На виду у всех

Мы с Борисом решили прогуляться по тихой аллее за парком, вечер был тёплый, почти безлюдный. Ольга шла впереди в лёгком платье, которое слегка задралось от ветра, обнажив загорелые бёдра. Вдруг из-за кустов вышли трое крепких парней лет тридцати, явно подвыпившие, но весёлые.

— Ого, какая красотка, — хмыкнул один, высокий блондин. — Не поделитесь часом?

Ольга остановилась, посмотрела на меня с лукавой улыбкой. Я кивнул, чувствуя, как в штанах уже тесно. Она всегда любила, когда я смотрю.

— Почему бы и нет… — тихо сказала она, подходя ближе. — Только быстро и все вместе, мальчики.

Парни переглянулись, не веря удаче. Высокий сразу расстегнул ширинку, доставая уже твёрдый член.

— Давай, крошка, покажи, на что способна.

Ольга опустилась на колени прямо на траву у скамейки. Я встал в стороне, сердце колотилось. Она взяла в руку член блондина, языком провела по головке, облизывая медленно, вкусно.

— Ммм, какой вкусный… — пробормотала она.

Второй парень, смуглый и коренастый, встал сбоку, теребя себя. Ольга повернула голову и сразу взяла его в рот, глубоко, до горла. Звук влажного чмоканья разнёсся по аллее. Третий, рыжий, схватил её за волосы, направляя.

— Вот так, бери глубже… сука, какая горячая пасть.

Ольга застонала, глаза её блестели. Она вертела головой, переходя от одного члена к другому: то сосала блондина жадно, заглатывая почти весь, то лизала яйца рыжего, пока смуглый трахал её ротик быстрыми толчками. Слюни текли по подбородку, капали на платье. Руки её не стояли на месте — дрочила двоих сразу, пока третий ебал губы.

— Борис… смотри, как они меня используют… — выдохнула она между сменой, голос хриплый. — Тебе нравится?

— Ещё как, — прохрипел я, сжимая себя через ткань.

Парни рычали, перебивая друг друга:

— Кончай в ротик ей…

— Нет, пусть всех обслужит…

— Блядь, она просто шлюха мечты…

Ольга ускорялась, чмокая громче. Сначала блондин застонал и залил ей язык густой спермой. Она проглотила, не отрываясь, тут же взяла следующего. Рыжий кончил ей на лицо, горячие струи стекали по щеке. Последний, смуглый, вынул и обкончал её грудь, которая вывалилась из декольте.

Ольга тяжело дышала, вся в сперме, улыбаясь мне блестящими глазами.

— Пойдём домой… я ещё не насытилась.

Мы оставили парней в приятном шоке и пошли дальше, её ладонь липкая в моей.

Мы шли по аллее, её ладонь действительно была липкой от чужой спермы, и это только сильнее заводило. Ольга вытирала лицо краем платья, но всё равно на щеке и груди остались блестящие дорожки. Она прижималась ко мне боком, жарко дыша в ухо.

— Я вся мокрая между ног… — прошептала она, чуть хихикая. — Эти трое меня так разогрели. Хочу ещё. Прямо сейчас.

Я огляделся. Впереди виднелся старый павильон, заброшенный, с открытой верандой. Там уже стояли двое мужиков — лет по сорок, крепкие, в спортивках, явно местные выпивохи. Они курили и лениво болтали. Ольга заметила их раньше меня.

— Ой, какие ещё… — протянула она с хищной улыбкой и, не отпуская мою руку, пошла прямо к ним.

— Привет, мальчики. Не скучаете?

Один, с короткой бородой и татуировками на руках, чуть не выронил сигарету.

— Ох ты ж… Это что за подарок?

Второй, лысый и широкоплечий, сразу оценил её растрёпанный вид, сперму на груди и задравшееся платье.

— Да она только что кого-то отсосала, глянь.

— Угу, — кивнула Ольга без капли стыда. — И ещё хочу. Вас двое? Отлично. А мой парень посмотрит… и, может, присоединится. Согласны?

Они переглянулись, потом заржали.

— Да ты серьёзно, красотка?

— Абсолютно, — она уже тянула бородатого за резинку спортивок. — Давайте быстрее, пока никого нет.

