Растянутые дырочки

Летний вечер душно прилипал к коже. Окна в нашей квартире были распахнуты настежь, но ветер только гонял по комнате запах её недавнего секса — сладковатый, тяжёлый, с ноткой чужой спермы. Я сидел на краю кровати, а Лера стояла передо мной в одном коротком халатике, который едва прикрывал бёдра. Её волосы ещё были влажными после душа, но я знал, что вода не смыла всего.

— Ты сегодня опять… — начал я тихо.

— Опять, — перебила она, чуть улыбнувшись. Глаза блестели, как всегда после хорошей ебли. — Двое. Один в машине по дороге домой, второй уже здесь, в подъезде. Быстро, но густо.

Она повернулась боком, и халатик слегка разошёлся. Я увидел её бёдра — гладкие, загорелые, но между ними уже виднелась та самая картина, от которой у меня внутри всё сжималось. Пизда Леры теперь выглядела совсем иначе. Губы стали пухлыми, постоянно чуть приоткрытыми, а вход — широким, тёмно-розовым, словно постоянно готовым принять ещё один толстый член. Жопа тоже изменилась. После года почти ежедневных трахов анус больше не смыкался плотно — он слегка зиял, розовый, блестящий от остатков смазки.

Я сглотнул.

— Лер, я больше не могу.

Она замерла, медленно повернулась ко мне лицом.

— Что именно не можешь?

— Всё это. Ты стала настоящей шлюхой. Твоя пизда… она теперь такая растраханная. Я в неё вхожу и почти не чувствую стенок. А жопа… после тех двух вчерашних я вылизывал из неё столько спермы, что чуть не захлебнулся. Ты стала слишком широкой для меня. Я больше не выдерживаю.

Лера молчала несколько секунд. Потом медленно развязала пояс халата. Ткань скользнула вниз, упала к её ногам. Она стояла передо мной полностью голая — красивая, горячая, с тяжёлой грудью и этими откровенными, использованными дырками между ног.

— Так вот что ты думаешь, — произнесла она низким голосом. — Что я слишком растянутая для тебя?

— Да. Я предлагал тебе остановиться. Ты не захотела. Поэтому… я хочу развестись.

Слова повисли в воздухе. Лера сделала шаг ближе. Её кожа пахла потом и сексом. Она взяла мою руку и без предупреждения прижала её к своей мокрой пизде. Пальцы сразу провалились внутрь — легко, слишком легко. Жаркая, скользкая, широкая. Я почувствовал, как внутри неё ещё пульсирует что-то чужое.

— Ого, — выдохнула она, глядя мне прямо в глаза. — Видишь, как легко твои пальцы туда входят? Раньше ты едва два помещал, а теперь почти вся ладонь проваливается. Тебе правда противно?

— Нет… — хрипло ответил я, хотя член уже начал вставать. — Мне противно, что я это люблю. Что я каждый раз кончаю, когда вылизываю из тебя чужую сперму. Но я устал быть вторым. Устал чистить твои растраханные дырочки.

Лера села мне на колени лицом к лицу. Её тяжелые сиськи прижались к моей груди. Она взяла мой уже твёрдый член и медленно провела головкой по своим влажным, разбухшим половым губам.

— Тогда давай последний раз, — прошептала она мне в губы. — Перед тем, как ты меня бросишь. Покажи, как ты ненавидишь мои широкие дырки.

Она опустилась вниз. Мой член вошёл в её пизду почти без сопротивления. Горячая, влажная, очень просторная. Лера застонала, запрокинув голову.

— Ох блядь… чувствуешь? Почти не обхватывает. Раньше я тебя сжимала так, что ты сразу кончал. А теперь… теперь я могу спокойно сидеть на тебе и болтать.

Она начала двигаться — медленно, круговыми движениями, словно проверяя, насколько глубоко я могу достать. Её растраханная пизда хлюпала вокруг моего члена, оставляя на нём густые сливки. Я схватил её за упругие ягодицы и развёл их в стороны. Анус Леры раскрылся прямо перед моими глазами — широкий, расслабленный, с блестящей розовой серединой.

— Смотри, — выдохнула она, ускоряясь. — Вот что ты имел в виду. Моя жопа теперь всегда чуть приоткрыта. Любой может засунуть туда два пальца даже без смазки. Хочешь попробовать?

Не дожидаясь ответа, она поднялась, повернулась ко мне спиной и снова села, но уже на мой член — только теперь головка упёрлась в её задний проход. Лера сама надавила вниз. Я вошёл в её жопу легко, почти без усилия. Она была горячей, бархатистой и такой просторной, что я мог двигаться внутри неё очень резко.

— Дааа… вот так, — простонала Лера, опираясь руками о мои колени. — Трахай мою растраханную жопу. Чувствуешь, как свободно там? Раньше ты едва входил, а теперь можешь долбить как хочешь. Глубже… сильнее…

Я начал двигать бёдрами вверх, вгоняя член в её широкую попку. Каждый толчок сопровождался влажным шлепком и её громкими стонами. Лера наклонилась вперёд, раздвинула свои ягодицы руками, чтобы я видел всё.

— Смотри, как моя дырочка тебя заглатывает… Она уже не моя, она общая. Все эти мужики растянули её для тебя. Тебе же нравится, признайся. Нравится вылизывать из неё сперму, а потом трахать эти широкие, мокрые, использованные отверстия.

— Нравится… — вырвалось у меня. Я уже не сдерживался. Схватил её за бёдра и начал яростно долбить в жопу, чувствуя, как её стенки всё равно обхватывают меня, хоть и не так плотно, как раньше. Лера дрожала, её кожа покрылась испариной, спина выгнулась.

— Кончай в меня, — потребовала она, оглядываясь через плечо. — Кончай в мою растраханную жопу. Наполни её своей спермой, пока я ещё твоя жена.

Я не выдержал. Сильный оргазм накрыл меня, и я начал изливаться глубоко в её задницу. Лера стонала, сжимая пальцами простыни, пока я заполнял её горячей спермой. Когда я закончил, она медленно поднялась. Из её приоткрытого ануса сразу потекла белая густая жидкость, стекая по внутренней стороне бедра.

Она повернулась, легла рядом со мной и прижалась всем телом. Мы оба тяжело дышали. Я обнял её, чувствуя жар её кожи, дрожь в мышцах, запах нашего общего пота и спермы.

Лера положила голову мне на грудь. Мы молчали. Только слышно было, как бьются наши сердца и как медленно капает из неё на простыню. Ни слова о разводе. Ни слова о том, что будет завтра. Просто кожа к коже, жар, дрожь и тяжёлое, сытое дыхание друг друга в душной летней комнате.

В итоге мы решили не разводясь пожить какое-то вре...

