Гроза в палатке

Мы разбили лагерь у старого соснового бора, когда небо только начинало темнеть. Алина, наша преподавательница йоги, настояла поставить палатку в стороне от остальных. «Мне нужно пространство для дыхательных практик», — сказала она с той самой дерзкой улыбкой, от которой у меня всегда перехватывало дыхание.

Мне тридцать два, ей — тридцать восемь. Мы уже третий год ходим на её курсы. Я — обычный офисный парень, который пришёл «снять стресс», а остался из-за неё. Алина — гибкая, сильная, с длинными тёмными волосами и глазами, которые будто знают все твои тайные желания.

— Максим, ты опять смотришь не на коврик, а на мои бёдра, — шепнула она мне вчера на занятии, проходя мимо. — Хочешь продолжения после похода?

Я только кивнул, чувствуя, как краснею.

А сегодня всё случилось само. Гроза налетела внезапно. Сначала далёкий гром, потом резкий порыв ветра, и вдруг ливень обрушился стеной. Мы едва успели забраться в палатку вдвоём. Остальные туристы остались в большой палатке на другой стороне поляны.

Внутри было тесно. Два спальника, рюкзаки, фонарик на батарейках, который отбрасывал тёплый жёлтый свет. Дождь хлестал по тонкой ткани так, что казалось, будто мы внутри барабана.

— Чёрт, я промокла насквозь, — выдохнула Алина, стягивая с себя мокрую майку. Под ней — только спортивный топ, облепивший её упругую грудь. Соски уже торчали от холода и... чего-то ещё.

Я сидел напротив, пытаясь не пялиться. Мои шорты тоже были мокрыми, ткань неприятно липла к бёдрам.

— Макс... — она посмотрела на меня снизу вверх, прикусив губу. — Ты же не собираешься сидеть вот так всю ночь? Мне холодно. Иди сюда.

— Алиночка, ты серьёзно? — голос у меня сел. Сердце колотилось так, что заглушало даже гром.

— Я уже три года наблюдаю, как ты на меня смотришь на каждом занятии. Хватит. Гроза всё равно не даст нам спать. — Она потянулась и провела ладонью по моей груди. Пальцы были горячими. — Хочу тебя. Прямо сейчас. В этой чёртовой палатке.

Я не выдержал. Притянул её к себе, и наши губы столкнулись жадно, мокро. Она сразу зарычала мне в рот — низко, по-животному. Язык Алены был настойчивым, она кусала мою нижнюю губу, пока я стаскивал с неё топ.

— Да... вот так, — выдохнула она, когда мои ладони обхватили её твёрдые груди. Соски были тёмными, набухшими. Я наклонился и взял один в рот, сильно посасывая. Алина выгнулась, вцепившись мне в волосы.

— Блядь, Макс... сильнее. Я не хрупкая кукла. Я хочу чувствовать.

Гроза снаружи бесновалась. Молнии вспыхивали, освещая палатку через тонкую ткань. Каждый раз, когда гремел гром, она вздрагивала и сильнее прижималась ко мне. Я стянул с неё мокрые легинсы вместе с трусиками. Под ними — гладко выбритая киска, уже блестящая от влаги.

— Смотри, как я теку, — прошептала она, раздвигая ноги. — Это всё ты. Уже полчаса, как я мокрая. Трогай.

Мои пальцы скользнули между её губок. Она была горячей, скользкой. Клитор набух и пульсировал. Я начал медленно водить по нему подушечкой большого пальца, а два других пальца вошли в неё легко, по самые костяшки.

— О-о-ох... да, вот туда, — стонала Алина, двигая бёдрами мне навстречу. — Глубже. Ещё. Я хочу твои пальцы по самые яйца.

Её рука тем временем нырнула мне в шорты и обхватила мой стоящий колом член.

— Ммм, какой толстый... Я знала, что он у тебя большой. Хочу его в рот.

Она резко толкнула меня на спину. Молния осветила её лицо — растрёпанные волосы, приоткрытые губы, глаза, полные голода. Алина стянула с меня шорты и сразу взяла мой член глубоко в рот. Горло у неё работало как в лучших порно. Она не просто сосала — она ебала меня своим ртом, слюни текли по стволу, капали на яйца.

— Али... я сейчас кончу, если ты не остановишься, — прохрипел я, сжимая её волосы.

Она оторвалась, тяжело дыша, по подбородку текла слюна.

— Нет. Хочу сначала сесть на тебя. Хочу, чтобы ты заполнил меня всю.

Она оседлала меня сверху. Я видел, как её узкая щёлка медленно насаживается на мой мокрый от её слюны член. Головка раздвинула губки, и Алина резко села до самого основания.

— А-а-а-а, блядь! — выкрикнула она. — Как же глубоко... Он упирается мне прямо в матку.

Она начала двигаться — резко, жёстко. Не йога, а настоящая дикая ебля. Её сиськи подпрыгивали перед моим лицом, я ловил их губами, кусал соски. Каждый раз, когда она опускалась, раздавался громкий шлепок мокрой кожи о кожу. Палатка тряслась.

— Громче, Макс. Трахай меня громче грозы! — рычала она, ускоряясь.

Я схватил её за бёдра и начал долбить снизу. Каждый толчок заставлял её вскрикивать. Её сок стекал по моим яйцам, капал на спальник.

— Я сейчас... Макс, я кончаю! — Она задрожала всем телом, ногти впились мне в грудь. Её киска сжалась вокруг меня так сильно, что я едва не взорвался.

— Кончай на меня, — выдохнул я. — Я хочу видеть.

Алина соскочила, легла рядом и широко раздвинула ноги. Я вошёл в неё снова, теперь сверху, яростно долбя. Её пальцы тёрли клитор.

— Давай... кончай мне внутрь, я на таблетках. Хочу чувствовать, как ты пульсируешь во мне.

Ещё несколько мощных толчков — и я зарычал, заливая её горячим. Она кончила второй раз почти сразу, выгнувшись дугой, её киска доила меня до последней капли.

Мы лежали, тяжело дыша. Дождь снаружи постепенно стихал. Гроза уходила дальше.

Алина повернула ко мне лицо, улыбнулась своей фирменной дерзкой улыбкой и провела пальцем по моей губе.

— Завтра на занятии будешь делать «собаку мордой вниз» рядом со мной. И я буду знать, что внутри меня до сих пор твоя сперма. Договорились?

— Договорились, — ответил я, целуя её мокрый висок.

— И не вздумай кончать на коврик. Я хочу, чтобы ты думал только обо мне.