Стеллаж номер семь

— Ну и пылища здесь, — Лера провела пальцем по корешку старинного фолианта и чихнула. — Ты точно уверен, что это лучшее место для съёмки?

Марк улыбнулся, поправил объектив камеры, висящей на шее. Он смотрел на неё не как фотограф на модель, а как мужчина, который уже придумал, как будет раздевать её взглядом.

— Здесь идеальный свет. Закатный, тёплый. И никого.

Лера поправила тонкую бретельку платья, соскальзывающую с плеча. Она знала, что он смотрит. Чувствовала кожей, как его взгляд скользит по ключицам, по вырезу, по бёдрам. Захотелось дразнить.

— Ну давай, снимай, — она качнула бёдрами, обходя стол, заваленный стопками книг. — Пока я не передумала.

— Ты не передумаешь, — сказал он тихо. — Я знаю, зачем ты согласилась.

Лера остановилась у высокого стеллажа, прислонилась спиной к деревянной полке. Книги пахли старой бумагой и пылью, а воздух между ними — электричеством.

— И зачем же?

Марк подошёл ближе. Камеру опустил на стол, не глядя. Между ними оставался метр, но Лера чувствовала жар его тела, как будто он уже прижимался к ней.

— Затем, что ты хочешь, чтобы тебя снимали. Но не для каталога. А для... истории.

Он протянул руку и медленно, очень медленно, провёл пальцем по её плечу, сдвигая бретельку вниз. Ткань платья скользнула, обнажая грудь. Лера выдохнула, но не отстранилась.

— А ты самоуверенный, Марк.

— Я наблюдательный. Вижу, как ты дышишь, когда я подхожу.

Его рука легла ей на талию, притягивая. Лера ощутила бедром его возбуждение через джинсы — твёрдое, настойчивое. Она провела ладонью по его груди, цепляясь за ткань рубашки.

— И что дальше? — прошептала она. — Свет уже почти ушёл.

— А я и не собираюсь снимать, — он коснулся губами её шеи. — Я собираюсь трахать тебя, Лера. Прямо здесь, между стеллажами.

Она засмеялась — тихо, хрипло.

— А если кто-то придёт?

— Дверь закрыта. Я закрыл, когда ты разглядывала книги в первом зале.

Лера запустила пальцы в его волосы, притягивая к себе. Поцелуй вышел жадным, влажным, с прикусыванием нижней губы. Марк сжал ладонями её ягодицы, приподнимая, и она обвила ногами его бёдра. Платье задралось, оголяя кружево трусиков.

— Ты специально это надела? — выдохнул он, касаясь пальцем мокрого кружева.

— А ты специально позвал меня в библиотеку? — парировала она, дёргая пуговицы его рубашки. — Давай, Марк. Покажи, что ты умеешь не только в фотошопе.

Он опустил её на стол, смахивая книги на пол. Те с глухим стуком падали на ковёр, поднимая облачка пыли. Лера ахнула, когда он стянул трусики вниз — рывком, нетерпеливо. Она была уже мокрая, готовая, и он это чувствовал.

— Ты просто бомба, — прошептал он, проводя пальцем по её клитору. Лера выгнулась, запрокидывая голову. — Мокрая, горячая. Специально для меня?

— Для тебя, — выдохнула она. — Снимай штаны, фотограф, а не то я сама...

Он засмеялся и быстро расстегнул джинсы. Член выскользнул наружу — твёрдый, с влажной головкой. Лера облизнулась, глядя на него, и он понял, что ещё немного — и она возьмёт его в рот прямо здесь, на столе, среди рассыпанных книг.

— Нет, — он остановил её руку, которая уже потянулась к нему. — Сначала я. Хочу кончить в тебя.

Он вошёл резко, одним толчком. Лера вскрикнула — не от боли, а от внезапной полноты. Книги под её спиной были жёсткими, но она не чувствовала ничего, кроме его толчков, размеренных, глубоких, раз за разом.

— Чёрт, Марк... — простонала она. — Ещё. Вот так.

Он замедлил темп, наклоняясь к ней, чтобы поцеловать в шею. Его ладонь скользнула между их телами, пальцы нашли её клитор, начали круговые движения.

— Ты хочешь кончить? — спросил он шёпотом, почти в самое ухо. — Хочешь, чтобы я довёл тебя?

— Да, — она кусала губу, чувствуя, как волна поднимается. — Не останавливайся. Пожалуйста.

Он ускорился. Толчки стали грубее, глубже, и Лера застонала в голос, не в силах сдерживаться. Она вцепилась в его плечи, чувствуя, как ногти впиваются в кожу — и это было именно то, что нужно.

— Кончаю, — выдохнула она. — Марк, я сейчас...

— Давай, — он сжал её бедро, вбиваясь в неё до конца. — Давай, малышка.

Оргазм накрыл её волной — горячей, взрывной. Она выгнулась дугой, крича его имя, чувствуя, как стены её влагалища сжимаются вокруг него ритмично, жадно. Марк не выдержал и кончил следом — глубоко, с хриплым стоном, прижимая её к себе так, будто боялся, что она исчезнет.

Они замерли. Тяжело дыша, сплетённые, среди книг и пыли, в остывающем свете заката. Лера первой открыла глаза и улыбнулась, глядя на него сверху вниз.

— Ну что, расскажешь друзьям, как снимал модель в библиотеке?

Марк уткнулся лицом в её плечо и тихо засмеялся.

— Не расскажу. Ни за что. Это будет наша тайна.

Она провела пальцем по его спине, чувствуя, как он всё ещё дрожит.

— Тогда, может, повторим? У тебя дома есть старые книги?

— Есть. И вино. И кровать, которая удобнее стола.

Лера усмехнулась и поцеловала его в уголок губ.

— Тогда поехали. Только не забудь камеру. Вдруг я передумаю и всё-таки захочу сняться.