Мы лежали ещё долго, пока пот на наших телах не начал остывать. Лера не поднималась, только иногда проводила пальцами по моей груди, будто боялась, что я исчезну. Я смотрел в потолок и думал, что завтра всё равно скажу ей те же слова. Но не сказал. Вместо этого мы просто заснули, прижавшись друг к другу, как будто ничего не произошло.

Утром всё изменилось без громких разговоров. Мы решили не разводиться. Пока. Просто пожить какое-то время каждый своей жизнью. Она — в нашей квартире, я — у друга, который уехал на полгода. Друзья, когда узнали, вытаращили глаза. Особенно её подруги. Одна из них, Света, даже позвонила мне отдельно и сказала:

— Ты святой, честное слово. Такая понимающая жопа — это редкость. Большинство бы уже давно психанула и выгнала.

Я только усмехнулся в трубку. Никто не знал всей правды. Никто не видел, как я вылизывал из Леры чужую сперму, как она стонала, рассказывая подробности, как я кончал от этого. И как в итоге устал.

Прошло две недели. Я привыкал к тишине в чужой квартире, к тому, что никто не присылает мне ночью видео, где её ебут. Тишина оказалась тяжёлой.

В один из вечеров, когда я сидел с бутылкой пива на балконе, в дверь позвонили. Я открыл и замер. На пороге стояла Катя — лучшая подруга Леры. Та самая, замужняя, которая однажды присоединилась к нам втроём. Высокая, с короткими тёмными волосами, пышными бёдрами и грудью, которая всегда выглядела так, будто вот-вот вывалится из блузки. Сегодня на ней было лёгкое летнее платье, которое едва прикрывало колени.

— Привет… — тихо сказала она, переминаясь. — Можно войти? Я ненадолго.

Я посторонился. Она прошла, оставляя за собой лёгкий запах дорогих духов и чего-то сладкого. Мы сели на кухне. Катя сразу налила себе вина из моей бутылки, не спрашивая.

— Я знаю, что вы разъехались, — начала она, глядя мне в глаза. — Лера мне всё рассказала. Ну… почти всё. Я приехала тебя… ну, поддержать. По-дружески.

Она сделала глоток и вдруг достала телефон. Пальцы быстро пробежали по экрану. Потом повернула его ко мне.

— Вот. Это она прислала вчера. Сказала, что прошла первый этап.

Видео началось. Я сразу узнал Леру. Она стояла на коленях в какой-то студии с ярким светом. Трое здоровенных парней окружали её. Один уже засунул ей в рот свой толстый член по самые яйца. Лера хлюпала, слюни текли по подбородку. Двое других дрочили, глядя на неё.

— Смотри, — шепнула Катя, придвигаясь ближе. — Она старается.

На экране Леру поставили раком. Один вошёл в её пизду резко и глубоко, второй сразу в жопу. Третий схватил её за волосы и снова засунул в рот. Камера приблизилась — видно было, как её дырочки уже растянуты, как они легко принимают толстые члены. Лера стонала, не вынимая хуя изо рта. Потом парни начали менять позы. Один лёг, она села на него пиздой, второй вошёл в жопу сверху. Третий сунул ей в рот свои яйца. Лера старательно вылизывала их, потом перешла на его анус, глубоко засовывая язык.

— Блядь… — вырвалось у меня.

Катя не отводила глаз от экрана.

— Она лижет им жопы, как ты любишь. Смотри дальше.

Парни кончали по очереди. Один прямо в её открытый рот, второй — на лицо, третий — на сиськи. Потом они поставили её на колени и начали ссать. Лера открыла рот, подставляла язык. Жёлтые струи текли по её щекам, груди, волосам. Она глотала, улыбалась в камеру и говорила что-то по-английски. Голос дрожал от возбуждения.

Видео закончилось. Катя выключила телефон и положила руку мне на бедро.

— Она прошла кастинг. Вудман сказал, что у неё отличная растянутая пизда и жопа, и что она очень старательная. Теперь ждёт, позовут ли на съёмки. Мы вчера созванивались. Она плакала. Сказала, что любит тебя. Что всё это делала, потому что знала — тебе нравится. И хочет вернуться. Если ты её примешь такой.

Я молчал. Член в штанах стоял колом. Катя это заметила.

— Я понимаю, как тебе тяжело, — прошептала она, придвигаясь ещё ближе. Её грудь прижалась к моей руке. — Если хочешь… можешь сделать со мной всё, что угодно. Я помню, как ты меня лизал в тот раз. Ты был невероятный. Я с тех пор иногда думаю об этом, когда муж трахает меня по-быстрому. Хочу, чтобы ты меня вылизал. По-настоящему. Глубоко.

Она встала, медленно стянула платье через голову. Под ним не было ничего. Полные сиськи с тёмными сосками, гладко выбритая пизда, уже блестящая от влаги. Катя села на край стола, широко раздвинула ноги.

— Давай… — выдохнула она. — Я знаю, что ты любишь. Лижи меня. Покажи, как ты умеешь.

Я опустился на колени. Запах её возбуждённой пизды ударил в нос — сладкий, густой, совсем не такой, как у Леры. Я провёл языком по её набухшим половым губам, раздвинул их и глубоко засунул язык внутрь. Катя сразу застонала, схватив меня за волосы.

— Ох… да… вот так… глубже, пожалуйста… Я так давно хотела именно твоего языка… Муж никогда так не делает… Ааа… лижи мою пизду… высоси из меня всё…

Я работал языком жадно, то глубоко трахая её отверстие, то переходя на клитор, то снова спускаясь ниже, к анусу. Катя дрожала, её бёдра сжимали мою голову. Она начала двигать тазом, насаживаясь на мой язык.

— Ещё… глубже в жопу… да… я тоже люблю, когда туда лижут… О боже, ты такой хороший… Лера дура, что тебя отпускает…

Я встал, расстегнул штаны. Мой твёрдый член выскочил наружу. Катя жадно схватила его рукой.

— Дай мне пососать… Я хочу почувствовать тебя во рту.

Она сползла со стола на колени и сразу заглотила мой член почти до самого основания. Её губы плотно обхватили ствол, язык активно работал по головке. Катя смотрела мне в глаза снизу вверх, пуская слюни.

— Ммм… какой вкусный… — пробормотала она, вынимая его на секунду. — Трахай мне рот. Жёстче. Я могу глубоко.

Я взял её за голову и начал двигать бёдрами. Член входил в её горло, она хлюпала, но не отстранялась. Слюни текли по подбородку на её сиськи. Я долбил её рот несколько минут, пока не почувствовал, что вот-вот кончу.

— Встань, — хрипло сказал я.

Катя послушно поднялась, повернулась и легла грудью на стол, задрав попку. Я вошёл в её пизду одним толчком. Она была уже очень мокрой, но всё равно довольно тесной.

— Оххх… дааа… трахай меня… — застонала она. — Трахай мою пизду… Я так хотела почувствовать тебя внутри… Глубже… сильнее… Представь, что это Лера после всех тех парней… только сейчас это я…

Я долбил её жёстко, шлёпая бёдрами по её упругой попке. Катя стонала, хватаясь за край стола. Потом я вытащил член и приставил к её анусу.

