Испорченная

Лёха заглушил мотор, и салон «Приоры» наполнился тишиной, нарушаемой лишь нашим сбитым дыханием. Его рука лежала на моей голой коленке — тяжёлая, горячая, чуть шершавая. Я смотрела, как его пальцы медленно, дразняще ползут вверх по бедру, задирая подол короткого платья. Я — Лиза, выпускница, а он — мой преподаватель, но сейчас это было так далеко, в другой вселенной. Окна машины запотели, на стоянке у трассы было пусто, лишь редкие фары проносились мимо, но мы оба знали — кто-то может войти в любую минуту.

— Ну, Лиза… — прошептал он, и его голос дрогнул. — Ты понимаешь, что мы делаем?

— А ты? — выдохнула я, подаваясь к нему, вдыхая запах его одеколона и бензина. — Ты сам меня сюда позвал. Сказал, что хочешь обсудить диплом.

— Диплом, — усмехнулся он и, резко сократив расстояние, впился в мои губы.

Поцелуй был жадный, требовательный. Его язык скользнул в мой рот, и я застонала, цепляясь за его плечи. Я чувствовала, как напрягся его член под джинсами. Его ладонь уже была у меня между ног, надавливая на влажную ткань трусиков. Я раздвинула ноги, давая ему больше места, и он накрыл мою киску всей ладонью, массируя сквозь кружево.

— Ох… Лёш… — простонала я, запрокидывая голову.

— Тихо, — он прижал палец к моим губам. — Или нас услышат.

Он расстегнул мои трусики, стянул их, и они повисли на одной ноге. Я почувствовала, как его пальцы скользят по моим мокрым складкам, находят клитор и начинают медленно, мучительно приятно его тереть. Я закусила губу, чтобы не закричать. Его другая рука сжимала мою грудь через ткань платья, тёрла затвердевший сосок.

— Какая же ты… — прошептал он, отрываясь от моих губ и целуя шею, спускаясь ниже. — Испорченная.

Он расстегнул пуговицы на платье, и оно распахнулось. Я была без лифчика. Его рот тут же нашёл мой сосок, он втянул его в себя, посасывая и пощипывая языком. Меня прошило дрожью, и я вцепилась ему в волосы.

— Хочу тебя… — выдохнула я. — Прямо сейчас.

Он поднял голову, глаза блестели в темноте салона. Он расстегнул свои джинсы, выпустив на свободу тугой, горячий член. Я обхватила его пальцами, провела по влажной головке, и он зашипел сквозь зубы.

— Лиза… не дразни.

— А что ты сделаешь? — дерзко спросила я, наклоняясь к его паху.

Я провела языком по всей длине, от основания до головки, и взяла его в рот. Он откинулся на сиденье, запрокинув голову, а я, глядя ему в глаза, начала двигаться, посасывая и лаская. Его рука сжала мой затылок, направляя меня. Я чувствовала его вкус, слышала его прерывистое дыхание, и это заводило ещё сильнее.

— Хватит… — выдохнул он, отстраняясь. — Я хочу быть в тебе.

Он развернул меня лицом к рулю, и я упёрлась руками в приборную панель. Откинула платье, приподняв зад. Он скользнул рукой по моей спине вниз, сжал ягодицу, а потом я почувствовала, как его член касается моих влажных складок. Он медленно, дюйм за дюймом, вошёл в меня. Я застонала, закусив губу, чтобы не закричать.

— Боже… — простонал он, сжимая мои бёдра. — Какая ты тугая… Горячая…

Он начал двигаться, сначала медленно, глубоко, а потом всё быстрее и быстрее. Салон машины наполнился влажными звуками, моими сдавленными стонами и его тяжёлым дыханием. Стекло запотело ещё сильнее. Я чувствовала, как нарастает внутри приятное, тянущее напряжение. Его пальцы впились в мою кожу, он толкался всё глубже, и я уже не могла сдерживаться.

— Лёша… я сейчас… — прошептала я.

— Давай, — прохрипел он. — Кончи для меня.

Он накрыл мой клитор рукой, и этого было достаточно. Меня взорвало, я забилась, вцепившись в руль, пока волны удовольствия прокатывались по всему телу. Он сжал меня ещё сильнее и, с низким стоном, кончил глубоко внутри, дёрнувшись в последнем толчке.

Мы замерли, тяжело дыша. Я чувствовала, как его член пульсирует во мне, как по моим бёдрам стекает тепло. Он медленно вышел, и я почувствовала пустоту. Развернулась к нему, поправила платье. Он смотрел на меня, и в его глазах читался смешанный восторг и лёгкая паника.

— Это было… безумие, — сказал он, заправляя рубашку.

— Мне понравилось, — улыбнулась я, облизывая губы.

Вдруг в окно постучали. Мы оба подскочили. За стеклом стоял мужик в камуфляже и стучал костяшками пальцев.

— У вас всё нормально? — прокричал он.

Лёха, красный, как рак, опустил стекло.

— Да, всё… всё хорошо, — выдавил он.

Мужик хмыкнул, глянул на меня, на наши раскрасневшиеся лица, и пошёл прочь, покачав головой.

Я посмотрела на Лёху и тихо рассмеялась. Он выдохнул и тоже улыбнулся.

— Ты невозможная, — сказал он, заводя мотор.

— А ты меня такой сделал, — ответила я, кладя руку ему на бедро.