Шеф в палатке

Всякий раз, когда Алина наклонялась над столом, её тугая попка так и просилась в мои ладони. А тут она сидит напротив в палатке, в обтягивающих легинсах, и смотрит с такой хитрой улыбкой, что у меня мгновенно встаёт. Вчера у костра я нёс пьяную пургу парням: как хочу прижать её в подсобке, чтобы стонала «Шеф, трахай меня сильнее». Думал, никто не слышит. А сегодня мы вдвоём в лесу, она в моей кофте, пьёт вино из кружки и вдруг выдаёт: «Ты вчера интересное рассказывал… Про то, как у тебя встаёт, когда я наклоняюсь». Я поперхнулся, уши запылали. Она прыснула, но взгляд остался горячим.

— Просто что? — она подползла ближе на коленях, кофта сползла с одного плеча, открывая гладкую кожу. — Просто фантазии шефа о своей официантке? Или ты правда хочешь меня трахнуть, Максим?

Имя прозвучало так интимно, что у меня мгновенно напрягся член в шортах. Она заметила.

— Ого, — прошептала она, кусая нижнюю губу. — Уже?

Я не выдержал. Схватил её за талию и притянул к себе. Мы повалились на спальники, смеясь и целуясь. Её губы были сладкими от вина, язык дерзко играл с моим.

— Ты уверена? — выдохнул я между поцелуями.

— Заткнись, шеф, — хихикнула она, стягивая с меня футболку. — Я уже три месяца жду, когда ты наконец перестанешь пялиться и начнёшь действовать.

Её ладонь скользнула мне в шорты и обхватила твёрдый член. Я застонал. Пальцы Алины были тёплыми, уверенными. Она медленно водила рукой вверх-вниз, большим пальцем размазывая капельку предэякулята по головке.

— Ммм, какой горячий… и толстый, — мурлыкала она. — А я-то думала, ты просто хвастаешься у костра.

Я стянул с неё легинсы вместе с трусиками. Под ними оказалась гладко выбритая, уже мокрая пизда. Запах возбуждённой женщины смешался с ароматом хвои. Я провёл пальцами по влажным губкам, нашёл набухший клитор и начал его нежно массировать.

— Ох, Макс… — выдохнула она, выгибаясь. — Да… вот так… пальцами…

Я залез между её ног и провёл языком по всей длине её щёлки. Алина схватила меня за волосы и прижала сильнее.

— Лижи меня, шеф… глубже… да, блядь, вот туда! — она уже не смеялась, голос стал хриплым и требовательным.

Я сосал её клитор, засовывал язык в горячую дырочку, пока она не начала дрожать. Её бёдра сжали мою голову, и она кончила, громко застонав, заливая мне язык своими соками.

Не давая ей отдышаться, я перевернул её на четвереньки. В тесной палатке было жарко, ткань дрожала от наших движений. Я приставил головку члена к её мокрой пизде и медленно вошёл до самого основания.

— Аааах… как же глубоко… — простонала она, вцепившись в спальник.

Я начал трахать её ритмично, шлепая бёдрами о её упругую попку. Каждый толчок сопровождался влажным чавканьем.

— Скажи это, — хрипел я, ускоряясь. — Скажи, как я хотел.

— Трахай меня сильнее, шеф! — выкрикнула она, смеясь сквозь стоны. — Глубже, блядь… я твоя официантка… еби меня как в подсобке!

Я схватил её за волосы, натягивая на себя. Темп стал жёстче. Палатка скрипела, снаружи стрекотали цикады. Я чувствовал, как её пизда сжимается вокруг моего члена, как она снова приближается к оргазму.

— Я сейчас кончу… — рычал я.

— Кончай в меня! — выдохнула она. — Хочу почувствовать сперму шефа внутри…

Последние толчки были отчаянными. Я зарычал и выплеснул в неё густые горячие струи. Алина кончила следом, дрожа всем телом, её стенки пульсировали, выжимая из меня последние капли.

Мы рухнули на спальники, мокрые, тяжело дыша. Она повернулась ко мне, провела пальцем по моей груди и с улыбкой прошептала:

— Знаешь, шеф… если в следующий раз захочешь меня в кладовке, просто скажи. Не нужно ждать похода.

Я рассмеялся и поцеловал её в мокрый висок.

— Договорились. Но в палатке было лучше.

— Ещё бы, — хихикнула она. — Тут никто не увидит, как официантка ебётся со своим шефом.

Мы лежали, переплетя ноги, слушая, как лес шумит за тонкой тканью палатки, и оба знали — это только начало.