Время огурцов

Жара на даче стояла такая, что воздух дрожал над грядками. Марина вытерла пот со лба тыльной стороной ладони и бросила пару кривых огурцов в ведро. Из-за забора доносился смех — её муж Сергей и соседи вовсю разливали шашлык под яблоней. А она тут, в этом пекле.

— Ну что, героиня труда?

Она вздрогнула. Илья стоял в проеме калитки, прислонившись к косяку. Лучший друг Сергея. В простой белой майке, заляпанной землей, и старых шортах. Он улыбался, и в его глазах читалось что-то знакомо-опасное.

— Героиня, — парировала она, поднимаясь с корточек. Колени хрустели. — А ты чего не там, с мужским коллективом?

— Скучно. Решил проверить, как тут на женской половине.

Он подошел ближе, и тень от его тела упала на неё. Пахло солнцем, мужским потом и чем-то ещё, острым и притягательным. Он взял из её ведра огурец, обтер об шорты и откусил с хрустом.

— А Сергей просил кетчуп принести, — сказал Илья, не отрывая от неё взгляда. — Говорит, у тебя где-то в доме есть.

— В доме, да, — кивнула она, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. Они были одни. Все — там, за забором. Любая минута — и кто-то мог войти. Эта мысль обожгла её, как раскаленная сковородка.

Она повела его в дом. Прохлада прихожей обдала кожу мурашками. Марина шагнула на кухню, к холодильнику, но Илья перехватил её за руку. Его пальцы были горячими и шершавыми.

— Марин... — его голос стал низким, почти шепотом. — Давай не будем про кетчуп.

Она обернулась. Он был так близко, что она видела капли пота на его верхней губе.

— Они же... Они могут зайти в любую минуту, — прошептала она, но не отстранилась.

— Знаю. Оттого и хочется.

Его губы нашли её губы — жестко, нетерпеливо. Вкус соли и огурца. Его руки схватили её за бока, прижали к прохладной дверце холодильника. Она впилась пальцами в его майку, слыша за окном обрывки пьяного тоста. Кто-то громко смеялся.

— Илюха... — она оторвалась, задыхаясь. — Это безумие.

— Самое то, — он прижался лбом к её виску, его дыхание обжигало шею. — Ты же хочешь. Я вижу.

Он был прав. Она хотела. Хотела этого адреналина, этой пьянящей опасности. Его рука скользнула под её лёгкое платье, нащупала мокрый от поса узкий край трусиков. Она вскрикнула, прикусив губу.

— Тише, — усмехнулся он, проводя пальцем по шелку. — А то услышат.

Он опустился на колени прямо на прохладный линолеум, оттянул её трусы в сторону и прижался ртом к ней. Язык был горячим и настойчивым. Она вцепилась в его волосы, глотая стоны, глядя в окно на пустую дорожку к калитке. Любая минута. Любая секунда.

— Кончаю... — выдавила она, чувствуя, как волна накрывает с головой. Спазмы сотрясли её тело, но она подавила крик, закусив кулак.

Он поднялся, вытер рот, глаза горели. Член выпирал из шорт огромным бугром.

— Надо быстрее, — просто сказал он, разворачивая её к столу. — Пригнись.

Она послушно наклонилась, ухватившись за край столешницы. Он шлепнул её по голой мокрой попке, и звук был невыносимо громким в тишине кухни. Потом она услышала, как он спускает шорты, почувствовала прижатый к её входу горячий, твердый член.

— Готовься, — прошептал он ей в ухо и вошел одним резким толчком.

Она вскрикнула от неожиданности и боли-наслаждения. Он был широким, заполнял её полностью. Начал двигаться — короткими, жесткими толчками, заставляя стол скрипеть и съезжать по полу. Каждый удар в матку заставлял её визжать в рукав.

— Господи... так глубоко... — стонала она, а он одной рукой держал её за бедро, а другой зажал ей рот.

— Тише, сучка, — рычал он, ускоряясь. Его яйца шлепались о её кожу с мокрым звуком. — А то сейчас твой муж придет за кетчупом... и найдет тебя вот так, насаженной на мой член.

Сама мысль заставила её кончить снова, с судорожным сжатием вокруг него. Он застонал, вытащил почти до конца и снова вогнал по самую основу.

— Я сейчас... в тебя... кончу, — прохрипел Илья, и его толчки стали хаотичными, яростными.

Он вытащил член, обдав её спину горячими струями спермы. Жидкость потекла по её ягодицам, капли упали на пол. Они стояли, тяжело дыша, прислушиваясь. Смех за окном продолжался.

Илья быстро подтянул шорты, протянул ей бумажное полотенце. Она вытерлась дрожащими руками, поправила платье.

— Кетчуп, — сказал он обычным, спокойным голосом и открыл холодильник.

Она взяла бутылку, их пальцы встретились. Он подмигнул.

— До новых приключений, героиня.

Марина вышла на крыльцо, щурясь от солнца. Сердце все еще колотилось где-то в горле. Она несла кетчуп к столу, под смех и шум компании, чувствуя, как сперма Ильи медленно стекает по внутренней стороне бедра.