Пар в объективе

Лена откинулась на прогретый кедровый полок, и я поймал себя на том, что пялюсь на капли пота, стекающие по ее шее в ложбинку между грудей. Мы познакомились два часа назад в предбаннике — я приехал снимать интерьеры новой СПА-зоны, а она оказалась хозяйкой этого великолепия. «Вы же фотограф, — засмеялась она, разглядывая мой “Никон”. — Может, снимете меня для сайта? Говорят, я фотогеничная». Теперь мы сидим голые в парной, и ее слова звучат совсем иначе.

— Правда или действие? — она подмигивает, пододвигаясь ближе. Жар от каменки смешивается с жаром ее тела, и я чувствую, как воздух становится густым.

— Действие.

— Тогда сними меня. Прямо сейчас. Без камеры.

Я смеюсь, но внутри все сжимается от желания. Она берет мою ладонь и кладет себе на грудь — кожа горячая, скользкая, сосок твердеет под пальцами.

— Ты дрожишь, — шепчет она. — Или это от пара?

— От тебя, — отвечаю я, наклоняясь к ее губам.

Она целует меня первой — жадно, кусая нижнюю губу. Ее руки блуждают по моей груди, спускаясь ниже. Я стону, когда ее пальцы смыкаются на моем члене — он уже твердый, пульсирующий от одного только вида ее раскинувшихся бедер.

— А ты нетерпеливый, — дразнит Лена, поглаживая головку большим пальцем. — Любишь, когда женщина берет инициативу?

— Люблю, когда ты не останавливаешься.

Она усмехается и толкает меня на спину, садясь сверху. Я вижу, как капли пота стекают по ее животу к темным завиткам волос между ног. Она медленно опускается на мой член, и мы оба выдыхаем одновременно — влажно, жарко, глубоко.

— Ох... — ее голос срывается, когда она начинает двигаться. — Как же хорошо...

Я сжимаю ее бедра, помогая задавать ритм. С каждым движением ее скользкая киска сжимает меня все плотнее. Она наклоняется вперед, упираясь ладонями в мою грудь, и я вижу, как колышутся ее груди в такт движениям.

— Быстрее, — прошу я, и она ускоряется, постанывая в голос.

Влажный шлепающий звук разносится по парной. Я приподнимаюсь, хватая ртом ее сосок — он соленый от пота и возбуждения. Она вскрикивает, запрокидывая голову.

— Да! Не останавливайся!

Я перекатываюсь, меняя позицию — теперь она снизу, подо мной, и я вхожу глубже, почти полностью выходя и снова насаживая ее на себя. Лена царапает мою спину, выгибаясь дугой.

— Господи... еще...

— Любишь жестче? — шепчу я, замедляясь, чтобы помучить ее.

— Ненавижу тебя! — она смеется сквозь стоны. — Не смей останавливаться!

Я подхватываю ее ноги, закидывая на свои плечи, и вхожу настолько глубоко, что у нас обоих перехватывает дыхание. Ее глаза расширяются, губы приоткрываются в беззвучном крике.

— Вот так... — выдыхаю я, двигаясь медленно и глубоко. — Чувствуешь меня?

— Да-а-а... — тянет она, и ее внутренние мышцы сжимаются вокруг меня волной.

Я ускоряюсь, чувствуя, как близко мы оба. Ее стоны становятся громче, отрывистее, она впивается ногтями в мои ягодицы, притягивая меня еще ближе.

— Я... сейчас... — она задыхается, выгибаясь, и я чувствую, как она кончает — горячо, влажно, содрогаясь всем телом.

Это подталкивает и меня — я вхожу последний раз, глубоко, и изливаюсь в нее, чувствуя, как волны ее оргазма продолжают сжимать мой член. Мы замираем, тяжело дыша, покрытые потом и паром.

Утром я просыпаюсь на широкой кровати в ее номере. Лена уже в халате, стоит у окна с двумя чашками кофе.

— Фотографии смотреть будешь? — она улыбается, протягивая мне кружку. — Или лучше натурой работать?

Я не отвечаю, просто обнимаю ее сзади, вдыхая запах мыла и ее кожи. Она смеется, откидывая голову мне на плечо, и я понимаю — это только начало.