Глубина снега
Я смотрю на него сквозь пар от чашки. Он стоит за барной стойкой шале, вытирает стакан, но смотрит на меня. Взгляд тяжёлый, тёмный. Мы оба знаем, зачем я здесь. Мы договорились: это ничего не значит. Просто теплая кожа на холодной высоте.
Но уже первый вечер сломал все договоры. Я сидела с бокалом вина, он подошёл сзади, поправил плед на моих плечах — и задержал ладонь на затылке. Я не отстранилась. Тогда он наклонился и сказал тихо, в самое ухо:
— Я не умею делать вид, что тебя не хочу.
Я обернулась. У него были серые глаза, как дым от камина. И он не шутил.
— Здесь слишком тихо, — прошептала я. — Кажется, весь дом слышит, как я дышу.
— Мне нравится, как ты дышишь.
Он взял моё лицо в ладони. Пальцы пахли кофе, деревом и холодом. Поцеловал медленно, осторожно, как пробуют дорогое вино. Губы тёплые, сухие, немного шершавые. Я приоткрыла рот, и он углубил поцелуй. Язык скользнул по моему — мягко, тягуче. Внизу живота стало горячо.
— Пойдём, — выдохнула я, но он покачал головой.
— Нет. Здесь. Я хочу слышать, как ты вздыхаешь у этого окна.
Он подтолкнул меня к широкому подоконнику. За стеклом — синие сумерки и снег, падающий крупными хлопьями. Внутри — жар от камина и его руки, скользящие по моей талии, по бёдрам. Он развернул меня спиной к себе, прижался. Я чувствовала его возбуждение даже через джинсы. Твёрдый, настойчивый. Он целовал мою шею, прикусывал мочку, шептал:
— Ты дрожишь. Холодно?
— Нет. Это ты.
— Хорошо.
Его ладонь легла мне на грудь. Сжал осторожно, потом смелее. Я откинула голову ему на плечо. Вторая рука расстегнула пуговицу на моих джинсах, потом молнию. Пальцы скользнули под резинку трусиков. Я застонала, когда он коснулся клитора — сначала едва, круговыми движениями, потом настойчивее.
— Ты уже мокрая, — прошептал он. — Вся течёшь.
— Потому что ты...
— Что я?
— Смотришь на меня так, будто хочешь съесть.
— Так и есть.
Он развернул меня к себе, стянул джинсы и трусики одним движением. Подхватил под ягодицы, усадил на подоконник. Я обхватила его ногами. Холод стекла обжигал спину, а его губы — грудь. Он оттянул край топа, взял сосок в рот. Язык обвёл, всосал, прикусил. Я вцепилась пальцами в его волосы.
— Пожалуйста, — прошептала я. — Не мучай.
— Я только начал.
Он опустился на колени. Развёл мои бёдра. Горячее дыхание обожгло внутреннюю сторону бедра. Поцеловал там, где кожа самая тонкая. Потом выше, ещё выше. Я сама подалась ему навстречу. Его язык скользнул по моим складкам — медленно, широко. Я вскрикнула. Тишина шале взорвалась моим стоном.
— Тише, — он поднял голову, улыбнулся. — Или пусть слышат?
— Пусть, — выдохнула я.
Он снова припал к моей киске. Язык работал жадно, то проникая внутрь, то лаская клитор. Пальцы сжимали мои ягодицы. Я уже не контролировала звуки. Двигала бёдрами ему навстречу, цеплялась за его плечи. Оргазм подступил резко, скрутил низ живота. Я закричала, прижимая его голову к себе, дрожа всем телом.
— Вот так, — он поднялся, вытирая губы. — Теперь я хочу быть внутри.
Он расстегнул джинсы, спустил их. Его член был твёрдым, с блестящей от смазки головкой. Он приставил его к моему входу, но не вошёл. Мучил меня, скользя по мокрым складкам.
— Скажи, что хочешь.
— Хочу тебя. Внутри. Глубоко.
Он вошёл одним резким толчком. Я ахнула, прогнулась. Подоконник скрипнул. Он начал двигаться — сначала медленно, растягивая каждое движение, потом быстрее. Его стоны смешивались с моими. Я обвивала его ногами, притягивала ближе. Кожа к коже. Жар, пот, запах камина и секса.
— Ты такая узкая, — прошептал он. — Такая горячая.
— Не останавливайся...
Он взял меня за бёдра, приподнял, меняя угол. Теперь каждый толчок попадал точно по клитору. Я снова застонала, уже на грани. Он целовал мою шею, грудь, губы. Внутри нарастала сладкая судорога.
— Я сейчас... — выдохнула я.
— Давай. Хочу почувствовать, как ты кончаешь на мне.
Мир разлетелся на осколки. Я закричала, впиваясь ногтями в его спину. Внутренние мышцы сжались вокруг его члена. Он сделал ещё несколько глубоких толчков и замер, изливаясь в меня с хриплым стоном.
Мы замерли, тяжело дыша. Снег за окном всё падал, укрывая горы белым. Он не выходил, прижимая меня к себе. Целовал висок, щёку, уголок губ.
— Это ничего не значит, — прошептала я.
— Конечно, — он улыбнулся, но глаза говорили другое. — Просто снег, камин и ты.
Он подхватил меня на руки, отнёс к кровати. Уложил, укрыл пледом. Сам лёг рядом, обнял, уткнулся носом в мои волосы.
— Останься до утра, — тихо сказал он.
— Мы договаривались...
— Я помню. Просто полежи со мной. Просто будь рядом.
Я повернулась к нему, провела ладонью по щеке. Серые глаза в полутьме казались почти чёрными.
— Ты опасный человек, — прошептала я.
— Я просто бариста в горах.
— Нет. Ты — тот, кто смотрит так, что забываешь собственное имя.
Он усмехнулся, притянул меня ближе. Наши ноги переплелись под пледом. Камин тихо потрескивал. Где-то внизу, в долине, выл ветер. А здесь, на высоте, было только наше дыхание, наше тепло и тишина, в которой не нужно было ничего объяснять.
— Может, это и значит что-то, — сказал он наконец. — Но мы сделаем вид, что нет. До утра.
— До утра, — согласилась я.
И он поцеловал меня. Медленно, нежно, как будто у нас было всё время мира. Как будто за окном не снег, а вечность. И я ответила, потому что в эту ночь мне было всё равно, что будет завтра.
Читайте в блоге
- Как озвучить порно рассказ: аудио и выбор голоса
- Как продолжить порно рассказ с помощью ИИ и не потерять нить
- Внешность героев порно рассказа: как задать имена и образ
- Как сделать порно рассказ длиннее и детальнее: 8 рабочих приёмов
- Промпт для эротического рассказа: как составить запрос ИИ
- Порно рассказы от первого лица: как писать и заказывать в ИИ