Глаза в полумраке

Вечеринка в новой квартире шумела уже третий час. Гости разбрелись по просторной гостиной и кухне-гостиной, кто-то курил на балконе, кто-то танцевал под приглушённый lo-fi. Я стоял у окна с бокалом виски и наблюдал, как свет от гирлянды дробится в стекле. Меня звали Артём, я был тем самым фотографом, которого пригласили «сделать атмосферные снимки новоселья».

А потом я увидел её.

Она стояла у барной стойки в лёгком чёрном платье, которое едва прикрывало бёдра. Длинные тёмные волосы падали на плечи, а глаза… Блядь, эти глаза. Огромные, зелёные, с тяжёлыми ресницами. Они будто светились изнутри. Я не выдержал и сделал несколько кадров с расстояния. Она заметила вспышку, повернулась и улыбнулась уголком губ.

— Ты Артём, да? — спросила она, подходя ближе. Голос низкий, чуть хрипловатый. — Мне сказали, ты лучший на такие вечеринки.

— А ты… — начал я.

— Лиза, — протянула она руку. Пальцы были тёплые. — Хозяйка дома. Ну почти. Это моя квартира.

Мы разговорились. Она рассказывала про переезд, про то, как ненавидит собирать мебель, про то, что устала от шумных тусовок, но всё равно их устраивает. Я слушал и не мог отвести взгляд от её глаз. Каждый раз, когда она смотрела прямо на меня, внутри что-то сладко сжималось.

Позже, когда большинство гостей уже разошлись, мы оказались в небольшой комнате, которую она называла «фотостудией». Там стоял мягкий диван, большой торшер с тёплым светом и штатив с моей камерой. Лиза закрыла дверь.

— Хочешь снять меня по-настоящему? — спросила она тихо.

— В каком смысле? — я поставил бокал на подоконник.

— Без гостей. Без поз. Просто… меня. Такую, какая я есть.

Я кивнул. Сердце стучало в висках.

Она села на край дивана, медленно сдвинула бретельку платья с плеча. Ткань скользнула вниз, обнажив грудь. Соски уже стояли твёрдыми. Я сделал первый кадр. Потом второй. Каждый раз, когда затвор щёлкал, она слегка вздрагивала, будто вспышка касалась её кожи.

— Ты знаешь… — прошептала она, глядя прямо в объектив, — я слышала, что ты сказал своему другу на кухне час назад.

Я замер. Горло пересохло.

— Когда ты сказал, что хочешь меня трахнуть, глядя в эти глаза… — она облизнула нижнюю губу. — Я всё слышала, Артём.

— Лиза, я…

— Тшш, — она встала, подошла вплотную. Её глаза были совсем близко. Глубокие, влажные, полные желания. — Я не обиделась. Наоборот. Мне стало так мокро, что пришлось пойти в ванную и вытереться.

Её пальцы коснулись моей рубашки, начали медленно расстёгивать пуговицы.

— Так что давай… — выдохнула она мне в губы. — Снимай. А потом делай со мной всё, что хотел.

Я поставил камеру на непрерывную съёмку и оставил её работать. Свет торшера падал на её кожу золотистыми бликами. Лиза опустилась передо мной на колени, расстегнула мои джинсы. Мой член уже стоял, тяжёлый и горячий. Она посмотрела вверх — прямо в объектив, потом в мои глаза — и обхватила головку губами.

— Ммм… — простонала она, медленно заглатывая глубже. Язык кружил вокруг ствола, слюни стекали по подбородку. — Такой твёрдый… из-за моих глаз, да?

Я запустил пальцы в её волосы, но не давил. Она сама ускорялась, сосала жадно, с влажными чмокающими звуками. Её зелёные глаза не отрывались от моих ни на секунду. Это было невыносимо возбуждающе.

— Встань, — хрипло сказал я.

Лиза поднялась. Я развернул её спиной к себе, прижал к стене. Платье задралось до талии. Под ним не было трусиков. Её пизда блестела от соков. Я провёл пальцами по мокрым складкам, нашёл клитор и начал медленно кружить.

— А-аах… — выгнулась она. — Сильнее… пожалуйста…

Я вошёл в неё одним толчком. Тесно, горячо, мокро. Лиза застонала громче, прижалась лбом к стене. Я начал трахать её глубокими, но нежными движениями, держа за бёдра. Каждый раз, когда я входил до конца, она тихо всхлипывала.

— Посмотри на меня, — попросил я.

Она повернула голову. Эти глаза… полуприкрытые, затуманенные удовольствием. Я поцеловал её в губы, не переставая двигаться внутри. Языки сплелись. Она дрожала.

Мы перешли на диван. Лиза села сверху, медленно опустилась на мой мокрый от её соков член. Теперь она сама задавала ритм — плавный, чувственный. Её груди качались перед моим лицом, я ловил соски губами, слегка покусывал.

— Артём… я сейчас… — шептала она, ускоряясь. — Смотри на меня… смотри в глаза…

Я не отводил взгляда. Её зрачки расширились, ресницы затрепетали. Она кончила первой — сильно, с долгим протяжным стоном, сжимая меня внутри себя пульсирующими движениями. Горячая влага потекла по моим яйцам.

Я перевернул её на спину, вошёл снова. Теперь быстрее, глубже. Её ноги обхватили мою талию. Я чувствовал, как приближаюсь.

— Кончи мне на лицо… — выдохнула она, глядя мне прямо в глаза. — Хочу видеть, как ты смотришь, когда кончаешь…

Последние толчки. Я выдернул член и встал на колени. Лиза приоткрыла рот, не отрывая взгляда. Первая густая струя спермы попала ей на губы, вторая — на щёку, третья — на ресницы. Она моргнула, но не закрыла глаза. Смотрела на меня всё время, пока я дрожал и стонал её имя.

Когда всё закончилось, она провела пальцем по своей щеке, собрала каплю спермы и медленно облизнула.

— Теперь эти глаза будут на всех твоих фотографиях, — тихо засмеялась она. — И ты всегда будешь вспоминать, как кончал, глядя в них.

Я наклонился, поцеловал её в мокрые губы. За окном всё ещё играла музыка, но в этой комнате остались только мы, полумрак и её невероятные, самые честные глаза на свете.