Запретное касание у озера

Я лежал на узкой кушетке в маленькой комнатке загородного дома у озера, где проводили летний оздоровительный лагерь для взрослых. Нога ныла после неудачного прыжка на волейбольной площадке, и меня отправили к медсестре. Её звали Анна, ей было тридцать два, а мне тридцать пять. Она вошла, и уже в первый миг всё изменилось. Её пальцы коснулись моей голени, проверяя отёк, и я почувствовал, как жар пробежал по коже прямо к паху. Анна подняла глаза, наши взгляды встретились, и в них было то самое — голодное, запретное желание.

— Больно? — тихо спросила она, не убирая ладонь.

— Уже не очень… — выдохнул я, глядя, как её грудь поднимается под тонким халатом. — Но если ты так трогаешь, то совсем по-другому.

Она улыбнулась уголком губ, но пальцы остались на месте, слегка поглаживая мышцу. За окном плескалось озеро, ветер шевелил занавески, а в комнате повисла густая тишина, только слышно было наше дыхание. Анна наклонилась ближе, якобы осматривая синяк, и её волосы коснулись моего бедра. Я не выдержал и провёл ладонью по её руке вверх, до локтя.

— Мы не должны… — прошептала она, но не отстранилась.

— А хочется, да? — Я приподнялся на локтях, чувствуя, как член уже твердеет под шортами. — С первого прикосновения.

Анна закусила губу, глаза потемнели. Она оглянулась на дверь, убедилась, что мы одни, и вдруг села на край кушетки, прижавшись бедром к моей ноге.

— Ты прав… С первого касания. Я уже мокрая, чёрт возьми.

Её слова ударили прямо в голову. Я потянул её к себе, и наши губы встретились — жадно, без нежности. Анна застонала в поцелуй, её рука скользнула под мои шорты и обхватила твёрдый член. Пальцы двигались уверенно, сжимая у основания, проводя большим пальцем по головке, размазывая первую каплю.

— Ох, какой горячий… — выдохнула она мне в губы. — Хочу почувствовать его внутри.

Я перевернул её на спину прямо на кушетке. Халат распахнулся, открывая белые трусики и полную грудь. Я стянул с неё всё одним движением, а она уже раздвигала ноги, показывая блестящую от влаги киску. Без прелюдий я приставил головку к её входу и толкнулся вперёд. Анна выгнулась, впиваясь ногтями мне в плечи.

— Глубже… Да, вот так! — стонала она, когда я вошёл до конца. Её стенки плотно обхватили член, горячие и мокрые.

Я начал двигаться — сначала медленно, наслаждаясь каждым сантиметром, как её тело дрожит подо мной. Звуки были приглушённые: тихое чавканье влажной киски, скрип кушетки, наши тяжёлые вздохи. За окном кричали чайки, а здесь мы трахались, как будто весь мир исчез.

— Перевернись, — хрипло сказал я, выходя из неё.

Анна быстро встала на четвереньки, опираясь на подлокотник. Я встал сзади и вошёл снова, уже резче. Теперь ритм стал жёстче: я держал её за бёдра и долбил глубоко, слушая, как шлёпает кожа о кожу. Её упругая попка колыхалась при каждом толчке, а она кусала руку, чтобы не кричать слишком громко.

— Трахай меня сильнее… Я сейчас кончу… — шептала она сквозь стоны.

Я ускорился, чувствуя, как её киска начинает пульсировать. Один палец я опустил ниже и коснулся её клитора, кружа по нему быстро. Анна затряслась, сжала меня внутри так сильно, что я едва не кончил сам. Её оргазм был долгим — она выгибалась, тихо скулила, а влага текла по её бёдрам.

Я не остановился. Перевернул её снова на спину, закинул одну ногу себе на плечо и вошёл под другим углом. Теперь каждый толчок доставал до самой глубины, и Анна смотрела мне в глаза, не отрываясь.

— Кончи в меня… Пожалуйста… — умоляла она, её голос дрожал.

Я не выдержал. Несколько резких толчков — и горячая сперма хлынула внутрь, заполняя её. Мы замерли, тяжело дыша, тела блестели от пота. Озеро за окном продолжало тихо плескаться, занавеска колыхалась.

Потом мы рассмеялись одновременно — нервно, облегчённо. Анна провела пальцами по моей груди.

— Ну ты и физрук… — прошептала она с улыбкой. — Теперь я точно буду чаще «лечить» твои травмы.

— А я буду чаще «травмироваться», — ответил я, целуя её в мокрый висок.

Мы лежали, переплетясь, и понимали: это только начало.