Запретная правда

В полутёмном номере отеля воздух уже пах потом, шампанским и тем самым электричеством, которое возникает, когда двое едва знакомых людей вдруг остаются одни. Я, Алексей, сидел на краю кровати, а напротив, закинув ногу на ногу, расположилась соседка по номеру — Марина. Её короткое чёрное платье задралось чуть выше, чем следовало, и я не мог отвести глаз от гладкой кожи бёдер. Взгляд Марины горел. Она облизнула губы, когда наши колени случайно соприкоснулись.

— Ну что, Лёш, продолжим? — тихо спросила она, наклоняясь ближе. Её пальцы скользнули по моему запястью, будто невзначай. — Правда или действие?

Сердце стучало так, что отдавалось в висках. Мы уже выпили достаточно, чтобы игра перестала быть просто игрой. Корпоратив давно затих внизу, в банкетном зале, а здесь, на десятом этаже, начиналось что-то совсем другое.

— Действие, — ответил я хрипло.

Марина улыбнулась медленно, хищно. Она встала, подошла вплотную. Платье обтягивало её аппетитную попку так, что я невольно сглотнул. Её ладонь легла мне на грудь, пальцы расстегнули верхнюю пуговицу рубашки.

— Тогда поцелуй меня. По-настоящему. Как будто ты уже неделю об этом мечтаешь.

Я не стал ждать повторения. Встал, обхватил её за талию и прижал к себе. Губы встретились жадно, языки сплелись. Марина застонала мне в рот, когда я крепче сжал её ягодицы. Она была ебливой — это чувствовалось в каждом движении: как она тёрлась бёдрами о мой уже твёрдый член, как её дыхание сбивалось.

— Блядь, ты уже мокрый… — прошептала она, проведя ладонью по моей ширинке. — Правда или действие?

— Правда, — выдохнул я, не отпуская её губ.

Марина отстранилась на секунду, глаза блестели.

— Ты хочешь меня прямо сейчас? Хочешь трахнуть свою соседку по номеру, пока все коллеги спят этажом ниже?

— Да… очень.

Она рассмеялась низко, возбуждённо и сама потянула молнию своего платья вниз. Чёрная ткань упала к её ногам, открыв кружевной лифчик и тонкие трусики, уже заметно влажные в промежности. Я стянул с неё лифчик, взял в ладони тяжёлые груди, провёл большими пальцами по твёрдым соскам. Марина выгнулась, прижимаясь ко мне.

— Тогда действуй… — выдохнула она. — Раздевайся. Хочу посмотреть на твой член.

Я быстро сбросил рубашку, брюки. Мой стояк вырвался на свободу, толстый и пульсирующий. Марина облизнулась, опустилась на колени прямо на ковёр номера. Её горячий рот обхватил головку, язык закружил по уздечке. Она сосала глубоко, шумно, слюни стекали по стволу. Руки Марины ласкали мои яйца, пальчик осторожно скользнул дальше, к промежности.

— Ммм… какой вкусный… — пробормотала она, на секунду отрываясь. — Хочу, чтобы ты меня выебал. Жёстко.

Я поднял её, бросил на кровать. Марина раздвинула ноги, трусики в сторону. Её киска блестела от соков, клитор набух. Я провёл языком по всей длине, лизнул анус, вернулся к клитору. Она схватила меня за волосы, прижимая сильнее.

— Да… вот так… лижи мою щёлку… глубже…

Я вошёл в неё одним толчком. Марина вскрикнула, ногти впились в мою спину. Я трахал её глубоко, ритмично, чувствуя, как её влагалище сжимает член. Кровать скрипела, наши тела шлёпались друг о друга. Запах секса заполнил весь номер.

— Перевернись, — скомандовал я.

Она встала раком, выгнув спину, аппетитная попка оказалась прямо передо мной. Я вошёл снова, теперь ещё глубже. Одна рука шлёпнула её по ягодице, вторая потянула за волосы. Марина стонала громче.

— Сильнее… трахай меня сильнее… я твоя ебливная сучка сегодня… о боже, я сейчас кончу!

Её тело задрожало, киска начала сильно пульсировать, выдавливая сок по моему члену. Я не останавливался, ускоряясь. Вторая волна накрыла её почти сразу — она закричала, впиваясь пальцами в простыни.

Я почувствовал, как приближается финал. Вытащил член, перевернул Марину на спину. Она сама схватила меня рукой, начала быстро дрочить, открыв рот.

— Кончи мне на лицо… давай… всю сперму…

Горячие струи вырвались одна за другой, попадая на её губы, щёки, язык. Марина ловила каждую каплю, глотая с довольным стоном. Когда последние капли упали на её грудь, она облизнула пальцы и посмотрела мне в глаза.

— Теперь твоя очередь выбирать… — прошептала она, всё ещё тяжело дыша. — Правда или действие? Потому что я ещё не наигралась…

Мы оба знали — эта ночь только начинается.