— Можно? — спросил я.

— Да… только медленно сначала… я не такая растянутая, как твоя жена…

Я вошёл в её жопу осторожно. Катя зашипела, но потом расслабилась. Я начал двигаться, постепенно ускоряясь. Она запустила руку между ног и тёрла свой клитор.

— Трахай мою жопу… вот так… я чувствую каждый миллиметр… Ох, как хорошо… Не останавливайся…

Мы поменялись позой. Я сел на стул, она села сверху лицом ко мне, насадившись на член своей пиздой. Катя двигалась быстро, её сиськи подпрыгивали перед моим лицом. Я ловил соски губами, покусывал их.

— Кончи в меня… или куда хочешь… — шептала она мне в ухо. — Я хочу почувствовать твою сперму… Хочу проглотить…

Я не выдержал. Вытащил член, встал и толкнул её на колени. Катя сразу открыла рот. Я начал дрочить прямо перед её лицом. Она высунула язык, смотрела мне в глаза.

— Давай… кончай мне в рот… Я хочу всю твою сперму… Вылижи потом мою пизду, если хочешь… Я кончила два раза, пока ты меня трахал…

Я застонал и начал кончать. Густые струи спермы попадали ей на язык, в рот, на щёки. Катя глотала, не закрывая глаз, потом обхватила головку губами и высосала остатки.

Когда я закончил, она встала, облизнула губы и улыбнулась.

— Вот так… Теперь мы квиты. Я тебя утешила, ты меня выебал как следует. Лера ничего не узнает. И мой муж тоже. Договорились?

— Договорились, — кивнул я, всё ещё тяжело дыша.

Катя оделась, поцеловала меня в щёку и ушла, оставив после себя запах секса и свой номер телефона на бумажке на столе.

Я сел обратно на балкон. В голове крутилось видео с Лерой. Как она лижет жопы чужим мужикам. Как на неё ссут. Как она улыбается в камеру. И слова Кати, что Лера хочет вернуться.

Я не знал, как мне на всё это реагировать. Член снова начал твердеть от одних воспоминаний. Часть меня хотела позвонить Лере прямо сейчас и сказать, чтобы приезжала. Другая часть — хотела, чтобы она прошла все кастинги, все съёмки, вернулась ещё более растраханной, с ещё более широкими дырками, и чтобы я снова мог вылизывать из неё всё до последней капли.

Я допил пиво и закрыл глаза. Лето только начиналось. И я чувствовал, что это только начало новой, ещё более грязной главы.

Мы с Катей стали любовниками. Я трахал её как мини...

Я сидел на том же балконе, где всё началось, и смотрел, как солнце медленно тонет за соседними домами. Прошло уже почти три недели. Катя приходила ко мне каждую среду и каждую пятницу, как по расписанию. Иногда мы даже не успевали дойти до спальни — она просто задирала платье в прихожей, вставала раком у стены и шептала: «Быстрее, у меня только сорок минут, муж думает, что я в магазине».

Я трахал её жёстко, глубоко, оставляя на её шейке и внутренней стороне бёдер следы от пальцев. Она уходила от меня с мокрыми трусиками, в которых моя сперма медленно стекала по её бёдрам, и спокойно целовала своего мужа в губы, когда тот встречал её у двери. Я знал это, потому что она присылала мне фото: вот она стоит в прихожей, улыбается ему, а между ног у неё уже начинает проступать влажное пятнышко на светлых джинсах.

— Представляешь, как он целует меня после того, как ты только что кончил мне в рот? — шептала она мне в ухо, когда мы лежали голые и потные после очередного траха. — А я ему улыбаюсь и говорю, что соскучилась…

Это было грязно. И мне это нравилось всё больше.

Настя и Света тоже стали появляться у меня чаще. Они приезжали «поддержать» меня, как говорили. Привозили вино, сыр, иногда какие-то дурацкие фильмы. Но чаще всего разговоры сводились к одному.

— Ты видел новое видео Леры? — однажды спросила Настя, когда мы уже выпили по второй бутылке. Она сидела на диване, закинув ногу на ногу, и смотрела на меня с хитрой улыбкой. — Там, где её вдвоём… Ну, ты понял.

— Видел, — ответил я тихо.

Света фыркнула, допивая вино.

— Она там такая счастливая была. Я думала, она вообще забудет, как тебя зовут. А потом вдруг звонит мне вчера и плачет: «Я скучаю по нему… но я не могу остановиться».

Катя, которая в тот вечер тоже была у меня, сидела у меня на коленях, положив голову мне на плечо. Её муж в этот раз не приехал — сказал, что устал на работе. Мы все знали, что это значит: она останется у меня до утра.

— Лера всегда была такой, — тихо сказала Катя, проводя пальцами по моей груди под футболкой. — Ей мало одного. Ей нужно, чтобы её использовали. Чтобы на неё смотрели. Чтобы кончали на лицо и в рот, пока она улыбается в камеру. Я её сто лет знаю.

Я молчал. Член у меня уже стоял, прижатый к тёплой попке Кати сквозь тонкую ткань её трусиков.

В тот вечер мы не стали ждать, пока Настя и Света уедут. Всё случилось само собой.

Катя повернулась ко мне лицом, села сверху и начала медленно тереться своей уже мокрой пиздой о мой твёрдый член через ткань.

— Они знают, — прошептала она мне в губы. — Они всё знают. Что ты меня ебёшь. Что я хожу к тебе как сучка.

Настя тихо рассмеялась, отставляя бокал.

— Мы не слепые, Катюша. У тебя на шее в прошлый раз был такой засос, что ты даже шарфом не прикрыла нормально.

Света только облизнула губы и посмотрела на нас с интересом.

— Продолжайте. Мы не мешаем.

Катя не стала ждать второго приглашения. Она стянула с себя платье через голову, оставшись только в чёрных кружевных трусиках, которые уже промокли насквозь. Я запустил руку между её ног, сдвинул ткань в сторону и двумя пальцами вошёл в её горячую, скользкую пизду.

— Охх… — выдохнула она, прикусив губу. — Вот так… пальцами меня… глубже…

Я трахал её пальцами, пока она расстёгивала мне ширинку. Мой член вырвался наружу, тяжёлый и уже мокрый от предэякулята. Катя сразу обхватила его ладонью и начала медленно дрочить, размазывая капли по всей длине.

— Смотрите, девочки… — хрипло сказала она, не оборачиваясь. — Вот этот член я теперь сосала почти каждый день вместо мужниного.

Настя придвинулась ближе. Её глаза блестели.

— Покажи, как ты его сосёшь. Я давно хотела посмотреть.

