Снег за окном

За окном шале кружил мокрый снег, крупными хлопьями лип к стеклу, а внутри было жарко от камина. Алиса стояла у окна, чувствуя, как взгляд Марка скользит по её спине, по изгибу бёдер, задерживается на шее, где выбилась пара тёмных прядей. Она обернулась, и он не отвел глаз — только усмехнулся, поднимая бокал с вином.

— Ты обещал, что это будет просто выходные, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но внутри всё дрожало от предвкушения.

— Я и не говорил, что будет сложно, — Марк сделал глоток, не отрывая от неё взгляда. — Просто хотел тебя. Хочу до сих пор.

Алиса шагнула ближе. Она знала, что это неправильно — он её преподаватель, хоть и бывший уже, она выпускница, а не студентка. Но когда он предложил снять это шале на двоих, она согласилась, сказав себе: «Один раз, ничего не значит». Сейчас, под его взглядом, это «ничего» плавилось, как снег на её ладони, которую она прижала к его груди.

— Ты дрожишь, — сказал он тихо, накрывая её руку своей, переплетая пальцы. Его голос был низким, обволакивающим, и Алиса почувствовала, как колени становятся ватными.

— Это не от холода, — выдохнула она.

Марк притянул её к себе, и его губы оказались в сантиметре от её рта. Он не целовал — медлил, дразнил, давая ей сделать первый шаг. Алиса не выдержала, подалась вперёд, и их губы встретились — мягко, неуверенно, а потом он углубил поцелуй, и её руки сами скользнули под его свитер, ощущая жар кожи.

— Я думала об этом весь семестр, — призналась она, разрывая поцелуй, чтобы глотнуть воздуха. — Смотрела на тебя за кафедрой и представляла, как ты снимаешь с меня одежду.

Марк хрипло рассмеялся, его ладони легли на её ягодицы, сжимая сквозь тонкую ткань платья.

— А я думал, как завалю тебя на этот стол и трахну так, что ты забудешь своё имя.

— Ну так сделай это, — прошептала она, глядя ему прямо в глаза, и в её голосе прозвучал вызов.

Он подхватил её на руки, и она вскрикнула от неожиданности, обвивая его бёдра ногами. Марк отнёс её к дивану, опустил на мягкие подушки и навис сверху, разглядывая её лицо так, будто видел впервые. Его пальцы расстегнули пуговицы на платье, медленно, одну за другой, а потом он отвёл ткань в стороны, обнажая её грудь.

— Красивая, — сказал он, и это прозвучало просто, без лести. — Очень.

Алиса закусила губу, когда он наклонился и провёл языком по её соску, обводя круги, ловя её дрожь. Она выгнулась, вцепившись пальцами в его волосы, и он засмеялся — тихо, прямо в её кожу.

— Любишь, когда так?

— Люблю, — выдохнула она, чувствуя, как низ живота тянет сладкой тяжестью. — Ещё.

Марк послушно переключился на второй сосок, посасывая, покусывая, пока она не застонала в голос, выгибаясь под ним. Он не спешил, растягивал удовольствие, и это сводило с ума. Алиса тянула его за плечи, хотела большего, но он лишь усмехался, скользя губами вниз по животу.

— Не торопись, — шептал он, поддевая зубами край её трусиков. — У нас вся ночь.

— Марк, — простонала она, когда он стянул бельё и его дыхание коснулось самого чувствительного места. — Пожалуйста.

— Что — пожалуйста? — его голос был низким, дразнящим. Он провёл языком по её клитору, лениво, будто пробуя на вкус, и Алиса чуть не задохнулась.

— Ты знаешь что.

Он не ответил, но его язык скользнул внутрь, и Алиса закрыла глаза, отдаваясь ощущениям. Он лизал её медленно, глубоко, чередуя с лёгкими покусываниями, и она чувствовала, как нарастает волна, как мышцы сжимаются в предвкушении.

— Смотри на меня, — сказал он вдруг, поднимая голову. Его лицо блестело от её влаги, глаза потемнели. — Я хочу видеть, как ты кончаешь.

Алиса приподнялась на локтях, встречая его взгляд. Он снова опустил голову, теперь быстрее, настойчивее, и она не смогла сдержать крик, когда волна накрыла её с головой, заставляя выгнуться дугой. Она видела его глаза — тёмные, горячие, — и это подстегнуло ещё сильнее.

Когда она обмякла, Марк поднялся, расстёгивая джинсы. Алиса смотрела, как он освобождает член, как проводит рукой по стволу, и облизнула пересохшие губы.

— Иди сюда, — позвала она, разводя ноги. — Хочу тебя в себе.

Марк навис над ней, и она почувствовала его у входа — горячий, твёрдый, дразнящий. Он медлил, скользя головкой по её скользким губам, и Алиса почти взвыла от нетерпения.

— Не мучай меня.

— А если я люблю тебя мучить? — он улыбнулся, но в глазах горело желание.

Она толкнулась бёдрами навстречу, и он вошёл — медленно, глубоко, заставляя её растянуться вокруг него. Алиса застонала, вцепившись в его спину ногтями, ощущая, как он заполняет её целиком.

— Так хорошо, — прошептала она, когда он начал двигаться, плавно, раскачивая её бёдра. — Господи, Марк...

Он задавал ритм — медленный, тягучий, почти мучительный. Его лицо было близко, дыхание смешивалось, и Алиса не могла оторваться от его глаз. Она видела, как он сдерживается, как на лбу выступает пот, и это заводило ещё сильнее.

— Ты сводишь меня с ума, — выдохнул он, ускоряясь.

— Ещё, — попросила она, обхватывая его ногами за талию. — Сильнее.

Марк подхватил её под ягодицы, меняя угол, и Алиса вскрикнула, когда он вошёл глубже, задевая ту точку, от которой темнело в глазах. Он двигался резче, жёстче, и её крики становились громче, смешиваясь с его хриплым дыханием.

— Посмотри на меня, — прошептал он, и она подчинилась. — Я хочу видеть твоё лицо, когда ты кончишь.

Алиса уже была на грани, её тело дрожало, мышцы сжимались вокруг него. Марк чувствовал это, ускорялся, вбиваясь в неё всё глубже, пока она не закричала, выгибаясь под ним, чувствуя, как волна накрывает её с головой. Он кончил следом, со стоном, прижимаясь к ней, и они замерли, тяжело дыша.

Снег за окном всё падал, укрывая горы белым одеялом. Алиса лежала под Марком, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с её, и улыбнулась.

— Это было...

— Не говори, — перебил он, целуя её в висок. — Просто знай, что это ничего не значит.

Она рассмеялась, и он улыбнулся, но в его глазах промелькнуло что-то большее, чем просто обещание.