Пар в ссоре

Она стояла у самого входа, и сквозь клубы пара я видел, как блестит её кожа. Взгляд цеплялся за мокрые пряди на плечах, за капли, стекающие между грудей. Мы не разговаривали три дня. Игорь, мой муж, смотрел на меня так, словно хотел прожечь взглядом досуха.

— Ты опять подглядываешь, — сказала я, не оборачиваясь. Голос дрогнул, хоть я и хотела, чтобы он звучал колко.

— А ты опять выставляешься, — ответил он. — Могла бы взять простыню.

— Могла бы. Но ты же знаешь, репетитор во мне любит наглядные пособия.

Он усмехнулся. Этот звук — низкий, хриплый — я чувствовала спиной. Я повернулась. Он стоял в двух шагах, голый до пояса, полотенце висело на бедре. В бане было жарко, но жарче было от его взгляда.

— Тогда проведи урок, — сказал он тихо. — Покажи, что ты помнишь.

— Смотря какой предмет, — я шагнула к нему. Босые ступни скользили по мокрому дереву. — Математику? Физику?

— Анатомию, — он протянул руку и коснулся моего плеча. Пальцы были горячими, шершавыми. — Практическую часть.

Я не отвела взгляд. Его ладонь скользнула по моей ключице, вниз, к груди. Я чувствовала, как сосок твердеет ещё до того, как он до него дотронулся. Когда его палец провёл по нему, я выдохнула сквозь зубы.

— Оценка за домашнее задание, — прошептал он, наклоняясь к моему уху. — Ты его сделала?

— Я его заслужила, — ответила я и взяла его за член.

Он был твёрдым, скользким от пота. Я сжала его, провела рукой вверх-вниз, и он застонал, уткнувшись лбом мне в шею. Его руки легли мне на ягодицы, сжали их, притянули к себе. Я чувствовала его кожу — горячую, влажную, пахнущую берёзовым веником и мужским потом.

— Ну что, репетитор, — выдохнул он, разворачивая меня к лавке. — Покажи, как ты учишь материал.

Я наклонилась, опершись руками о тёплое дерево. Он не стал тянуть. Его член вошёл в меня сразу, глубоко, и я вскрикнула — не от боли, от того, как долго я ждала этого. Он двинулся, медленно, нарочно дразня, и я почувствовала, как по бедру течёт моя собственная влага.

— Быстрее, — попросила я. — Пожалуйста.

— Не торопи события, — он провёл ладонью по моей спине, до поясницы, сжал ягодицу. — Сначала разберём теорию.

Он вышел из меня почти полностью, оставив только головку, и вошёл снова. Медленно. Я закусила губу, чувствуя, как внутри всё сжимается от нетерпения. Он повторил это ещё раз, и ещё, и каждый раз я почти взвывала.

— Игорь, — я оглянулась через плечо. — Если ты сейчас не ускоришься, я уйду к другому преподавателю.

Он засмеялся, но в следующую секунду его руки легли мне на бёдра, и он вошёл в меня резко, до упора. Я вскрикнула, вцепившись в лавку. Он задвигался быстро, жёстко, и я чувствовала, как дерево скрипит под моими ладонями, как его бёдра шлепают по моим ягодицам, как влага стекает по ногам.

— Вот так? — спросил он, тяжело дыша. — Так правильно?

— Да, — выдохнула я. — Да, продолжай.

Он наклонился, прижавшись грудью к моей спине, и его рука скользнула мне между ног. Пальцы нашли клитор, и я чуть не закричала. Он двигался во мне, одновременно поглаживая меня, и я чувствовала, как внутри нарастает тугая волна.

— Я хочу видеть тебя, — сказал он, и я поняла. Мы развернулись, я села на лавку, он вошёл в меня снова, глядя в глаза. Его лицо было мокрым от пота, глаза блестели.

— Люблю тебя, — сказал он шёпотом, двигаясь во мне.

— Я знаю, — я обхватила ногами его бёдра. — Только поэтому я и прощаю тебе твою дурацкую гордость.

Он улыбнулся, но улыбка тут же стёрлась — я сжалась вокруг него, и он застонал. Его темп стал рваным, бешеным, и я чувствовала, как он приближается к краю.

— Кончи со мной, — попросила я, впиваясь пальцами в его плечи. — Пожалуйста.

Он кивнул, и я почувствовала, как внутри меня взрывается жар. Он замер, толкнувшись в меня последний раз, и я кончила вместе с ним, сжимаясь вокруг его члена, чувствуя, как он наполняет меня горячим семенем.

Мы лежали на лавке, мокрые, запыхавшиеся. Он гладил моё бедро, и я чувствовала, как его пальцы оставляют на коже дорожку мурашек.

— Ну что, — сказала я, уткнувшись носом в его плечо. — Урок усвоен?

— Усвоен, — он поцеловал меня в висок. — Но закрепить бы материал.

Я фыркнула, и он засмеялся. Пар снова сгущался вокруг нас, и впервые за три дня мне не хотелось его разгонять.