Катя сползла вниз, встала на колени между моих ног и сразу заглотила меня до самого горла. Она не стала нежничать — сразу начала работать головой быстро и глубоко, пуская густые слюни, которые стекали по стволу и капали мне на яйца. Я схватил её за волосы и начал слегка приподнимать бёдра, долбя ей в рот.

— Да… вот так, сука… глубже… — вырвалось у меня. — Соси, как ты умеешь…

Света тихо застонала, глядя на нас. Она уже запустила руку себе под юбку.

— Блядь, как же это горячо…

Катя вынула член, тяжело дыша, и посмотрела на подруг.

— Хотите попробовать? Он очень вкусный после того, как полчаса лижет мне и пизду, и жопу.

Настя не ответила словами. Она просто встала, подошла и встала рядом на колени. Катя уступила ей место, и через секунду я почувствовал совсем другие губы — более мягкие, более осторожные, но такие же жадные. Настя сосала медленно, смакуя каждый сантиметр, проводя языком по уздечке, потом резко заглатывая почти до основания.

— Ох, Настька… — выдохнул я. — Ты тоже давно хотела, да?

— Ммм… — промычала она с моим членом во рту.

Катя в это время встала, сняла трусики и села мне на лицо, прижавшись своей мокрой, горячей пиздой к моим губам.

— Лижи меня, пока она тебе сосёт… Да… вот так… глубже языком в меня… Я уже теку, слышишь?

Я жадно лизал её, засовывая язык как можно глубже в её сладкую дырочку, потом переходя на клитор, потом ниже — к сморщенному анусу, который уже успел стать моим любимым местом. Катя стонала, вертела бёдрами, размазывая свои соки по моему лицу.

Тем временем Света тоже не выдержала. Она подошла сзади к Кате, обняла её за грудь и начала щипать соски, целуя её в шею.

— Вы обе такие блядские… — прошептала она. — Я уже вся мокрая.

В этот момент у меня зазвонил телефон. Я увидел на экране имя — Лера.

Все замерли. Катя слезла с моего лица, Настя медленно вынула член изо рта, оставив на нём длинную нить слюней.

Я ответил на звонок, включив громкую связь.

— Алло… — хрипло сказал я.

— Привет… — голос Леры был тихим, немного дрожащим. — Я… я всё тебе расскажу. Я прошла кастинг у Вудмана. Полностью. И… мне очень понравилось. Я не могу без этого. Но я скучаю по тебе. Очень.

Она сделала паузу.

— Им нужен мужчина для съёмок. Для роли куколда. Тех, кто смотрит, как жену трахают, а потом вылизывает. Мало кто соглашается по-настоящему. А жанр очень востребованный. Они сказали, если ты приедешь… мы могли бы сниматься вместе. Я хочу, чтобы ты видел всё. Чтобы ты был там… рядом.

В комнате повисла тишина. Катя сидела у меня на коленях, медленно водя мокрой пиздой по моему всё ещё твёрдому члену. Настя и Света смотрели на телефон с широко раскрытыми глазами.

— Я… подумаю, — ответил я.

— Пожалуйста, приезжай, — почти умоляюще сказала Лера. — Я люблю тебя. Просто… я такая, какая есть. И хочу, чтобы ты тоже стал частью этого.

Она повесила трубку.

Я положил телефон на стол. Катя сразу наклонилась и поцеловала меня глубоко, вкусно, давая попробовать себя с моего языка.

— Ну что, — прошептала она мне в губы. — Поедешь?

Я посмотрел на Настю и Свету. Обе кивнули почти одновременно.

— Расскажи всем на следующей встрече, — тихо сказала Света. — Мы тоже хотим послушать, что они скажут. Особенно её муж, — она кивнула на Катю и улыбнулась.

Через четыре дня мы снова собрались у меня дома. Приехал даже муж Кати — Сергей. Он сидел в кресле, пил пиво и ничего не подозревал, пока его жена сидела рядом со мной на диване, положив ладонь мне на бедро под пледом.

Когда все немного расслабились, я рассказал про звонок Леры. Про предложение. Про кастинг на роль куколда.

Сергей первым хмыкнул.

— Серьёзно? Ты поедешь смотреть, как твою жену будут драть на камеру толпой, а потом ещё и вылизывать после них? Это же пиздец какой-то.

Катя сжала мою ногу под пледом и тихо шепнула мне на ухо:

— А ты ведь уже это делаешь со мной… только без камер.

Настя откинулась на спинку дивана, скрестив руки.

— Я думаю, ему стоит поехать. Лера явно не остановится. А так он хотя бы будет рядом. И, возможно, даже получит удовольствие. Ты же видел, как она кончает на чужих членах. Тебе же это встало, признайся.

Света кивнула.

— Я бы на твоём месте поехала. Это же целая новая жизнь. Грязная, но честная. Она больше не будет врать. А ты… ты сможешь наконец принять, что тебе это тоже нравится. Что ты хочешь видеть, как её пизду и жопу растягивают до предела, а потом вылизывать из неё всё до последней капли.

Сергей покачал головой, но в его глазах мелькнуло что-то странное — то ли зависть, то ли интерес.

— Ну вы и компания… Я бы свою ни за что не отпустил.

Катя улыбнулась ему самой невинной улыбкой и крепче сжала мой член под пледом.

— Конечно, дорогой. Ты у меня самый лучший.

Я молчал, глядя на всех них. В голове крутились картинки: Лера на коленях перед несколькими мужиками, я сижу в стороне, смотрю, а потом подхожу и лижу её использованную, залитую спермой пизду прямо на камеру.

Член у меня стоял колом.

Катя почувствовала это и тихо прошептала мне на ухо, пока все обсуждали:

— После того, как они уедут, я встану раком на этом столе. И ты выебешь меня в жопу так, чтобы я кричала. А потом я поеду домой и поцелую его с твоим вкусом на языке. Решай, милый… Поедешь за своей женой или будешь и дальше ебать меня по средам и пятницам?

Я закрыл глаза.

Лето действительно только начиналось. И я уже знал, что отвечу Лере завтра утром.

Но сегодня вечером Катя, Настя и Света явно не собирались меня отпускать.

Катя встала, потянулась и громко, чтобы все слышали, сказала:

— Девочки, пойдёмте в спальню. Кажется, нашему куколду нужно немного помочь принять решение.

Она взяла меня за руку и потянула за собой. Настя и Света поднялись следом с хищными улыбками.

Сергей остался в гостиной один с бутылкой пива, даже не подозревая, что его жена сейчас будет стонать подо мной в соседней комнате, умоляя трахнуть её глубже, пока две её подруги будут держать её за волосы и целовать в мокрые от моих поцелуев губы.

Я шёл за ними, уже зная, что это будет долгая, очень грязная ночь.

В итоге я согласился и поехал на кастинг в Европу....

Катя закрыла за нами дверь спальни и сразу повернулась, прижав меня спиной к стене. Её ладонь скользнула мне под ремень и обхватила твёрдый член через ткань трусов.

