Гроза в бане

Первый раскат грома прокатился над крышей, когда Вера уже стягивала мокрую простыню с полки. Деревянные стены бани вздрогнули, и свет лампы на миг мигнул, отбрасывая дрожащие тени на разгорячённые тела. Сергей сидел в углу, облокотившись на парную стену, и смотрел на неё так, как не смотрел уже месяц — с голодным, почти осязаемым желанием.

— Далеко собралась? — его голос прозвучал хрипло, но в нём не было прежней колкости.

Вера замерла, чувствуя, как капли пота стекают между лопаток. Она повернулась к нему, и простыня соскользнула с её плеча, обнажая грудь. Сергей шумно выдохнул.

— Не смотри так, — она попыталась улыбнуться, но голос дрогнул.

— А как смотреть? — он поднялся, и она увидела, как поднимается его член. — Ты стоишь передо мной голая, а я целый месяц спал на диване, ненавидя тебя за дурацкие слова.

— Я тоже тебя ненавидела, — прошептала Вера, но сама шагнула к нему. — За то, что не позвонил, когда я уехала к маме.

— Ты выключила телефон, — он провёл ладонью по её щеке, и она почувствовала, как дрожат его пальцы. — Я звонил сорок два раза.

Гроза грохнула прямо над головой, и Вера вздрогнула, прижавшись к его груди. Её соски коснулись его загорелой кожи, и Сергей глухо застонал, обхватывая её за талию.

— Глупая, — он поцеловал её в шею, и она выгнулась, чувствуя, как его пальцы сжимают её ягодицы. — Самая глупая женщина, которую я знаю.

— Тогда почему ты меня хочешь? — она прошептала это прямо в его губы, и он ответил, впиваясь в её рот с такой жадностью, что у неё подкосились ноги.

Вера отстранилась на секунду, глядя ему в глаза. Молния осветила его лицо — мокрое, возбуждённое, родное. Она опустилась на колени, и Сергей перехватил её под локти.

— Не надо, — выдохнул он. — Я хочу тебя всю. Сразу.

— А я хочу тебя в рот, — она провела языком по его головке, и он зашипел, запрокидывая голову. — Ты скучал по мне?

— Чёрт, да, — он зарылся пальцами в её мокрые волосы. — Скучал по всему. По тому, как ты пахнешь. По твоему рту. По тому, как ты стонешь.

Вера взяла его глубже, и Сергей толкнулся ей в горло, забывая про нежность. Она не сопротивлялась — наоборот, обхватила его ягодицы и притянула к себе, посасывая с таким усердием, что он задрожал.

— Хватит, — он вытащил член и поднял её за талию. — Иначе я кончу, а я хочу это сделать в тебе.

Он развернул её лицом к стене, и Вера упёрлась ладонями в тёплое дерево, подаваясь назад. Его член скользнул по её скользкой щели, и она застонала, чувствуя, как он дразнит её клитор.

— Скажи, что хочешь, — его голос звучал низко, почти угрожающе.

— Хочу, — выдохнула она. — Хочу тебя в себе. Пожалуйста.

Сергей вошёл с одного толчка, и Вера вскрикнула — она была такой мокрой, что его член вошёл до конца, упираясь в самую глубину. Он начал двигаться медленно, но с каждым толчком всё сильнее, и она чувствовала, как стена бани холодит её грудь, а внутри — жар его тела.

— Быстрее, — попросила она, и он ускорился, заставляя её стонать в такт грозе.

Сергей наклонился, обхватывая её грудь сзади, и сжал соски, заставляя её выгнуться. Его пальцы скользнули к клитору, и Вера почувствовала, как приближается оргазм.

— Не кончай, — прошептал он ей в ухо. — Я хочу видеть твоё лицо.

Он развернул её, поднял на руки, и Вера обхватила его ногами. Он опустил её на себя, и она застонала, чувствуя, как его член входит ещё глубже под этим углом. Она скакала на нём, вцепившись в его плечи, а он смотрел на неё, не отрываясь.

— Я люблю тебя, — выдохнула она на пике, и он кончил вместе с ней, прижимая её к себе так крепко, что она почувствовала, как его сердце бьётся в унисон с её.

Гроза стихла, оставив только запах озона и мокрой листвы. Вера уткнулась лицом в его шею, чувствуя, как его сперма стекает по её внутренней стороне бедра.

— Прости, — прошептала она.

— Я тоже, — он поцеловал её в макушку. — Но теперь у нас есть повод ссориться чаще.