Я встал у колонны, сердце стучало в горле. Ольга встала между ними спиной ко мне, согнулась и задрала платье. Под ним — ничего, только блестящая от возбуждения киска.

— Трахайте меня оба… — выдохнула она. — Кто первый в пизду, кто в рот. Разбирайтесь.

Бородатый не стал ждать. Он плюнул на ладонь, провёл по своему толстому члену и сразу вошёл в неё сзади одним толчком. Ольга громко застонала, хватаясь за перила веранды.

— Оооо, блядь… какой толстый… глубже давай!

Лысый встал спереди, схватил её за волосы и засунул ей в рот свой уже стоящий хуй. Теперь она была насажена с двух сторон, тело тряслось от толчков. Я видел, как её слюни тянутся длинными нитями, как дрожат её бёдра, как бородатый шлёпает её по мокрой попе.

— Смотри, как она течёт… — рычал бородатый, ускоряясь. — Пизда просто хлюпает.

— Ммммф! — мычала Ольга, заглатывая лысого почти до яиц.

Они менялись местами прямо на ходу. Лысый вышел изо рта, весь в её слюнях, и сразу вогнал в мокрую щель. Бородатый сунул ей в рот свой, пахнущий её же соками.

— Вкусно, да? — хрипел он. — Лижи свои соки, шлюшка.

— Дааа… — вырвалось у неё, когда он на секунду вытащил член. — Ещё… сильнее… хочу, чтоб оба кончили внутрь…

Я не выдержал. Подошёл ближе, расстегнул ширинку. Ольга сразу схватила меня рукой, не переставая работать ртом и пиздой.

— Борис… трахни меня в попку… пока они меня ебут… — выдохнула она, глаза совсем стеклянные от удовольствия.

Я встал сзади, плюнул на головку и медленно вошёл в её тугую горячую попку. Теперь в ней было три члена одновременно. Она дрожала, стонала, почти рыдала от переполнявшего кайфа.

— О блядь… я сейчас кончу… — хрипел лысый, долбя её пизду.

— Кончай в меня… все кончайте… — умоляла она между стонами.

Они зарычали почти одновременно. Лысый залил ей матку горячим, бородатый вынул и обкончал её лицо новой порцией, а я, не выдержав, глубоко вошёл в попку и кончил туда, чувствуя, как она сжимается вокруг меня в мощном оргазме.

Ольга обмякла между нами, вся дрожащая, покрытая потом и спермой, с блаженной улыбкой на губах.

— Ещё… — прошептала она хрипло. — Не останавливайтесь, мальчики… я только разогрелась.

Парни заржали, но Ольга уже была настоящим магнитом. Бородатый, ещё не остывший, погладил её по мокрой щеке:

— Ну ты зверь, женщина… Я б тебя взял ещё разок, но тут надо восстановиться. А вот Колян, гляди, уже оживился.

Лысый Колян действительно стоял снова, глядя, как сперма стекает по её груди. Ольга ухмыльнулась, опустилась на колени прямо на грязный бетон и взяла его член в рот, сразу глубоко, до самого горла. Колян охнул, схватился за её голову обеими руками.

— Блядь, как она это делает… — простонал он.

— Опыт, мальчик, опыт, — выдохнула она на секунду, облизывая его набухший ствол.

Бородатый подошёл ко мне, глянул на мой всё ещё влажный член и хлопнул по плечу:

— Слушай, братан. А ты не против, если мы с тобой по очереди в её попку? А то она так вкусно мычит…

Ольга услышала, вынула член изо рта и обернулась, размазав слюни по подбородку:

— Я не против. Давай, Борис, покажи им, как ты умеешь.

Я подошёл, чувствуя, как кровь приливает к паху. Колян отошёл, всё ещё сжимая член. Ольга встала, уткнулась руками о перила, отставила задницу, широко раздвинув ноги.

— Еби меня в задницу, Борис… я хочу, чтоб они видели, как ты глубоко входишь.

Я встал сзади, провёл рукой по её гладкой, скользкой от пота коже, нащупал уже расслабленный вход. Она охнула, когда я вошёл, медленно погружаясь в горячую тесноту. Его — нет, её пальцы сжались на перилах.

— Дааа, вот так… глубже…

Бородатый устроился спереди, подставил ей свой член:

— Работай ротиком, сладкая.