— Ну что, куколд, — прошептала она мне в губы, медленно дроча. — Будешь сегодня решать или сначала дашь нам всем кончить на твоём лице?

Настя уже стягивала через голову платье, оставшись в одних чёрных трусиках. Света подошла сзади, прижалась грудями к моей спине и провела ноготками по шее.

— Я хочу первой, — тихо сказала она. — Сяду ему на лицо, пока вы две будете сосать.

Они раздели меня быстро, жадно. Я даже не успел ничего сказать. Через минуту я уже лежал на кровати, а Катя оседлала моё лицо, прижав мокрую, горячую пизду прямо к моим губам. Её сок сразу потёк мне в рот.

— Лижи, милый… глубже, — выдохнула она, начиная медленно тереться клитором о мой нос. — Представь, что это уже не я… а твоя Лерочка после съёмок. Вся в чужой сперме…

Настя наклонилась и взяла мой член в рот, заглотив почти до самого основания. Света села рядом, целуя Катю в губы, пока та стонала и ерзала на мне всё быстрее.

— Ох блядь… как он хорошо лижет, — простонала Катя, дрожа бёдрами. — Я сейчас кончу… прямо ему в рот…

Она кончила первой, сильно, заливая мне весь подбородок и щёки. Я глотал, не останавливаясь, пока она дрожала и всхлипывала. Потом они поменялись. Света села мне на лицо, а Настя и Катя вдвоём работали ртами по моему члену, облизывая его со всех сторон, целуясь между собой над головкой.

— Ты поедешь, да? — шептала Света, крутя бёдрами. — Скажи… скажи, что поедешь вылизывать свою жену после чужих хуёв…

— Поеду, — выдохнул я ей прямо в пизду.

Она застонала громче и кончила почти сразу, заливая мне язык густым, сладким соком.

Потом они поставили Катю раком на краю кровати. Я вошёл в её тугую, горячую жопу одним резким толчком. Она вскрикнула, вцепившись в простыни.

— Да… вот так… глубже! Трахай мою жопу, как будто это Лерина после съёмки…

Настя легла под неё и начала лизать Катин клитор, а Света держала Катю за волосы, целуя её в открытый рот.

— Громче, сука, — тихо рычала Света. — Пусть твой муж в гостиной услышит, как тебя дерут в задницу.

Катя кричала, не сдерживаясь. Я трахал её жёстко, чувствуя, как её сфинктер сжимает мой член. Когда я кончил, то вылил всё глубоко внутрь, а потом вытащил и заставил Настю вылизать Катину растянутую дырочку, пока та дрожала и всхлипывала от удовольствия.

Ночь действительно была долгой. Мы менялись позами до самого утра. Я кончал в каждую из них по несколько раз — в рот, в пизду, в жопу. Они целовались, обмениваясь моей спермой, заставляли меня пробовать их всех вместе. К утру я уже точно знал, что отвечу Лере.

На следующий день я позвонил ей.

— Я приеду.

Она всхлипнула от радости.

— Я тебя очень люблю… Спасибо. Я всё организую.

Через две недели я уже был в Праге.

Лера встретила меня в аэропорту. Она выглядела… другой. Более уверенной, более яркой. Короткое платье едва прикрывало бёдра, на шее виднелись свежие засосы. Мы обнялись. Поцелуй получился долгим, влажным, почти отчаянным.

— Ты здесь, — прошептала она мне в губы. — Наконец-то.

На следующий день начался кастинг.

Студия была большой, светлой, с несколькими съёмочными площадками. Продюсер — высокий чех по имени Мартин — пожал мне руку и сразу объяснил правила.

— Мы знаем, что ты её муж. Это даже лучше. Всё будет по-настоящему. Ты будешь смотреть, как мы её используем, а потом чистишь. И сегодня ты поработаешь с десятью разными девушками. Каждая сцена — разная. От одного партнёра до четырёх. Ты готов?

Я кивнул. Сердце колотилось так, что казалось, сейчас выскочит.

Лера сидела в стороне на высоком стуле, в одном коротком халатике. Она наблюдала за мной с влажным, возбуждённым взглядом.

Первая девушка была невысокой брюнеткой с большой грудью. Её звали Анна. Два здоровых парня трахали её сразу — один в пизду, второй в рот. Я сидел в двух метрах, смотрел, как их члены исчезают в ней, как она стонет и пускает слюни. Когда они кончили — один в неё, второй ей на лицо — меня позвали.

— Давай, куколд. Вычисти.

Я опустился на колени. Её пизда была красной, сильно растянутой, из неё медленно вытекала густая белая сперма. Я прижался губами и начал лизать. Громко. Жадно. Анна стонала, держа меня за волосы.

— О да… вот так… вылижи всё из моей пизды… хороший мальчик…

Я проглотил всё, что они в неё залили, потом перешёл к её лицу, слизывая сперму с губ, с век, с языка. Пока я это делал, Лера смотрела на меня не отрываясь, запустив руку себе между ног.

Так было десять раз.

Каждая новая девушка, каждый новый набор членов. Кто-то трахал их нежно, кто-то очень жёстко. Я вылизывал пизды, только что растянутые толстыми членами, жопы, в которые только что кончали по два-три раза подряд. Я целовал девушек в губы, полные спермы, чувствовал, как их языки передают мне чужое семя. К восьмой сцене у меня уже кружилась голова от запаха, вкуса, от постоянного возбуждения. Член болел от напряжения, но трогать себя не разрешали.

Лера в это время снималась параллельно на соседней площадке. Я краем глаза видел, как трое мужчин по очереди имеют её в рот, в пизду и в жопу. Она кричала так громко, что у меня перехватывало дыхание.

Последней сценой дня стала наша общая.

Когда меня подвели к ней, Лера уже лежала на спине, широко раздвинув ноги. Её пизда выглядела невероятно — сильно распухшая, ярко-красная, совершенно растянутая. Из неё медленно вытекала сперма четырёх разных мужчин. Жопа тоже была открытой, блестящей, с белыми подтёками по внутренней стороне бёдер.

— Иди ко мне, — хрипло прошептала она, глядя мне прямо в глаза. — Покажи всем, как ты скучал по своей жене.

Я опустился между её ног. Запах был густым, резким, сладко-грязным. Я провёл языком по её клитору, потом ниже, собирая языком густые сгустки спермы. Лера застонала, выгнувшись.

— Да… вот так… вылижи меня всю… я так долго ждала твоего языка после них…

Я засунул язык глубже, чувствуя, как её стенки пульсируют, как из неё вытекает всё новая и новая порция. Потом перешёл к жопе. Она была ещё более открытой, чем раньше. Я буквально трахал её языком, пока она дрожала и повторяла мне в голос:

— Я твоя грязная жена… я теперь шлюха… но ты всё равно меня любишь… ты любишь вылизывать мою использованную пизду и жопу… скажи это…

— Люблю, — выдохнул я, отрываясь лишь на секунду. — Люблю тебя такую.

