Спор в палатке

Дождь барабанил по тенту, когда я понял, что проиграл. Соня смотрела на меня с этим своим дьявольским прищуром, облизывая губы после глотка чая. Условия спора были просты: кто первый струсит и предложит вернуться к машине, тот выполняет любое желание победителя. Я предложил. Она улыбнулась.

— Раздевайся, — сказала она просто, отставляя кружку.

Воздух в палатке стал густым и липким. Я замер, глядя, как она расстегивает свою куртку, не сводя с меня глаз. Под ней оказалась тонкая майка, и я видел, как под тканью твердеют ее соски от холода и еще от чего-то, что читалось в ее взгляде.

— Я не про то... — начал я, но она перебила.

— Я знаю, про что ты. Ты проиграл. И я хочу, чтобы ты разделся. Медленно.

Мои пальцы дрожали, когда я стягивал флиску. Соня наблюдала, покусывая нижнюю губу, и в ее глазах плясали блики от фонаря. Она сделала глоток чая и поставила кружку на пол, рядом со спальником.

— Теперь штаны.

Я спустил спортивные штаны, оставшись в одних трусах. Соня хмыкнула, окинув меня взглядом, от которого по коже побежали мурашки.

— А ты неплохо сложен для городского, — она подползла ко мне на коленях, и я чувствовал запах дождя и ее тела, смешанный с ароматом травяного чая. — Но я хочу видеть все.

Ее пальцы легли на резинку моих трусов, и она потянула их вниз, медленно, дразняще. Я был уже твердый, и когда она освободила мой член, воздух перехватило от ее близости. Она не отвела взгляд, наоборот, взяла его в ладонь, чувствуя тяжесть и жар.

— Ого, — выдохнула она. — Вот это спортивный приз.

— Соня... — мой голос сел.

— Тсс, — она сжала пальцы, и я зашипел от удовольствия. — Ты мой должник. И я собираюсь получить свое.

Она толкнула меня на спину, растянувшуюся на спальнике. Дождь усилился, застучал по тенту, создавая ритм, под который она оседлала меня, не снимая своих походных штанов. Я мог чувствовать жар ее тела даже через ткань.

— Сначала ты меня разогреешь, — она взяла мою руку и положила себе на грудь. — Давай, покажи, на что способны эти пальцы.

Я сжал ее грудь, чувствуя, как напрягается сосок под майкой. Соня выгнулась, запрокинув голову, и я стянул майку вверх. Она была без лифчика, и ее грудь оказалась в моих ладонях — идеальная, с твердыми сосками, которые я взял в рот, по очереди, обводя языком.

— Да... — прошептала она, вцепившись пальцами в мои волосы. — Вот так.

Она расстегнула свои штаны, и я помог ей стянуть их вместе с трусами. Она была мокрая, я чувствовал это, когда мои пальцы скользнули между ее ног. Соня тихо застонала, прикусив кулак, когда я начал гладить ее клитор, медленно, по кругу.

— Не дразни, — выдохнула она. — Я хочу тебя. Сейчас.

Она приподнялась, и я направил свой член к ее входу. Она опустилась медленно, на дюйм, и я чувствовал, как туго ее тело принимает меня. Соня замерла, привыкая, и наши взгляды встретились. В ее глазах было что-то дикое и запретное.

— Черт, — выдохнула я.

Она начала двигаться, сначала медленно, покачивая бедрами, потом быстрее. Я сжимал ее бедра, направляя ритм, чувствуя, как она сжимается вокруг меня. Дождь барабанил, заглушая наши стоны, а воздух в палатке стал горячим и влажным.

— Сильнее, — прошептала она, наклоняясь ко мне. — Трахай меня сильнее.

Я перевернул ее, оказавшись сверху, и вошел в нее глубоко, до самого основания. Соня вскрикнула, вцепившись ногтями в мою спину. Я двигался резко, вбиваясь в нее, чувствуя, как ее ноги обхватывают мою талию.

— Да! Вот так! — кричала она, не сдерживаясь.

Я чувствовал, как приближается мой оргазм, и замедлился, но Соня схватила меня за задницу и притянула к себе.

— Не смей останавливаться. Кончи в меня.

Она кончила первой, содрогаясь всем телом, и я последовал за ней, взорвавшись внутри нее. Мы замерли, тяжело дыша, покрытые потом. Некоторое время мы молчали, слушая дождь и дыхание друг друга. Соня легла на спину, прикрыв глаза, и я растянулся рядом, чувствуя, как ее пальцы находят мои.

— Спор выигран, — прошептала она, не открывая глаз.

— Я знаю, — ответил я, чувствуя, как ее рука сжимает мою.