Приказ по тылу

Кабинет пропах лавандой и нагретым деревом. Вино в моем бокале кончилось, а его — еще плескалось на донышке. Преподаватель по военной кафедре, майор в отставке, тридцатипятилетний Денис, сидел напротив и смотрел на меня так, что под платьем становилось жарко. Не от вина. От этого взгляда.

— У тебя шея затекла, — сказал он, и голос его был низким, чуть хриплым. — Сидишь над дипломом сутками.

Я рассмеялась, запрокинув голову. — А вы, товарищ майор, предлагаете лечебный массаж?

— Предлагаю, — ответил он серьезно, и это сбило всю мою игривость. — Иди сюда.

Я встала, и музыка — что-то тягучее с саксофоном — заполнила тишину. Денис подошел сзади, и его ладони легли мне на плечи. Тяжелые, горячие. Пальцы вжались в мышцы, и я выдохнула — не то от боли, не то от удовольствия.

— Садись на край стола, — приказал он, и это прозвучало как команда. Я повиновалась, как солдат. Юбка задралась, оголив бедра. — Так-то лучше.

Он разминал мою шею, спускаясь к лопаткам. Я чувствовала его дыхание на затылке, и каждый выдох — как прикосновение. Платье соскользнуло с плеча, оголив бретельку бюстгальтера. Денис не поправил ткань. Он провел пальцем по краю кружева.

— Скажи «стоп», — прошептал он, — и я уберу руки.

— Не уберете, — ответила я, — вы же боитесь, что я вас разжалую.

Он усмехнулся, и эта усмешка — я почувствовала её кожей. Его руки скользнули под платье, на талию, и я выгнулась, встречая его пальцы. Денис прижался ко мне сзади, и я ощутила, как тверд его член сквозь брюки. Я подалась назад, намеренно, медленно.

— Опасная игра, — выдохнул он мне в ухо, и зубы его прихватили мочку.

— А вы, майор, к чему-то другому привыкли?

— К дисциплине, — ответил он, расстегивая крючок лифчика. — Сейчас я тебе покажу, что такое настоящая строевая подготовка.

Бюстгальтер упал на пол. Его ладони накрыли мою грудь, и я застонала, запрокинув голову ему на плечо. Он мял меня — уверенно, сильно, — и соски твердели под его пальцами. Денис сжал один, и я вцепилась в край стола.

— Такой массаж мне нравится больше, — выдохнула я.

Он развернул меня к себе. Его глаза — почти черные от желания — смотрели на мои губы. Поцелуй был жестким, требовательным, и я таяла под ним, раздвигая губы. Его язык скользнул внутрь, и я застонала ему в рот. Денис подхватил меня под бедра и усадил на стол, раздвигая мои колени.

— Ты хоть понимаешь, — прорычал он между поцелуями, — как я хочу тебя с той самой первой лекции?

— А вы, товарищ майор, — прошептала я, расстегивая его ремень, — почему так долго тянули?

Его брюки упали. Я взяла его член в руку — горячий, твердый, и он дернулся от моего прикосновения. Денис зажмурился, запрокинув голову, и я улыбнулась, медленно водя большим пальцем по головке.

— Не дразни, — выдохнул он и накрыл мою руку своей. — Я тебя сейчас на этом столе...

— И что вы сделаете, товарищ майор?

Он не ответил. Он просто рванул мои трусики в сторону, и я услышала, как трещит тонкое кружево. Его член вошел в меня одним толчком — глубоко, до конца, — и я вскрикнула, вцепившись в его плечи.

— Так я с тобой разберусь, — прорычал он, вбиваясь в меня.

Я чувствовала, как он заполняет меня, как двигается во мне, замедляясь и ускоряясь. Каждый его толчок отдавался во мне волной жара. Мои ноги обвили его талию, и я притянула его ближе, глубже.

— Да... — выдохнула я. — Вот так... не останавливайтесь.

— Не посмею, — он накрыл мой рот поцелуем, и я почувствовала его руку между нами, на клиторе. Его пальцы двигались в такт, сводя с ума. Я впилась ногтями в его спину.

— Я так долго этого хотела, — выдохнула я. — Каждую твою лекцию. Смотрела на тебя и думала...

— О чем? — его голос был хриплым, рваным.

— О том, как ты меня трахаешь.

Он простонал, ускоряясь. Стол подо мной дрожал, и я знала, что это слышно соседям. Но мне было плевать. Я была близко. Его пальцы на клиторе, его член во мне, его жар — все это сводилось в одну ослепительную точку.

— Я кончаю... — выдохнула я, и он ускорился еще сильнее.

— Давай, — прошептал он. — Кончи для меня.

И я разлетелась на тысячу осколков, вскрикнув. Меня трясло, и он продолжал двигаться во мне, пока я сжималась вокруг него. Я чувствовала, как он напрягся, как толчок стал глубже, последним, и он застонал, кончая в меня.

Мы стояли, прижавшись друг к другу, тяжело дыша. Я чувствовала его сердцебиение через рубашку. Он поцеловал меня в висок.

— Завтра придешь на пересдачу? — спросил он, и я рассмеялась.

— Зависит от того, что будет на экзамене.

Утром я проснулась в его постели. На тумбочке дымился кофе, а Денис стоял у окна в одних трусах, с кружкой в руке. Он обернулся, и его глаза — уже не темные от желания, а теплые, утренние — встретились с моими.

— Спишь на боевом посту, — сказал он, улыбнувшись.

— Товарищ майор, — я потянулась, нарочно, чтобы одеяло сползло, — я готова к новым заданиям.

Он поставил кружку и подошел к кровати. Его взгляд скользнул по моему телу, и я почувствовала, как снова краснею.

— Приказываю, — сказал он, садясь на край кровати, — остаться на второй заход.

— Так точно, — улыбнулась я, потянув его к себе.