Ольга заглотила его снова, ритмично двигая головой, пока я ускорял темп в её попке. Колян стоял рядом, наяривая рукой, глядя, как я растягиваю её, как она принимает нас обоих.

— Блядь, я щас кончу прямо так, — прохрипел он через минуту.

— Валяй на лицо ей, — посоветовал бородатый. — Нехай умоется.

Колян не стал церемониться. Он шагнул ближе и выстрелил горячими струями ей в лицо, прямо в широко открытые глаза. Ольга закатила глаза, принимая всё, её тело содрогнулось в очередном оргазме. Она сжалась вокруг меня так сильно, что я снова кончил в неё, с рыком.

Бородатый вышел из её рта и, глядя, как она давится слюной и спермой, выплеснул последние капли ей на губы.

Ольга сползла на колени, всё ещё дрожащая, облизнула губы и улыбнулась.

— Мальчики, вы волшебные… — выдохнула она, поднимая на меня блестящие глаза. — Борис, а теперь веди меня домой. Этот парк сегодня же устроит мне рекорд, если мы останемся.

Мы ушли, оставив их переглядываться и усмехаться. Её ладонь в моей была горячей и липкой. Я знал, что дома она захочет снова. И я знал, что будет ещё до рассвета.

Мы шли по тёмной улице, её рука в моей — горячая, влажная. Она прижималась ко мне, дышала в шею, и я чувствовал запах секса, который пропитал нас обоих.

— Борис… — шептала она, когда мы заходили в подъезд. — У меня всё горит между ног. Ты сделаешь мне больно?

— Хочешь боли? — ответил я, прижимая её к стене лифта.

— Хочу… но по-хорошему. — Она облизнула губы и провела ладонью по моему члену через джинсы. — Ты же сможешь, да?

Лифт остановился, дверь открылась. Я толкнул её в квартиру, захлопнул замок, не включая свет. В темноте слышалось её дыхание, шуршание одежды. Ольга скинула платье прямо на пол, осталась в кружевных трусах, но уже через секунду стянула и их, оставшись полностью голой.

— Иди сюда, — сказал я, расстёгивая ремень.

Она подошла, опустилась на колени, взяла мой член в рот — сразу глубоко, без подготовки, я зашипел. Она смотрела на меня снизу вверх, глазами, полными желания, и работала языком так, что внутри всё плавилось. Я схватил её за волосы, начал двигать её голову сам, насаживая на себя всё глубже.

— Сейчас кончу, — предупредил я.

— Давай. В рот.

Она не замедлилась, и я выплеснулся ей в горло, чувствуя, как она глотает, не отрываясь. Когда я вышел, она облизнула губы и улыбнулась.

— Теперь моя очередь.

Я подхватил её под ягодицы, понёс к кровати, уронил на одеяло. Она раздвинула ноги, показала мне свою мокрую пизду — всё ещё набухшую, раскрытую после двойного траха.

— Смотри, как я текла для них. А теперь хочу для тебя.

Я навис над ней, провёл пальцем по её клитору, она выгнулась, застонала. Я спустился ниже, обхватил губами её клитор и стал вылизывать, чувствуя вкус её возбуждения — смесь пота, спермы и её собственных соков. Она закинула ноги мне на плечи, прижимая меня к себе.

— Дааа… вот так… глубже языком, Борис… блядь, как хорошо…

Я работал языком, засасывал клитор, вводил пальцы внутрь, скользкие от её влаги. Она уже дрожала, руками сжимая простыни.

— Я кончаю… — выдохнула она. — Не останавливайся…

Она кончила с криком, сжимаясь вокруг моих пальцев. Я поднялся, поставил её на четвереньки, вошёл сзади — резко, глубоко, до самого конца. Она застонала, упёрлась лбом в подушку.

— О дааа… трахай меня, Борис… жёстче… вот так…

Я навалился на неё, схватил за бёдра, вбивался в неё, чувствуя её горячую влажность. Она двигалась навстречу, её попа подмахивала мне в такт.

— Ещё… сделай мне больно… шлёпни по заднице…

Я шлёпнул её ладонью, она взвизгнула и застонала. Ещё раз. Ещё. Она вся горела, её пизда сжималась вокруг моего члена так, что я едва сдерживался.

— Блядь, я сейчас кончу, — прохрипел я.

