Запретный укол в палатке

Ночь в лесу пахла хвоей и дождём, который только что перестал. В тесной палатке было душно от двух спальных мешков, прижатых друг к другу. Я лежал на спине, а она, медсестра Катя, которую я знал уже третий год по нашим походам, вдруг повернулась ко мне лицом. Её глаза блестели в свете маленького фонарика.

— Ты опять смотришь так… — прошептала она, и её пальцы коснулись моей груди под тонкой футболкой. — Я давно мечтала об этом, Саша. Молча. Каждый раз, когда делала тебе уколы в клинике. А теперь мы тут одни…

Её дыхание участилось. Я почувствовал, как её ладонь скользнула ниже, прямо по животу, и остановилась на резинке моих трусов. Запретное желание, которое она прятала годами, теперь вырвалось наружу, и от этого воздух в палатке стал ещё тяжелее.

— Катя… ты серьёзно? — выдохнул я, но мои руки уже сами легли ей на талию, притягивая ближе. Её тело было горячим даже сквозь тонкую майку.

— Да. Очень. — Она прикусила губу и прижалась бёдрами к моей ноге. — Я хочу тебя. Здесь. Сейчас. Никто не узнает.

Её пальцы нырнули под ткань и обхватили мой член, который уже стоял колом. Я застонал тихо, когда она начала медленно двигать рукой, сжимая у основания и проводя большим пальцем по головке. Влажный звук кожи о кожу заполнил палатку.

— Он такой твёрдый… — прошептала Катя с улыбкой. — Я столько раз представляла, как буду сосать его после процедур. А теперь могу.

Она спустилась ниже, расстегнула спальный мешок полностью и склонилась. Горячие губы обхватили головку, язык закружил вокруг, а потом она взяла глубже, почти до горла. Я схватил её за волосы, чувствуя, как её слюни стекают по стволу.

— Катенька… блядь, как хорошо… — вырвалось у меня. Она ответила только влажным чмоканьем и застонала, когда я начал слегка трахать её в рот.

Через минуту она оторвалась, тяжело дыша, и стянула с себя майку. Её грудь была полной, соски твёрдыми от возбуждения. Я приподнялся, поймал один сосок губами и сильно пососал, пока она не выгнулась и не зашептала:

— Сильнее… Да, вот так… Я вся мокрая уже.

Моя рука скользнула ей между ног. Трусики были насквозь мокрые. Я отодвинул их в сторону и провёл пальцами по её гладкой киске. Клитор был набухшим, а когда я вошёл в неё двумя пальцами, Катя громко застонала и начала двигать бёдрами.

— Трахни меня, Саша… Я так долго ждала. Хочу чувствовать твой член внутри.

Мы перевернулись. Она легла на спину, раздвинула ноги, а я стянул с неё трусики до конца. В тусклом свете фонарика её киска блестела. Я провёл головкой члена по мокрым губкам, дразня, и услышал её нетерпеливое:

— Не томи… Войди уже.

Я толкнулся вперёд и вошёл в неё одним движением. Тесно, горячо, мокро. Катя выгнула спину и вцепилась мне в плечи.

— Ох… какой толстый… Трахай меня глубже.

Я начал двигаться. Сначала медленно, чувствуя, как её стенки обхватывают каждый сантиметр, потом быстрее. Палатка наполнилась звуками шлепков кожи о кожу, её стонами и моим тяжёлым дыханием. Запах секса смешался с запахом леса и мокрой ткани.

— Ещё… сильнее… — просила она, обхватывая меня ногами. — Я хочу кончить на твоём члене.

Я перевернул её на бок, поднял одну ногу и вошёл снова, теперь под другим углом. Мои пальцы нашли её клитор и начали круговыми движениями тереть его, пока она не задрожала всем телом. Её киска сжалась вокруг меня ритмично, и Катя закричала, не сдерживаясь:

— Да! Я кончаю… Не останавливайся!

Её оргазм был долгим, она дрожала, сжимая меня внутри себя, и я чувствовал, как её соки текут по моим яйцам. Когда она немного успокоилась, я вытащил член, блестящий от её влаги, и лёг на спину.

— Сядь сверху, — сказал я хрипло. — Хочу видеть твои сиськи, когда ты будешь скакать.

Катя не заставила себя ждать. Она оседлала меня, взяла мой член рукой и медленно опустилась, насаживаясь до самого основания. Её голова запрокинулась, губы приоткрылись.

— Так глубоко… — выдохнула она и начала двигаться. Сначала круговыми движениями бёдер, потом вверх-вниз, всё быстрее. Её грудь подпрыгивала в такт, соски тёрлись о мои ладони, когда я их сжимал.

Я смотрел, как мой член исчезает в её мокрой киске, как её губки обхватывают его, как блестит всё от её соков. Напряжение росло быстро.

— Катя… я скоро…

— Кончай в меня, — выдохнула она, ускоряясь. — Я на таблетках. Хочу чувствовать, как ты заполнишь меня своей спермой.

Её слова добили меня. Я схватил её за бёдра, толкнулся вверх и начал кончать. Горячие струи вырывались глубоко внутри неё. Катя тоже задрожала во второй раз, её киска пульсировала, выжимая из меня всё до последней капли.

Мы замерли, тяжело дыша. Она упала мне на грудь, её волосы разметались по моему лицу. В палатке было жарко, спальные мешки смяты, а снаружи тихо шумел лес.

— Я так долго молчала… — прошептала она, целуя меня в шею. — Теперь буду мечтать о следующем походе.

— И я, — ответил я, гладя её по спине. — Только теперь без молчания.

Она улыбнулась, всё ещё чувствуя меня внутри себя, и прошептала:

— Обещаешь ещё раз перед сном?

— Обещаю.