Озеро помнит всё
Летний вечер пах хвоей и разогретой за день водой. Мы с Мариной не сказали друг другу ни слова с самого утра, но я ловил её взгляд — быстрый, как сполох, — и понимал: ссора кончилась, хотя вслух этого не произнесли.
— Кофе будешь? — спросила она, не оборачиваясь, и провела ладонью по перилам террасы.
— Буду. Если с тобой.
Она усмехнулась уголком рта. Между нами стоял стол, на нём — остывший ужин, который никто не тронул. Я подошёл сзади, почти вплотную, но не коснулся. Только дыхание — её, сбитое, и моё, тяжёлое.
— Ты специально ходишь так близко? — тихо, с вызовом.
— А ты специально делаешь вид, что не замечаешь?
Марина обернулась первая. Слишком резко, будто ждала. Наши губы оказались рядом, и я не стал тянуть — накрыл её рот поцелуем, жёстким, с голодом, который копился все эти дни молчания. Она ответила сразу, запустив пальцы в мои волосы, и тихо застонала мне в губы.
— Ненавижу, когда мы ссоримся, — выдохнула она, отстранившись на секунду.
— Зато как миримся...
Я подхватил её под ягодицы, усадил на стол, отодвинув тарелки. Бокал опрокинулся, вино потекло по скатерти, но нам было плевать. Марина обхватила мои бёдра ногами, притянула к себе так, что я почувствовал жар сквозь джинсы. Её сарафан задрался, ладони легли на её бёдра — горячие, гладкие, с тонкой полоской трусиков, которая, казалось, вот-вот исчезнет.
— Прямо здесь? — прошептала она, но уже расстёгивала мою рубашку.
— Тайна, Марин. Озеро всё видит, но молчит.
Я провёл губами по её шее, прикусил мочку, спустился к ключице. Сарафан упал с плеч, обнажив грудь — без лифчика, как она любила дома. Соски уже затвердели, и когда я обхватил один губами, Марина выгнулась, вцепившись в край стола.
— Господи, как же я скучала... — её голос дрогнул.
— По чему именно скучала?
— По твоим рукам. По тому, как ты смотришь.
Я опустил ладонь между её ног, погладил через мокрую ткань. Она дёрнулась, развела колени шире, приглашая. Трусики мешали — я сдвинул их в сторону и вошёл двумя пальцами, сразу глубоко. Марина ахнула, её бёдра подались ко мне.
— Какая ты уже тесная... и мокрая, — прошептал я, двигая пальцами медленно, с нажимом, ловя её реакцию.
— Миш... не дразни.
— Это не дразнил. Это я вспоминаю.
Она засмеялась, но смех оборвался стоном, когда я ускорил темп. Её стоны становились громче, она прикусила губу, запрокинула голову. В окно задувал тёплый ветер, где-то за деревьями кричала одинокая птица, а здесь, на террасе, всё было пропитано нами — запахом вина, её кожи, нашими прерывистыми дыханиями.
Я стянул с неё трусики, бросил на пол. Марина потянулась к моему ремню, расстегнула его быстрыми движениями, дёрнула молнию. Мои джинсы упали, и она обхватила меня ладонью — уверенно, как делала сотни раз, но каждый раз это ощущалось как впервые.
— Я хочу тебя сейчас, — сказала она, глядя прямо в глаза. — Без прелюдий.
— Тогда держись.
Я развернул её к столу, наклонил вперёд. Марина упёрлась ладонями, прогнула спину, и я вошёл — одним движением, до конца. Она вскрикнула, но не от боли — от жадности, с которой мы оба этого ждали. Я замер на секунду, давая ей привыкнуть, а потом начал двигаться — резко, глубоко, с той злостью, что осталась после ссоры, и с той нежностью, что всегда была под ней.
— Сильнее, — попросила она, оглянувшись через плечо.
— Вот так?
Я ускорился, вбиваясь в неё так, что стол заскрипел. Её тело подавалось навстречу, ягодицы встречали мои бёдра с влажным шлепком. Марина стонала в голос, уже не сдерживаясь, и от её стонов у меня темнело в глазах.
— Не останавливайся... ещё... ну пожалуйста...
Я обхватил её за талию, притянул к себе, меняя угол. Теперь каждое движение било точно туда, где внутри неё всё сжималось. Она вцепилась в край стола, ноги дрожали, стоны перешли в сбивчивое «да-да-да», и я почувствовал, как её тело начинает сжиматься вокруг меня.
— Кончи для меня, — прошептал я ей в шею. — Громко. Чтобы озеро слышало.
И она кончила — с криком, выгнувшись так, что я едва удержал её. Её тело билось в моих руках, я продолжал двигаться, продлевая её оргазм, пока она не застонала уже умоляюще:
— Хватит... не могу больше...
— Можешь. Ещё раз.
Я подхватил её, развернул к себе, усадил на стол. Теперь она была лицом ко мне, ноги обвили мои бёдра. Я вошёл снова, глядя ей в глаза, и Марина закусила губу, сдерживая улыбку.
— Ты невозможный, — выдохнула она.
— А ты моя.
Мы двигались медленнее, глубже, смакуя. Её руки блуждали по моей спине, ногти оставляли следы. Я целовал её шею, плечи, грудь, не сбавляя ритма. Она снова начала дрожать, и я чувствовал, как внутри неё всё сжимается, снова и снова.
— Вместе, — прошептала она. — Прошу, вместе.
Я ускорился, теперь уже без контроля, отдаваясь ощущениям. Марина стонала мне в губы, её бёдра двигались в такт, и когда она сжалась вокруг меня в последний раз, я кончил следом — глубоко, с хриплым стоном, уткнувшись лбом в её плечо.
Мы долго стояли так, не размыкая объятий. Ветер остывал, небо темнело, а озеро действительно молчало, храня нашу тайну.
Утром я проснулся от запаха кофе. Марина сидела на подоконнике, поджав ноги, в моей рубашке, и смотрела на озеро. Я подошёл, обнял сзади, поцеловал в плечо.
— Не ссоримся больше? — спросил я.
— Ни за что, — улыбнулась она, но взгляд был хитрый. — Хотя...
— Что «хотя»?
— Мне понравилось мириться.
Она обернулась, и в её глазах снова вспыхнуло то самое, вчерашнее. Я перехватил её взгляд, и мы оба поняли: наше утро только начинается.
Читайте в блоге
- Порно аудио рассказы слушать онлайн бесплатно: подборка жанров
- Первое сообщение ИИ девушке: 20 примеров, которые работают
- Как составить запрос нейросети, чтобы эротический рассказ получился живым
- Как озвучить свой рассказ голосом ИИ: пошагово
- Как написать эротический фанфик за вечер: структура и шаблон
- Как флиртовать с ИИ девушкой и не получить сухие ответы