Когда я наконец поднялся, весь подбородок и губы были в сперме и её соках. Мы поцеловались. Долго, глубоко, перемешивая всё это на языках. Камеры снимали каждую секунду.

Вечером мы сидели в маленьком уютном ресторане на берегу Влтавы. Лера была в лёгком белом платье, без белья, как она теперь любила. Её волосы ещё были влажными после душа. Мы пили красное вино. Я чувствовал приятную усталость во всём теле.

Она первой нарушила молчание, глядя на меня поверх бокала.

— Ты сегодня был невероятен. Я видела, как ты работал языком… как ты не отказывался ни от одной капли. Это меня так возбудило.

Я улыбнулся, чувствуя, как член снова начинает твердеть под столом.

— Ты стала ещё более… открытой. Твоя пизда теперь совсем другая. И жопа тоже. Они тебя хорошо разработали.

Лера прикусила губу и тихо застонала от моих слов.

— Да… они ебут меня почти каждый день. По четыре-пять человек за съёмку. Иногда и больше. Я теперь могу принимать в себя два члена в пизду одновременно… ты видел сегодня? Я хотела, чтобы ты это видел.

Она протянула ногу под столом и провела ступнёй по моему члену.

— Я хочу, чтобы ты остался. Не на одну съёмку. А насовсем. Мы можем снимать вместе. Ты будешь моим постоянным куколдом. Будешь смотреть, как меня дерут, а потом вылизывать. Каждый день. И трахать меня после них… когда я вся в их сперме. Ты же хочешь этого, правда?

Я взял её руку, переплёл наши пальцы.

— Хочу. Я уже не могу без этого. Без тебя такой. Без всего этого.

Лера наклонилась через стол и поцеловала меня. Вкус её губ всё ещё хранил лёгкий привкус того, что я из неё вылизал пару часов назад.

— Тогда завтра у нас большая сцена. Меня будут иметь шестеро. И ты будешь всё время рядом. А в конце… ты вылижешь меня всю и потом выебешь прямо на камеру. Пока все будут смотреть.

Она улыбнулась, и в её глазах горел тот самый огонь, который я так любил и одновременно боялся.

— А сейчас… пойдём в отель. Я хочу сесть тебе на лицо прямо сейчас. Хочу, чтобы ты ещё раз попробовал, как я теперь вкусно пахну после целого рабочего дня.

Мы встали из-за стола. Вино осталось недопитым.

Лето действительно только начиналось. И теперь мы начинали его вместе. Грязно. Честно. И очень, очень мокро.

Так мы и продолжали сниматься в порно. Я был очень...

Так мы и продолжали сниматься в порно.

Каждый новый день приносил новый набор тел, новых запахов и новых звуков. Я уже почти привык к тому, как у меня ноют колени после трёх-четырёх часов непрерывного вылизывания. Я был очень востребован в своём формате куколда. Меня часто приглашали на съёмки, где девушки после жёстких групповух лежали раздвинутые, мокрые, с чужой спермой, стекающей по бёдрам, и ждали именно моего языка.

Лера в это время окончательно вошла в ранг главной шлюхи студии. Она снималась почти исключительно в гэнг-бэнг сценах. Иногда по восемь-десять человек за раз. Все уже знали, что мы муж и жена, но это только подогревало интерес. Никто не понимал, почему мы так и не стали жить вместе. У каждого из нас теперь была своя квартира в Праге, и мы встречались либо на съёмках, либо когда кому-то из нас сильно хотелось именно друг друга после чужих тел.

Лера начала заниматься эскортом. Богатые мужчины платили огромные деньги, чтобы провести с ней ночь или даже выходные. Я знал, как они её используют: в дорогих отелях, в лимузинах, иногда сразу по двое-трое. Она приходила ко мне после таких встреч с опухшими губами, с красной раздолбанной пиздой и рассказывала всё до мельчайших деталей, пока я медленно вылизывал её до чистоты.

Меня тоже стали приглашать. Но не на съёмки. Обеспеченные женщины, чаще всего замужние, хотели именно меня. Они платили за то, чтобы я приезжал к ним домой, пока мужей нет, раздвигал им ноги и часами вылизывал пизду и жопу так, как их мужья никогда не умели. Некоторые из них кончали по пять-шесть раз подряд, заливая мне всё лицо своими соками. Я стал любовником как минимум трёх из них. Лера знала об этом. Она даже просила рассказывать подробности, пока мы трахались.

Однажды вечером она пришла ко мне после съёмки особенно уставшая, но довольная. На ней было только длинное пальто, под которым — ничего. Она сбросила его у двери, подошла ко мне голая, села мне на колени прямо в кресле и поцеловала глубоко, с языком.

— У меня для тебя новость, — прошептала она мне в губы, слегка покачиваясь бёдрами, чувствуя, как мой член твердеет под ней. — Помнишь Милану? Ту стройную блондинку с идеальной попкой, которую ты вылизывал после четырёх здоровенных членов две недели назад?

Я кивнул, проводя ладонями по её спине вниз, к уже мокрой щели.

— Конечно помню. У неё была такая сладкая пизда даже после них… и она так стонала, когда я засовывал язык ей в жопу.

Лера тихо засмеялась и прикусила мне мочку уха.

— Так вот. Она вчера подошла ко мне после съёмки. Вся ещё в сперме, с растянутой пиздой, и говорит: «Лер, я серьёзно. Твой муж мне очень понравился. Не просто как куколд. Я хочу с ним встречаться. По-настоящему. Сходить на свидание, может быть, даже переспать без камер. Как ты к этому отнесёшься?»

Я замер. Лера почувствовала это и медленно начала тереться своей влажной пиздой о мой стоящий член.

— И что ты ответила? — спросил я хрипло.

— Я сказала, что мне нужно поговорить с тобой. Но если ты захочешь — я не против. Ты же знаешь, как я люблю, когда ты становишься чуть-чуть… не только моим. Это меня возбуждает ещё сильнее.

Она поднялась чуть выше, взяла мой член рукой и медленно насадилась на него, полностью, до самого основания. Мы оба застонали.

— Ох блядь… какая ты мокрая сегодня, — выдохнул я, чувствуя, как её стенки плотно обхватывают меня.

— Это после двух съёмок подряд, — прошептала она мне в самое ухо, начиная медленно двигаться. — Меня сегодня ебали втроём в пизду одновременно… представляешь? Три толстых члена в моей пизде. Я думала, разорвусь. А теперь ты чувствуешь, какая я широкая? Нравится?

— Нравится… ты стала такой развратной шлюхой, — я крепче сжал её бёдра и начал толкаться вверх, встречая каждый её спуск. — Твоя пизда теперь как будто создана для того, чтобы её растягивали.