— Внутрь… — выдохнула она. — Наполни меня…

Я сделал ещё несколько мощных толчков и зарычал, изливаясь в неё горячим, пока она содрогалась в очередном оргазме, выгибаясь подо мной.

Мы рухнули вместе, тяжело дыша. Она перевернулась на спину, мокрая, с размазанными волосами, с блестящей влагой между ног. Я лёг рядом, притянул её к себе.

Она уткнулась лицом мне в грудь и пробормотала:

— Знаешь… ты лучший конец этого вечера. — И засмеялась тихо. — Но с тобой я точно не успокоюсь. Завтра будет продолжение.

Я усмехнулся, гладя её по спине. За окном светало. Но Ольга была права — это только начало.

Мы проснулись от её стона. Ольга лежала на животе, раскинув руки, и во сне двигала бёдрами, будто кто-то трахал её. Я провёл ладонью по её спине, спустился ниже — к мокрым складкам между ног. Она вздрогнула, открыла глаза.

— Опять? — хрипло спросила она, но сама уже раздвинула ноги.

— Ты стонала, — ответил я, улыбаясь, и запустил палец внутрь. — До сих пор горячая.

— А ты — твёрдый, — она ухватилась за мой член, вставший ещё ночью. — Слишком долго отдыхали, Борис. Давай быстро, пока я не сошла с ума.

Я перевернул её на спину, развёл ноги шире и лёг между ними. Без прелюдий — только кончиком по клитору прошёлся, она выгнулась, и я вошёл. Внутри её было влажно, скользко, она стиснула меня так, что я застонал.

— Вот так, да, да... — шептала она, обхватывая меня ногами. — Всё ещё болит после вчерашнего, но я хочу больше...

Я двигался медленно и глубоко, чувствуя каждый сантиметр. Она кусала губу, вцепилась мне в плечи.

— Особенно сильно? — спросил я.

— Блядь, да, — выдохнула она. — Я хочу, чтобы ты вышиб из меня весь этот парк. До последней капли.

Я ускорился, вошёл жёстче, наклоняясь к ней так, что член доставал до самого упора. Она закатила глаза, её рот открылся в беззвучном крике.

— Кончишь в меня? — спросила она прерывисто, губы касались моего уха. — Я хочу чувствовать тебя внутри, когда буду засыпать.

— Кончу, — пообещал я, ритм сбивался, жар нарастал. — Но сначала ты.

Я подсунул руку под её попку, приподнял, и вошёл ещё глубже. Она заскулила, вцепилась в простыни, бёдра затряслись.

— Да! Вот так! — крикнула она, и волна оргазма накрыла её, стены сжались с такой силой, что я почувствовал каждый спазм. Она кончила с долгим выдохом, размякла, но я не остановился — задал ей жёсткий темп, вдалбливаясь, пока она не жалась, дрыгаясь подо мной.

— Теперь ты, — выдохнула она, когда я замер на грани. — Смотри на меня.

Она смотрела прямо в глаза, и я кончил, изливаясь в неё горячим, с глухим рыком. Она улыбнулась, погладила меня по спине, когда я лёг сверху.

— Ну вот, — прошептала она, целуя меня в плечо. — Теперь ты мой. А парк... парк они могли бы устроить и для нас двоих.

Я притянул её к себе, чувствуя, как она дрожит.

— Завтра пойдём туда вдвоём, — сказал я. — Я покажу тебе, как делаем это без зрителей.

Она тихо засмеялась.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она закинула ногу на меня, свернулась калачиком у моей груди. Вечерний свет лился в окно, а её пальцы всё ещё играли с моими волосами. Я знал, что это не последний раз. И этот парк запомнит нас надолго.

Мы вышли из отеля, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в алые и розовые тона. Ольга взяла меня за руку, и я чувствовал, как её пальцы дрожат — то ли от волнения, то ли от предвкушения.

— Ты уверена? — спросил я, когда мы подошли к кованым воротам парка, за которыми начинались тенистые аллеи.

— Борис, мне тридцать два года, — она улыбнулась, потянула меня вперёд, — и я никогда не делала этого под открытым небом. Ты хочешь быть моим первым?

Я не ответил. Вместо этого я притянул её к себе, впился в её губы — она сразу открылась, горячая, требовательная, её руки скользнули мне под футболку, царапая кожу.

