Соседка по массажному кабинету

Кабинет пропах эвкалиптом и тёплым маслом. Марина, массажистка, разминала мне плечи, а я, разомлевший, рассуждал о том, что за стеной, видимо, тоже кого-то разминают, судя по ритмичным вздохам.

— Слышите? — она усмехнулась, нажав на лопатку. — Это соседний кабинет. Там Алёнка работает. У неё клиент сегодня — блондин такой, с голосом, что по телефону продал бы и снег эскимосам.

Я хмыкнул. Голос за стеной и правда был — низкий, с хрипотцой. Он что-то рассказывал, и Алёнка смеялась.

— А вы, я смотрю, подслушиваете, — поддел я, повернув голову.

— А вы — нет? — она шлёпнула меня по пояснице. — Вас, мужчин, только за уши от подглядывания оттаскивать.

Я засмеялся и перевернулся на спину. Марина налила масла на ладони, и я почувствовал, как её пальцы, тёплые и скользкие, легли мне на грудь. Она вела ими вниз, к животу, и я вдруг поймал себя на том, что смотрю на неё иначе. Она поймала мой взгляд и улыбнулась уголком губ.

— Так что, — сказала она тихо, — вам расслабиться или развлечься?

— А есть выбор? — мой голос сел.

— Для хорошего клиента — всегда.

Она наклонилась, и я почувствовал её дыхание у уха. Затем её рука скользнула ниже, и я замер. Её пальцы легли на мои яйца — осторожно, почти невесомо, но от этого по телу прошла горячая волна.

— Осторожнее, — выдохнул я.

— Не бойся, — она шептала мне в шею, растирая масло по коже. — Я знаю, что делаю.

Она взяла мой член в ладонь, медленно, чувствуя, как он наливается тяжестью. Я закусил губу. Из-за стены доносились уже не вздохи, а приглушённые стоны, и от этого всё становилось только острее.

— Они там тоже не скучают, — шепнула Марина, сжимая меня чуть сильнее.

— А ты... — я не договорил.

— А я — да, — она усмехнулась. — Я всё слышала.

— Что слышала? — не понял я.

— Ты вчера приходил. Говорил с администратором. Рассказывал, что устал, что всё болит, что тебе нужен хороший массаж.

Она провела пальцем по головке, и я дёрнулся.

— И?..

— И я слышала, как ты сказал: «Главное, чтобы руки были умелые. А остальное я сам как-нибудь». Ну вот, — она наклонилась, и её губы почти коснулись моих, — я и решила: покажу, какие у меня руки умелые.

Я не выдержал и поцеловал её. Она ответила — жадно, требовательно, впиваясь в губы, и я почувствовал, как её пальцы сжимают мои яйца, перекатывая их, дразня.

— Марина... — простонал я в её рот.

— Тихо, — она прижала палец к моим губам. — А то соседи услышат.

Она спустилась ниже, и я почувствовал, как её горячий рот сомкнулся вокруг моего члена. Она брала глубоко, с влажными звуками, и я вцепился пальцами в простыню. Её язык скользил, дразнил, а рука продолжала ласкать мои яйца, и я уже сходил с ума.

— Марина... я сейчас...

Она оторвалась, облизнулась и посмотрела на меня блестящими глазами.

— А я думала, ты умеешь держать удар.

— Ты... — я задохнулся. — Ты специально?

— Ага, — она оседлала меня, и я почувствовал, как она опускается, принимая меня в себя. — Специально.

Она двигалась медленно, покачивая бёдрами, и я видел, как она закусывает губу, сдерживая стон. Я приподнялся и взял её грудь в ладони, сжимая соски, и она выгнулась.

— Да... вот так... — выдохнула она.

Я перевернул её на спину и вошёл глубже, и она вскрикнула, прикрыв рот ладонью.

— Тихо, — прошептал я, повторяя её слова.

Она засмеялась сквозь стон, и этот звук — смесь смеха и удовольствия — добил меня. Я двигался в ней, наращивая темп, и она вцепилась мне в спину, оставляя следы ногтями.

— Кончи в меня, — прошептала она. — Давай.

Я почувствовал, как она сжимается вокруг меня, и это было последней каплей. Я кончил, уткнувшись ей в шею, и она вздрогнула, прижимаясь ко мне.

Мы лежали, тяжело дыша, и я вдруг рассмеялся.

— Что? — она приподняла бровь.

— Даже не знаю, что сказать. Это был лучший массаж в моей жизни.

Она улыбнулась и поцеловала меня в кончик носа.

— А ты думал, я просто так тебе про соседку рассказывала? Я ждала этого с прошлой недели.

Из-за стены послышался приглушённый стон, и мы переглянулись.

— Похоже, у Алёнки клиент тоже доволен, — сказала Марина.

— А ты... — я запнулся.

— А я — да. Я всё слышала, — она засмеялась. — И не жалею.