Лера откинула голову назад, её груди подпрыгивали перед моим лицом. Я поймал один сосок губами и сильно пососал.

— Да… соси его… сильнее… А про Милану что думаешь? Она сказала, что хочет тебя на свидание. В ресторан, потом к ней домой. Хочет, чтобы ты её вылизывал не после съёмки, а просто так. Чтобы она была чистая и ты мог наслаждаться её вкусом по-настоящему. Она сказала, что когда ты лизал её тогда, у неё аж ноги дрожали. Что у тебя самый лучший язык, который она пробовала.

Я перевернул Леру на спину прямо в кресле, задрал ей ноги к плечам и вошёл резко, глубоко. Теперь уже я трахал её, глядя, как её распухшая пизда принимает меня целиком.

— Хочешь, чтобы я пошёл с ней на свидание? — спросил я, ускоряя темп. — Чтобы я её выебал? Чтобы она стала моей второй?

— Да… — Лера почти кричала, её пальцы вцепились мне в плечи. — Я хочу знать, что ты будешь лизать другую девушку не на камеру, а потому что тебе нравится. Хочу, чтобы ты рассказывал мне потом, как она кончала тебе на язык, как просила тебя засунуть ей в жопу два пальца, пока лижешь клитор… Ох, блядь, глубже!

Я трахал её жёстко, кресло скрипело под нами. Её соки уже текли по моим яйцам. Я чувствовал, как приближается её оргазм — стенки начали сильно пульсировать.

— Кончай, моя грязная жена… кончай на мой член, пока думаешь, как я буду трахать Милану…

Лера выгнулась дугой, закричала и кончила так сильно, что из неё брызнуло. Горячая струя обожгла мне живот. Я не остановился, продолжая долбить её сквозь оргазм, пока она дрожала и бессвязно стонала.

Потом я вытащил член, встал и подтянул её за волосы вниз. Лера сразу открыла рот, жадно обхватила губами мой мокрый от её соков ствол.

— Соси… вот так… глубже… представь, что это член Миланы после того, как я её выебу…

Она застонала вокруг моего члена, глаза её были полны слёз от глубокого горла, но она не останавливалась. Я трахал её в рот, держа за мокрые волосы, пока не почувствовал, что вот-вот кончу.

— Я хочу кончить тебе на лицо… чтобы ты пошла к ней такая…

Я вытащил член и начал дрочить. Лера высунула язык, смотрела мне в глаза.

— Кончай… обкончай свою шлюху… я хочу быть вся в твоей сперме, когда буду рассказывать Милане, что ты согласен на свидание…

Горячие густые струи полетели ей на лицо, на язык, на щёки, на ресницы. Лера стонала, ловя каждую каплю. Когда я закончил, её красивое лицо было полностью покрыто моей спермой.

Она облизнула губы, улыбнулась и прошептала:

— Завтра я скажу ей, что ты приглашаешь её на ужин в пятницу. А сейчас… ляг на спину. Я ещё не закончила. Хочу сесть тебе на лицо и потереться своей только что выебанной пиздой о твой язык, пока ты думаешь о том, как будешь лизать Милану.

Я лёг на ковёр. Лера сразу оседлала моё лицо, прижалась мокрой, горячей, всё ещё пульсирующей пиздой к моему рту.

— Лижи… глубже… вот так… да, мой хороший куколд… ешь мою пизду… а в пятницу ты будешь есть другую… и я хочу услышать потом каждую деталь.

Я засунул язык как можно глубже, чувствуя её вкус, смешанный с моими собственными соками, и понял, что наше лето становится всё грязнее и всё слаще. И что Милана — это только начало новых, ещё более извращённых приключений.

В итоге мы сходили с Миланой на свидание. После эт...

Пятница наступила быстрее, чем я ожидал. Весь день я ловил себя на мысли, что смотрю на часы каждые полчаса, представляя, как сяду напротив Миланы в полумраке ресторана, как она будет улыбаться, поправляя волосы, как я буду видеть её шею, её ключицы, и думать о том, что уже знаю вкус её кожи.

Лера уехала на съёмку ранним утром, поцеловала меня на прощание и шепнула:

— Не забудь потом рассказать мне всё. Каждую деталь. И не смей быть нежным слишком долго. Она этого не любит.

Милана уже ждала меня за столиком у окна. Чёрное платье, глубокий вырез, волосы распущены. Она пила вино, глядя на улицу, и когда увидела меня, улыбнулась так, что у меня внутри всё перевернулось.

— Ну что, артист, — сказала она, когда я сел напротив. — Рассказывай, как ты собираешься меня удивить. Только сразу предупреждаю: цветы и конфеты — это скучно.

— А что тогда не скучно? — спросил я, беря её руку.

— Ты же знаешь, что я снимаюсь в порно. Меня сложно удивить чем-то стандартным. Но ты… ты другое дело. Ты умеешь смотреть так, будто уже раздеваешь меня. И это заводит быстрее любого шампанского.

Мы проговорили около часа. О съёмках, о режиссёрах, о том, как странно жить, когда твоё тело — это инструмент, который показывают миллионам. Я рассказывал о том, как впервые попал на площадку, как нервничал, а она смеялась и говорила, что по моим сценам видно, что я быстро привык.

Она допила вино, посмотрела мне в глаза и сказала:

— Поехали ко мне. Я не хочу больше ждать. Я хочу почувствовать твой язык на себе не по сценарию.

У неё дома было темно и уютно. Она сразу скинула туфли, развернулась ко мне и прижалась всем телом. Я почувствовал, как её руки скользят по моей спине, как она расстёгивает пуговицы рубашки.

— Ты не представляешь, как я хотела тебя, — прошептала она, кусая мою шею. — Когда ты лизал меня тогда, я чуть не сошла с ума. Я хочу, чтобы ты делал это снова. Но теперь медленно. Смакуя.

Я снял с неё платье, и она осталась в чёрном белье, которое почти ничего не скрывало. Мои руки легли на её грудь, я сжал соски через кружево, и она выдохнула сквозь зубы.

— Жёстче. Не бойся. Я не сломаюсь.

Я развернул её лицом к стене, прижался сзади, провёл ладонями по её бёдрам, задирая трусики. Она уже была мокрой — я почувствовал это, когда мои пальцы скользнули по её клитору.

— Ох… да… — она откинула голову мне на плечо. — Вот так. Я хочу, чтобы ты трахнул меня пальцами, пока я буду смотреть на нас в зеркало напротив.

Я посмотрел туда же. В тёмном стекле отражались наши силуэты — её раскрытые губы, мои руки между её ног. Я ввёл в неё два пальца, сразу глубоко, согнул их, нашёл ту точку, от которой она вздрагивала, и начал двигать ими быстро, нажимая на неё изнутри.

— Блядь… да… — простонала она. — Ещё… третий палец… растяни меня…

Я послушался. Она была горячей, скользкой, её стенки сжимали мои пальцы так, будто не хотели отпускать. Я добавил темп, большим пальцем тёр её клитор, и она начала дрожать.

