Турбулентность на высоте

Самолёт уже набрал высоту, когда я почувствовал её взгляд.

— Не может быть… — выдохнула она, и голос её дрогнул. — Артём?

Я повернулся. Рядом, в кресле бизнес-класса, сидела она — моя бывшая начальница из первого проекта, та самая Виктория Сергеевна, которая когда-то одним взглядом заставляла весь отдел замолкать. Сейчас она выглядела ещё острее: тёмный костюм обтягивал грудь, юбка задралась чуть выше колена от ремня безопасности. Глаза — те же, ледяные, но в них уже плескалось что-то другое.

— Виктория… Сергеевна, — выговорил я, чувствуя, как жар мгновенно ударил в пах. — Сколько лет…

— Семь, — отрезала она и вдруг улыбнулась уголком рта. — И ты всё ещё зовёшь меня по отчеству.

Её рука легла на подлокотник между нами. Пальцы коснулись моего запястья — будто случайно. Кожа обожгла. Я не убрал руку. Самолёт слегка тряхнуло, и она наклонилась ближе. Запах её духов — тяжёлый, дорогой — ударил в голову.

— Ты теперь в моей компании, — прошептала она мне прямо в ухо. — Новый старший аналитик. А я всё так же твоя начальница. Запретно, правда?

Её дыхание обожгло мочку уха. Я сглотнул.

— Очень запретно… — ответил я хрипло.

Она не стала ждать. Пальцы Виктории скользнули мне на бедро, сжали сквозь ткань брюк. Я накрыл её ладонь своей, прижал сильнее. Желание ударило так резко, что в ушах зазвенело.

— Ты всегда смотрел на меня вот так, — прошептала она, не отводя глаз. — Даже на совещаниях. Думал, я не замечаю?

— Замечали… — Я повернулся к ней вплотную. Наши губы почти соприкоснулись. — И что теперь?

— Теперь я хочу почувствовать, насколько ты вырос.

Её рука расстегнула мою молнию быстро и уверенно. Горячие пальцы обхватили уже твёрдый член. Я тихо выругался сквозь зубы. Самолёт шёл ровно, гул двигателей заглушал всё.

— Тихо, — приказала она шёпотом, хотя глаза горели. — Никто не должен услышать, как я дрочу своего нового сотрудника.

Она двигала ладонью медленно, выверенно, проводя большим пальцем по головке каждый раз, когда я вздрагивал. Я запустил руку под её юбку. Трусики уже были мокрые. Я отодвинул тонкую ткань и провёл пальцами по горячим, набухшим губкам. Виктория прикусила губу, но не остановила меня.

— Глубже, — выдохнула она. — Два пальца. Сейчас.

Я вошёл в неё сразу двумя. Узкая, горячая, она сжалась вокруг них так сильно, что у меня потемнело в глазах. Мы двигались в одном ритме: её рука на моём члене, мои пальцы в её влагалище. Кожа горела, дыхание сбивалось. Запах её возбуждения смешался с запахом кожи кресел и сухого воздуха салона.

— Хочу тебя в себе, — вдруг сказала она почти беззвучно. — Прямо здесь.

Я огляделся. Рядом никого, шторы бизнес-класса задернуты. Она сама отстегнула ремень, приподнялась и села мне на колени лицом к лицу. Юбка задралась до талии. Я сдвинул её трусики в сторону. Головка члена упёрлась в мокрую щель.

— Медленно… — прошептала она мне в губы и сама опустилась.

Я вошёл в неё до конца одним долгим толчком. Она задрожала всем телом, вцепилась мне в плечи. Мы замерли. Её влагалище пульсировало вокруг меня, жаркое, тугое, идеальное.

— Боже, как ты меня заполнил… — выдохнула Виктория, прижимаясь лбом к моему. — Двигайся. Жёстче.

Я схватил её за упругие ягодицы и начал трахать снизу. Коротко, глубоко, так что каждый толчок заставлял её тихо всхлипывать. Её грудь колыхалась прямо перед моим лицом. Я расстегнул пару пуговиц блузки, вытащил одну грудь и жадно обхватил сосок губами. Она выгнулась, прижимая мою голову сильнее.

— Да… вот так… соси меня, пока трахаешь… — шептала она, ускоряя движения бёдер.

Мы двигались всё быстрее. Её клитор тёрся о мой лобок при каждом опускании. Я чувствовал, как её стенки сжимаются всё сильнее. Самолёт снова тряхнуло — турбулентность. Это только добавило остроты.

— Я сейчас… Артём… я кончаю… — выдохнула она мне в шею.

Её тело напряглось, влагалище начало сильно пульсировать. Она закусила мне плечо сквозь рубашку, чтобы не закричать. Я продолжал долбить её, пока сам не почувствовал, как сперма рванулась вверх.

— В меня… всю… — простонала она.

Я кончил глубоко внутри, заполняя её горячим. Мы замерли, тяжело дыша. Она всё ещё сидела на мне, член медленно пульсировал в ней. Её пальцы ласково гладили меня по волосам.

Самолёт выровнялся. В салоне было тихо.

Она прижалась губами к моему уху и прошептала совсем нежно:

— Когда приземлимся… продолжим в гостинице. И на этот раз я хочу, чтобы ты меня выебал как следует. Чтобы я не могла ходить.

Я улыбнулся, целуя её в висок.

— Слушаюсь, начальница.

Мы ещё долго сидели так — соединённые, мокрые, дрожащие. Тихая нежность окутала нас после дикой страсти. Её дыхание стало ровным, пальцы перебирали мои волосы.

— Семь лет… — тихо сказала она. — А желание никуда не делось.

— И не делится, — ответил я шёпотом. — Теперь ты моя. Хотя бы на этой высоте.

Она тихо засмеялась и крепче прижалась ко мне.