Правда или дерзость

Вечерний ветер на крыше высотки был тёплым и наглым. Он трепал мои волосы, задирал край короткого платья и нёс запахи города — мокрого асфальта после дождя, выхлопов и далёкого шашлыка с соседней террасы. Я стояла у самого края, облокотившись на бетонный парапет, и смотрела, как внизу мигают огни. Сердце колотилось. Рядом, слишком близко, стоял он.

— Ну что, Лена, — низко проговорил Максим, мой персональный тренер уже полгода, — сыграем? Правда или действие. Без цензуры.

Я повернула голову. Его серые глаза блестели в полумраке, на скулах играли жёсткие тени. Футболка обтягивала широкую грудь, на шее блестели капельки пота после нашей сегодняшней тренировки. Мы поднялись сюда «просто подышать», но оба знали — воздух тут ни при чём.

— Ты первый, — ответила я, облизнув губы. — Правда или действие?

— Действие, — усмехнулся он, шагнув ближе. Его рука легла мне на талию, пальцы слегка сжали ткань платья.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось от предвкушения.

— Тогда поцелуй меня. Так, чтобы я забыла, как меня зовут.

Максим не стал тянуть. Он прижал меня спиной к парапету, одной рукой обхватил затылок, а второй крепко сжал мою попку. Губы накрыли мои жадно, почти грубо. Язык сразу ворвался внутрь, дразня, требуя. Я застонала ему в рот, пальцы вцепились в его футболку. Поцелуй был мокрым, голодным. Когда он оторвался, мои губы горели.

— Твоя очередь, — выдохнул он, прижимаясь бедром между моих ног. Я чувствовала, как твердеет его член сквозь тонкие спортивные штаны.

— Правда, — шепнула я, потому что боялась, что если выберу действие, мы сразу сорвёмся.

Максим улыбнулся хищно.

— Скажи честно… ты когда-нибудь представляла, как я тебя трахаю? Прямо во время наших тренировок?

Я покраснела, но взгляд не отвела.

— Каждый чёртов раз, — призналась хрипло. — Особенно когда ты стоишь сзади и поправляешь мою позу. Хочу, чтобы ты просто задрал мне легинсы и вошёл.

Он тихо, гортанно рассмеялся. Ветер снова ударил, задрав подол моего платья почти до талии. Я не стала его поправлять.

— Теперь я выбираю действие, — сказал Максим, проводя большим пальцем по моей нижней губе.

— Делай, — выдохнула я.

— Сними трусики. Прямо здесь. И отдай мне.

Сердце ухнуло. Я оглянулась — крыша была пустой, только мы и ночной город внизу. Руки дрожали, когда я потянула тонкие кружевные трусики вниз по бёдрам. Они были уже мокрые. Сняла, скомкала и вложила ему в ладонь. Он поднёс их к лицу и глубоко вдохнул.

— Блядь, Лена… ты пахнешь так, что у меня сейчас крышу сорвёт.

Я прикусила губу. Между ног пульсировало так сильно, что хотелось тереться о его бедро.

— Теперь ты, — почти простонала я. — Правда или действие?

— Действие, — ответил он, не раздумывая.

— Тогда трахни меня пальцами. Прямо сейчас. Хочу чувствовать, как ты меня растягиваешь.

Максим рыкнул тихо, прижал меня сильнее к холодному бетону. Его ладонь скользнула под платье, горячие пальцы сразу нашли мою мокрую щель. Два пальца вошли резко, глубоко. Я ахнула, выгнулась.

— Ох, сука… какая ты мокрая, — прошептал он мне в ухо, начиная трахать меня пальцами быстро и жёстко. — Слышишь, как хлюпает? Весь город мог бы услышать, если бы не ветер.

Я стонала, кусая его плечо сквозь футболку. Его большой палец тёр клитор кругами, а пальцы внутри загибались, попадая точно туда, где нужно. Ноги дрожали.

— Макс… блядь… сильнее…

— Хочешь третий? — дразнил он, уже добавляя третий палец. Я всхлипнула от удовольствия. Растяжение было сладким, почти болезненным.

— Да… давай… я хочу тебя всего…

Он вдруг вынул пальцы. Я недовольно заскулила. Но Максим уже стягивал свои штаны. Толстый, тяжёлый член вырвался на свободу, головка блестела от предэякулята.

— Хватит пальцев, — прорычал он. — Хочу тебя на своём хую. Повернись.

Я послушно развернулась, опираясь руками о парапет. Ветер хлестнул по голой мокрой пизде. Максим задрал мне платье на пояс, одной рукой взял себя за основание и провёл головкой по моим губам, размазывая сок.

— Скажи, что хочешь, — потребовал он.

— Еби меня, Макс… пожалуйста… трахай меня жёстко, я твоя шлюха сегодня…

Он вошёл одним мощным толчком, до самого конца. Я закричала от острого удовольствия. Он был большой, горячо заполнял меня всю. Начал двигаться сразу сильно, глубоко, шлёпая бёдрами по моей заднице. Каждый толчок выдавливал из меня стоны и грязные слова.

— Вот так… бери меня… глубже… о блядь, как хорошо…

— Твоя пизда просто засасывает, — рычал он, впиваясь пальцами мне в бёдра. — Такая горячая… такая мокрая… смотри, как город под нами мигает, пока я тебя долблю.

Я выгнулась сильнее, подаваясь назад. Его яйца шлёпали по клитору. Оргазм накатывал быстро, как поезд. Я начала дрожать всем телом.

— Я сейчас… Макс… я кончаю…

— Кончай, детка. Кончай на мой член.

Меня накрыло. Я закричала, сжимаясь вокруг него судорогами. Ноги подкосились, но он держал меня крепко, продолжая долбить сквозь мой оргазм. Через несколько мощных толчков он тоже зарычал, вжимаясь в меня до упора. Горячие струи спермы ударили глубоко внутри. Я чувствовала каждую пульсацию.

Мы замерли, тяжело дыша. Ветер остужал разгорячённую кожу. Максим медленно вышел, и я почувствовала, как по внутренней стороне бедра потекла его сперма.

Он развернул меня к себе, поцеловал уже нежнее, но всё так же дерзко.

— Это была только разминка, — прошептал он мне в губы. — Теперь спускаемся вниз. В моей квартире кровать гораздо удобнее… и там я заставлю тебя кричать так, что весь дом услышит.

Я улыбнулась, всё ещё дрожа.

— Правда или действие? — тихо спросила я.

— Действие, — ответил он, не отпуская меня.

— Тогда неси меня на руках. Я ноги чувствовать перестала.

Максим засмеялся, подхватил меня на руки и понёс к двери чердака. Город внизу продолжал мигать, будто аплодировал нам.