Последний договор

Она поправляла коврики, когда я вошёл. Запах пота, лаванды и её духов — терпкий, с ноткой ванили — ударил в голову. Марина обернулась, и я поймал её взгляд: тёмный, влажный, с искоркой, которая не имела отношения к йоге. Её спортивный топ натянулся на груди, и я заметил, как под тканью затвердели соски.

— Ты опоздал, — голос её звучал ровно, но пальцы теребили край коврика. — Занятие уже закончилось.

— Я знаю. — Я подошёл ближе, чувствуя, как воздух между нами становится плотным. — Может, ты научишь меня чему-то ещё?

Марина чуть заметно улыбнулась, и в её глазах мелькнуло что-то опасное. Она кивнула на мат, расстеленный у стены. — Ложись. Руки вверх.

Я повиновался. Она опустилась рядом, и я почувствовал жар её тела. Её ладони легли мне на живот, скользнули выше, к груди. Пальцы — прохладные, уверенные — надавили на ключицы.

— Дыхание, — прошептала она, наклоняясь. Её волосы упали мне на лицо. — Медленно. Глубоко.

Но я не мог дышать. Её бедро прижалось к моему, и я почувствовал, как напрягся член. Марина заметила — она всегда всё замечала. Она медленно провела пальцем по моей руке, вниз, к запястью, и сжала его.

— Договор, — сказала она тихо. — Ты будешь делать всё, что я скажу. Полчаса. Без вопросов.

— Идёт.

Её рот накрыл мой — резко, жадно. Язык скользнул внутрь, и я застонал, вцепившись в её бёдра. Она отстранилась, расстегнула лифчик, и грудь выпала в мои ладони — тяжёлая, тёплая, соски твёрдые, как горошины. Я сжал их, и она выдохнула, запрокинув голову.

— Руки, — приказала она, — медленно. Снимай с меня всё.

Я стянул с неё леггинсы — мокрые, насквозь — и она осталась в тонких трусиках, которые почти ничего не скрывали. Я провёл пальцем по ткани, чувствуя её влагу. Марина закусила губу.

— Пальцы, — прошептала она. — Сначала пальцы.

Я отодвинул ткань и скользнул внутрь. Она была горячей, скользкой, и она застонала, сжав мои плечи. Я двигался медленно, дразняще, и её бёдра качались в такт.

— Быстрее, — выдохнула она. — Чёрт, быстрее.

Я ввёл второй палец, надавил на клитор, и она выгнулась, вцепившись в мои волосы. Её стоны заполнили пустой зал, отражаясь от зеркал.

— Я хочу тебя, — сказал я, и мой голос сорвался. — Прямо сейчас.

Марина встала, сорвала с меня футболку, и её руки легли на ремень моих джинсов. Она расстегнула их, спустила, и её ладонь обхватила мой член. Я вздрогнул — её пальцы были прохладными, а хватка уверенной.

— Ты большой, — прошептала она, и в её голосе звучало восхищение. — Очень большой.

Она опустилась на колени, и я почувствовал её дыхание на коже. Её язык скользнул по головке, и я выдохнул, вцепившись в её волосы. Она взяла меня глубже — медленно, смакуя, — и я почувствовал, как её горло расслабляется, когда она заглотнула до основания.

— Марина, — выдохнул я, — если ты продолжишь, я кончу.

Она подняла голову, облизнулась и улыбнулась. — Не смей. Не без меня.

Она легла на мат, раздвинула ноги и поманила меня пальцем. Я навис над ней, и она обвила ногами мою талию.

— Медленно, — приказала она, глядя мне в глаза. — Я хочу чувствовать каждый сантиметр.

Я вошёл — медленно, до самого конца, — и она выдохнула, обхватив меня внутренними мышцами. Я замер, дрожа, чувствуя, как она пульсирует вокруг меня.

— Двигайся, — прошептала она. — Пожалуйста.

Я начал. Сначала медленно, потом быстрее, и её стоны стали громче. Она впилась ногтями в мою спину, выгибаясь навстречу.

— Ещё, — выдохнула она. — Глубже.

Я сменил угол, и она вскрикнула, задрожав. Я чувствовал, как её тело сжимается, как она кончает — волнами, долго, — и это подтолкнуло меня к краю. Но я сдерживался, глядя на неё, на её раскрытые губы, на влажные волосы, прилипшие к вискам.

— В рот, — прошептала она, перекатываясь на четвереньки. — Я хочу, чтобы ты кончил мне в рот.

Я встал, и она взяла меня в рот — жадно, глубоко, — и я кончил с глухим стоном, вцепившись в её волосы. Она проглотила всё, облизнула губы и улыбнулась.

Мы лежали на мате, тяжело дыша, и молчали. Её голова покоилась на моей груди, и я слушал её дыхание — ровное, спокойное. За окном темнело, и в зале пахло потом и сексом.

— Договор выполнен, — прошептала Марина.

— А если я хочу продлить? — ответил я, поглаживая её по спине.

Она подняла голову и улыбнулась. — Тогда мы обсудим условия. Завтра. В то же время.