— Не кончай ещё, — сказал я, вынимая пальцы и облизывая их. — Я хочу сначала попробовать тебя.

Она развернулась, схватила меня за волосы и наклонила голову вниз.

— Тогда вставай на колени. И вылижи меня так, как ты умеешь. Я хочу почувствовать твой язык в каждой складке.

Я опустился перед ней, развёл её ноги и прижался ртом к её мокрой разгорячённой пизде. Она пахла вином и женщиной, и я втянул этот запах глубоко, прежде чем провести языком снизу вверх, от входа до клитора.

— Да-а-а… — выдохнула она, запуская пальцы в мои волосы. — Вот так… медленно… не торопись…

Я лизал её, смакуя каждый вкус. Она была сладкой, чуть солёной, и я чувствовал, как её соки текут по моему подбородку. Я втянул её клитор губами, начал посасывать, и она застонала громче.

— Ох, блядь… ты умеешь… ты так хорошо умеешь…

Я ввёл язык внутрь, потом снова вернулся к клитору, чередуя быстрые и медленные движения. Её бёдра дрожали, пальцы сжимали мои волосы до боли, и я понял, что она на грани.

— Не останавливайся… пожалуйста… я почти…

Я продолжал, пока она не выгнулась, не закричала, не прижала моё лицо к себе так сильно, что я едва мог дышать. Она кончила мне в рот, и я проглотил всё, чувствуя, как её мышцы пульсируют на моём языке.

Потом она опустилась на колени передо мной, расстегнула мои брюки и взяла мой член в рот — сразу глубоко, без предупреждения. Я застонал, откинув голову, пока она двигалась, обхватывая губами, посасывая, лаская языком головку.

— Ты такой твёрдый, — прошептала она, отрываясь на секунду. — Я хочу почувствовать тебя в себе. Но сначала… — она улыбнулась, — я хочу сделать кое-что другое.

Она развернула меня, толкнула на кровать, и я оказался на спине. Милана встала между моих ног, развела их, и я почувствовал её горячие ладони на своих бёдрах.

— Ты когда-нибудь пробовал? — спросила она, глядя мне в глаза.

— Что? — не сразу понял я.

— Задницу. Я хочу вылизать тебя. Полностью.

Я растерялся на секунду, но она уже наклонилась, и я почувствовал, как её язык скользит по моему анусу — влажный, настойчивый. Я выдохнул, раздвигая ноги шире, и она засмеялась, низко, довольно.

— Нравится? — прошептала она, обводя языком отверстие. — Я знаю, что нравится. Ты уже дрожишь.

Я не мог ответить — только стонал, пока она лизала меня, вводя язык внутрь, растягивая, дразня. Это было неожиданно, грязно, и я чувствовал, как от этого становится только твёрже.

Она поднялась, взяла с тумбочки страпон — чёрный, гладкий, внушительный — и надела его, глядя на меня.

— Я хочу трахнуть тебя, — сказала она просто. — Если ты не против.

— Я не против, — выдохнул я.

Она смазала его, наклонилась, поцеловала меня в губы, а потом медленно, дюйм за дюймом, начала входить в меня. Я зажмурился, чувствуя, как она заполняет меня — что-то новое, странное, но не больно. Она двигалась медленно, давая привыкнуть, и когда вошла полностью, замерла.

— Как ты? — спросила она.

— Хорошо… — выдохнул я. — Двигайся.

Она начала толкаться — сначала медленно, потом быстрее, набирая темп. Я чувствовал, как каждый толчок отдаётся во всём теле, как мой член трётся о её живот, как она наклоняется, чтобы поцеловать меня, не останавливаясь.

— Я хочу, чтобы ты кончил так, — сказала она, хватая мой член рукой. — Прямо так, пока я трахаю тебя.

Я не выдержал долго — её рука, её движения, её голос, всё это сжалось в один горячий комок, и я кончил, выгнувшись, с криком, сперма полетела ей на живот и грудь. Она ускорилась, доводя меня сквозь оргазм, и только потом вышла, тяжело дыша.

Мы лежали рядом, мокрые, уставшие. Она повернулась ко мне, улыбнулась и сказала:

— Теперь ты мой. И я не собираюсь тебя никому отдавать.

Я усмехнулся.

— А Лера? Ты же знаешь, что у нас с ней…

— Я знаю, — перебила она. — И я не против. Я хочу быть с тобой. И с ней тоже. Мы можем… попробовать.

Я посмотрел на неё, и она кивнула, как будто мысленно уже всё решила.

Через два дня мы сидели втроём в нашей с Лерой спальне. Я рассказал ей всё — как было, что было, что Милана хочет быть со мной и не против, если мы останемся втроём. Лера слушала молча, потом подошла к Милане, взяла её за подбородок и поцеловала — долго, глубоко.

— Тогда — договорились, — сказала она, отрываясь. — Теперь ты наша общая. И мы будем делить тебя. И друг друга.

Мы раздели друг друга медленно, будто изучая. Лера целовала Милане шею, спускаясь к груди, а я стоял позади, наблюдая, чувствуя, как кровь приливает к члену. Милана потянулась ко мне, взяла его в рот, а Лера в это время села на лицо Миланы, и я почувствовал, как она стонет вокруг моей плоти.

Мы двигались втроём, как одно целое. Я трахал Леру сзади, пока Милана лизала её клитор, потом они поменялись — Милана села на моё лицо, а Лера надела страпон и вошла в неё, пока я лизал её пизду снизу. Милана стонала, разрываясь между двумя удовольствиями.

— Блядь… да… обе… не останавливайтесь…

Лера трахала её жёстко, а я делал языком такие движения, что Милана кончила первой, крича и извиваясь. Потом Лера сняла страпон, развернулась ко мне, и я вошёл в неё, а Милана опустилась перед ней и начала сосать мой член вместе с её клитором, и Лера кончила почти сразу, обхватив мой ствол бёдрами.

Мы продолжали, пока не выбились из сил. Я кончил в Леру, потом Милана села мне на лицо и тёрлась, пока я не вылизал её второй раз, а Лера в это время лизала меня сзади, пальцами растягивая то место, куда она хотела войти.

Когда мы, наконец, затихли, лёжа вперемешку на мокрых простынях, Лера сказала:

— Значит, так. Теперь ты с нами обеими. Мы будем сниматься вместе — втроём. И дома — тоже. И никаких обид.

Милана повернулась ко мне и улыбнулась:

— Я согласна. А ты?

Я поцеловал её, потом Леру, и сказал:

— Я согласен.

Мы ещё долго не могли уснуть, гладя друг друга, шепчась, строя планы. И я понял, что это лето перевернёт всё — и что наши съёмки станут только началом, а впереди — ещё много грязных, горячих, извращённых ночей. Втроём.