— Здесь есть одно место, — шепнула она, отрываясь от меня, тяжело дыша, глядя вдоль дорожки. — Обойдём искусственное озеро.

Мы пошли быстрым шагом. Вокруг — ни души. Вечерний парк пах липами и влажной землёй. За поворотом, среди старых дубов, пряталась ротонда с обломанной колонной. Идеально.

Ольга остановилась, повернулась ко мне. Её глаза блестели в сумеречном свете.

— Здесь, — сказала она и, не дожидаясь, рванула тонкую ткань платья через голову, оставаясь только в кружевных трусах. Я видел, как её грудь приподнимается от быстрых вдохов, соски затвердели от вечернего воздуха.

Я притянул её, сжал ладонями груди, наклонился и взял сосок в рот. Она выгнулась, запрокинув голову, запустила пальцы в мои волосы. Я целовал её живот, ниже, опускаясь на колени перед ней прямо на мокрую траву. Стянул её трусы по ногам, и она шагнула из них, цепляя тонкими пальцами мои плечи.

— Смотри, — выдохнул я, касаясь пальцами влажных складок, раздвигая их. — Ты уже мокрая.

— Блядь, а чего ты ждал? — она засмеялась, но смех оборвался на стоне, когда мой язык прошёлся вдоль клитора. Я втянул его и сосал, я сходил с ума от её запаха — грешного и сладкого, от того, как её бедра подрагивают по обе стороны моей головы.

— Борис... твою мать... — выломалась она из-под контроля, уже раскачиваясь навстречу моему языку. — Я хочу тебя в себе. Сейчас. Встань.

Я поднялся, одной рукой расстегнул джинсы, спустил их вместе с бельём. Член уже стоял — тугой, горячий, и когда её ладонь обхватила его, я чуть не кончил прямо в её пальцы.

— Только быстрее, — хрипела она, прижимаясь ко мне, подставляясь, обнимая мои бёдра. — Пока нас не нашли.

Я приподнял её за ягодицы, посадил на каменную кладку ротонды. Она обхватила меня руками и ногами, и я вошёл с одного движения, сразу, до упора. Она закусила губу, боясь не закричать, но из горла всё равно вырвался короткий дикий стон.

— О да... да... не останавливайся... — она прикусывала мочку уха. — В парке... блядь, кто бы мог подумать...

Я двигался медленно, растягивая момент, глядя, как рассеянный свет от фонарей, проходящий сквозь листву, ложится пятнами на её плечи и грудь. Она закинула голову, открывая шею, и я втянул её кожу, оставляя влажные следы.

— Жёстче, будь ты проклят, — выдохнула она, вцепившись мне в волосы. — Мы не одни могли быть сто лет назад по этому миру... но сейчас... трахай...

Я вздрогнул всеми мышцами, задал быстрый ритм, вбиваясь в неё под ритмичные удары сердца, чувствуя, как её внутренние стены сжимаются всё сильнее. Она уже не шептала — она скулила, прижимала меня к себе, словно боялась, что я исчезну.

— Я кончу, — прошептал я над её ухом, — но сначала ты...

— Да, да, я... — она захрипела, её спина выгнулась, бёдра задрожали с такой силой, что ротонда зашаталась. Она кончила молча, застыв, вцепившись ногтями в мою спину, а затем обмякла у меня на руках, и я кончил в последнем толчке, изливаясь в неё, прижимаясь как можно теснее.

Мы стояли так, словно сплавленные друг с другом в этой тени, слыша лишь наше дыхание и где-то далеко — лёгкий смех. По дорожке шла парочка, не заметив нас. Ольга рассмеялась мне в шею, влажно и хрипло.

— Вот так, — прошептала она. — Это лучше любого свидания. Спасибо.

Она спрыгнула, собрала платье с травы, натянула через голову. Её пальцы всё ещё дрожали. Я помог ей найти трусы, которые закатились под ротонду, и мы пошли назад, держась за руки.

— Я, кажется, понял, — усмехнулся я. — Завтра ты попросишь снять номер на дереве.

Ольга повернулась ко мне и поцеловала в щёку.

— Завтра, — промурлыкала она, — мы попробуем то озеро. У него такая... приятная гладь.