Латексный рубеж

Вино кончилось, а разговор — нет. Мы сидели на моей кухне, и я ловила себя на том, что смотрю на его пальцы, обхватившие бокал, дольше, чем положено соседке. Андрей, тридцать пять, разведён, живёт через стенку — и с некоторых пор я ловлю его взгляд на своих бёдрах, когда он помогает мне донести сумки.

— Покажу тебе кое-что, — сказала я, вставая и чувствуя, как кружится голова от «каберне» и его близости. — Я заказала это на прошлой неделе. Глупость, наверное.

Он усмехнулся краешком рта, и от этой усмешки у меня внутри всё сжалось. Я повела его в спальню, где на спинке кресла висел чёрный латексный комбинезон — молния спереди, от горла до паха, тонкая резина, которая должна облегать каждую линию тела.

— Примерь, — сказал он, и это прозвучало не как просьба.

Я замерла. Сердце колотилось где-то в горле.

— Здесь? — выдохнула я.

— А где ещё? — он шагнул ближе, и я почувствовала жар его тела через тонкую блузку. — Или ты боишься?

Я развернулась к нему спиной и начала расстёгивать пуговицы. Пальцы не слушались. Когда блузка упала на пол, я почувствовала, как его взгляд скользит по моей спине, по застёжке бюстгальтера.

— Помоги, — попросила я шёпотом.

Его пальцы — уверенные, тёплые — справились с застёжкой за секунду. Я выдохнула, снимая лифчик и трусы, чувствуя себя невероятно открытой перед ним впервые за два года вдовства. Латекс был прохладным, когда я потянула его на себя — он скользил по коже, обтягивая грудь, талию, бёдра. Я повернулась к Андрею, чувствуя, как резина липнет к телу, подчёркивая каждый изгиб.

— Чёрт, — выдохнул он, и в его глазах вспыхнуло что-то голодное. — Иди сюда.

Он не поцеловал меня — он набросился, прижимая к стене. Я почувствовала его твёрдый член через джинсы, прижатый к моему животу, и застонала ему в рот. Его руки скользили по латексу — гладкому, скользкому, — сжимая мои ягодицы через резину.

— Я хочу тебя, — прорычал он, отрываясь от моих губ. — Прямо сейчас.

— Тогда сними это, — я дёрнула за его ремень.

Он справился с джинсами за полминуты, и я успела заметить, как сильно он возбуждён — член стоял твёрдо, набухший, с влажной головкой. Я опустилась на колени, не в силах удержаться, и провела языком по всей длине, пока он запускал пальцы в мои волосы, сжимая их.

— Ох… — выдохнул он. — Да, детка.

Я взяла его глубже, чувствуя, как латекс натягивается на моих плечах, как гладкая резина трётся о мои соски, делая их болезненно чувствительными. Он застонал, запрокинув голову, и я почувствовала его пальцы на своей шее, поглаживающие край комбинезона.

— Хватит, — хрипло сказал он, поднимая меня. — Я хочу быть внутри тебя.

Он развернул меня, прижимая к стене, и я почувствовала, как его член скользит между моих ягодиц, по латексу, по моей влажной щели сквозь резину. Я вскрикнула от этого ощущения — гладкого, скользкого, безумного.

— Андрей, пожалуйста…

— Что? — он дразнил меня, водя головкой по клитору через латекс.

— Трахай меня, — выдохнула я. — Пожалуйста.

Он рванул молнию вниз, до самого паха, и я почувствовала, как резина расходится, открывая мою влажную киску. Он вошёл одним движением — глубоко, резко, до конца, — и я закричала, вцепившись в стену.

— Вот так, — прошептал он, начиная двигаться. — Чувствуешь?

Я чувствовала всё: его член внутри меня, латекс на моей груди, его пальцы, сжимающие мои бёдра. Он трахал меня жёстко, умело, попадая в каждую чувствительную точку, пока я стонала, выгибаясь в этом чёрном коконе.

— Ты такая мокрая, — выдохнул он мне в ухо. — Так туго. Так горячо.

Я кончила первой — волна накрыла меня внезапно, заставив выгнуться и закричать, сжимая его внутри себя. Он продолжал двигаться, не останавливаясь, пока я дрожала в его руках.

— Ещё, — потребовала я, разворачиваясь к нему лицом. — Хочу видеть тебя.

Я упала на кровать, раскинув ноги, и он навис надо мной, всё ещё в латексе, всё ещё в джинсах, спущенных до колен. Он вошёл снова, и я обхватила его ногами, чувствуя, как латекс скользит по его бёдрам, как резина трётся о мою кожу.

— Кончи в меня, — прошептала я. — Хочу почувствовать.

Он застонал, ускоряясь, и я чувствовала, как его тело напрягается, как он сжимает мои бёдра в последний момент, когда изливается в меня горячей струёй, заставляя меня кончить снова вместе с ним.

Утром я проснулась от запаха кофе. Андрей стоял у плиты в моей футболке, и я увидела, как он смотрит на меня через плечо — с улыбкой, которая не оставляла сомнений, что этот вечер повторится. Латексный комбинезон висел на спинке стула, поблёскивая в утреннем свете, как обещание.