Игра в пламени драконьей крови

— Олеся, не трусь, — Злата толкнула меня в плечо, и я чуть не опрокинула бокал с вином. — Мы же договорились: никаких правил. Только правда и действие.

Я оглядела нашу компанию. Мы сидели в гостиной дома Кайлена — огромной зале с камином, где вместо дров потрескивали рубиновые кристаллы. Кайлен развалился в кресле, длинные ноги в чёрных штанах вытянуты к огню, на губах ленивая усмешка. Сиар, напротив, замер на подушках, сложив руки на коленях, и смотрел на меня так, будто я была загадкой, которую он уже решил, но не спешил озвучить ответ.

— Я не трушу, — соврала я и сделала глоток. Вино обожгло горло, разлилось теплом в груди. — Просто мы не договаривались, что играть будем вчетвером. Я думала, это будет...

— Что? — перебил Кайлен, подавшись вперёд. — Скучное перебирание бумажек? Олеся, мы драконы. Мы не умеем скучать.

Злата хмыкнула и откинулась на спинку дивана, закинув ногу на ногу. Короткое платье задралось, открывая бёдра, но она даже не поправила — смотрела на меня с вызовом.

— Правила простые, — сказал Сиар тихо, но его голос перекрыл треск кристаллов. — Ты выбираешь: правда или действие. Если правда — отвечаешь честно. Если действие — выполняешь. Вопросы и задания могут быть любыми. Даже если рядом остальные.

— Любыми? — переспросила я, чувствуя, как жар от камина становится гуще.

— Любыми, — подтвердил Кайлен, и в его глазах мелькнул золотой отблеск. — Ну что, испугалась?

Я поставила бокал на пол. Ладони вспотели, но отступать было поздно — Злата уже улыбалась, предвкушая веселье.

— Начинаем, — сказала я.

Кайлен достал из кармана монету — старую, с выгравированным драконьим глазом. Подбросил, поймал, хлопнул по тыльной стороне ладони.

— Решка — Олеся. Орёл — Злата.

Так. Олеся. Ты должна взять мм....кайлена....в рот...

Монета звякнула о ладонь Кайлена. Он медленно поднял руку, глядя на меня поверх пальцев, и я затаила дыхание.

— Решка, — объявил он и перевернул монету. На его ладони блеснул драконий глаз. — Олеся. Твоя очередь.

В груди ёкнуло. Я обвела взглядом комнату: Сиар сидел неподвижно, сложив руки на коленях, и смотрел на меня с лёгкой улыбкой. Кайлен лениво крутил монету между пальцами. Злата подалась вперёд, облизнув губы.

— Правда или действие? — спросила она, и в её голосе скользнула кошачья ласка.

— Действие, — выдохнула я, потому что правда сейчас страшила больше. Кто знает, о чём они спросят? О том, что я чувствую к Сиару? О том, что мне снится по ночам?

Злата улыбнулась — медленно, хищно, будто кошка, заметившая мышь.

— Отлично. — Она откинулась на спинку дивана, скрестив руки на груди. — Тогда слушай. Ты должна взять Кайлена в рот.

Воздух в комнате стал гуще. Я замерла, чувствуя, как щёки заливает жаром. Сиар кашлянул, но ничего не сказал. Кайлен поднял бровь, усмехнулся, но остался сидеть неподвижно, выжидающе глядя на меня.

— Что? — переспросила я, надеясь, что ослышалась.

— Ты слышала, Олеся, — фыркнула Злата. — Правила игры: действие. Любое. Ты согласилась.

— Но я думала, это будет... — Я запнулась, не находя слов. — Поцелуй там. Или рассказать секрет.

— Поцелуй? — Кайлен хмыкнул, и в его голосе послышалась насмешка. — Олеся, мы драконы. Мы не играем в детские игры.

Сиар кашлянул снова, и я перевела на него взгляд, ища поддержки. Но он лишь пожал плечами — мол, правила есть правила.

— Ну? — Злата наклонила голову, не сводя с меня глаз. — Будешь выполнять или сливаешься? Только учти: если сольёшься, ты проиграла. А проигравший выполняет три желания победителя.

Бери, Олеся. Я устал ждаьь

— Бери, Олеся. Я устал ждать.

Голос Кайлена прозвучал низко, с хрипотцой, и от этого звука у меня мурашки побежали по спине. Он не двинулся с места — так и сидел, развалившись в кресле, но в его глазах разгорался тот самый золотой огонь, который я видела у него в бою. Только сейчас он был направлен на меня.

Я медленно поднялась. Ноги дрожали, но я заставила себя сделать шаг, потом ещё один. Злата одобрительно хмыкнула, и я кожей чувствовала её взгляд — цепкий, изучающий. Сиар молчал, и это молчание давило на плечи тяжелее любых слов.

Кайлен не шевелился, пока я приближалась. Только смотрел — снизу вверх, лениво, будто знал, что я всё равно приду. Я остановилась между его разведённых коленей, чувствуя жар, исходящий от его тела. В камине трещали рубиновые кристаллы, и этот звук почему-то отдавался у меня в висках.

— Ну? — выдохнул он, и я поняла, что медлить больше нельзя.

Я опустилась на колени. Ковёр был мягким и тёплым, и эта мысль показалась дикой — я думаю о ковре, когда мне нужно... когда я должна...

Кайлен расстегнул ширинку одним плавным движением. Штаны скользнули вниз, и я увидела его — уже твёрдый, с влажной капелькой на головке. Он провёл ладонью по стволу, медленно, почти ласково, и посмотрел на меня.

— Давай, Олеся. Покажи, на что ты способна.

Я облизнула пересохшие губы и наклонилась вперёд. Коснулась языком головки — солоновато, горячо, и от этого вкуса у меня перехватило дыхание. Кайлен выдохнул сквозь зубы, и я почувствовала, как его пальцы легли мне на затылок — не надавливая, просто касаясь.