразнила меня этим платьем, наклонялась, смеялась. Думала, я не замечу?

— А ты заметил? — её голос сел, стал хриплым.

Вместо ответа он прижал её бёдрами к краю стола, и холод дерева резко контрастировал с жаром его тела. Она ахнула, когда его руки скользнули под подол, сжимая ягодицы так, что пальцы впились в кожу.

— Скажи, что хочешь этого, — прошептал он, касаясь губами её уха.

— Хочу.

Слова застряли в горле, но она вытолкнула их, и Димка тут же подхватил её, усаживая на стол. Чашка с ложкой звякнули и упали на пол, разбившись, но ей было всё равно. Он стянул с неё трусы — резко, вниз по ногам, и они повисли на одной туфельке.

— Тихо, — выдохнул он, поглаживая её бедро, разводя колени в стороны. — Девочки услышат.

Алиса закусила губу, чувствуя, как его пальцы скользят по влажной коже, нащупывая самое горячее место. Она выгнулась, вцепившись пальцами в его плечи, и застонала сквозь зубы.

— Дим…

— Тсс, — он накрыл её рот поцелуем — жадным, глубоким, язык ворвался внутрь, смешиваясь с её дыханием.

Она чувствовала, как он расстёгивает джинсы, как ткань шуршит, а потом горячая головка члена скользнула по её бедру, ища вход. Алиса сама подалась вперёд, обхватив его ногами, и он вошёл — медленно, до самого конца, так что она выгнулась дугой, упёршись ладонями в стол.

— Чёрт… — выдохнул он ей в шею, замирая на мгновение.

— Давай, — прошептала она, кусая его плечо. — Не останавливайся.

Он двинулся — сначала плавно, раскачивая её тело, заставляя стол поскрипывать в такт. Алиса смотрела на него, на его прикушенную губу, на испарину на лбу, и чувствовала, как внутри разливается жар. Каждый толчок отдавался внизу живота, заставляя её сжиматься вокруг него.

— Ты даже не представляешь, — прохрипел он, ускоряясь, и его ладонь легла ей на затылок, притягивая для очередного поцелуя, — как я хотел тебя вчера. Как смотрел на твои ноги и думал только об этом.

— Я знаю, — Алиса почти смеялась, прерывисто дыша. — Я видела.

Он вбивался в неё всё быстрее, уже не сдерживаясь, и она ловила ртом воздух, чувствуя, как приближается волна. Её пальцы скользили по его спине, царапая футболку, ноги дрожали от напряжения.

— Кончи для меня, — его голос стал хриплым шёпотом, почти мольбой. — Сейчас.

И она сломалась — тело выгнулось, по спине побежали мурашки, и она застонала, вцепившись зубами в его плечо, чтобы не закричать. Димка сделал ещё несколько резких толчков и замер, выдыхая ей в шею горячий воздух, и его пульс бился где-то внутри неё.

Несколько секунд они стояли, ловя ртом воздух, прижавшись друг к другу. Потом он отстранился, поправил джинсы, а она спрыгнула со стола, подбирая трусы с пола.

— В гостиной, кажется, шампанское открыли, — сказал он с кривой улыбкой, кивая на дверь.

Алиса усмехнулась, поправляя платье.

— Я сейчас.

Она вышла в коридор, чувствуя, как горят щёки и как сладко ноет тело. Никто ничего не заметил — девчонки спорили о каком-то фильме. Алиса взяла бокал и сделала глоток, глядя, как Димка возвращается к плите, будто ничего не случилось.

Но она знала: всё случилось. И он тоже знал.