В переполненном автобусе — чужие пальцы и жаркая пизда

Я вцепилась в поручень, пытаясь удержать равновесие. Час пик, духота, меня прижало к окну так, что стекло холодило щеку. На мне были мои любимые джинсовые шорты — короткие, с рваными краями, — и я чувствовала, как ткань липнет к бедрам от пота. Автобус качнуло, и сзади кто-то прижался ко мне вплотную.

— Извини, — выдохнул голос мне прямо в ухо.

Я обернулась. Девушка, чуть младше меня или ровесница, с темными волосами, собранными в небрежный хвост, и дерзкими глазами. Она улыбнулась, но как-то странно — не извиняясь, а как будто пробуя меня на вкус.

— Ничего, — буркнула я, отворачиваясь.

Но она не отодвинулась. Наоборот, прижалась еще теснее. Я почувствовала, как ее рука скользнула по моей талии, а ладонь легла на бедро, прямо на край шорт.

— Тесно тут, — шепнула она. — Жарко.

Я хотела отстраниться, но ее пальцы уже забрались под рваный край шортов, поглаживая голую кожу. Мурашки побежали по ногам. Я сжала губы, делая вид, что смотрю в окно, но между ног предательски запульсировало.

— Что ты… — начала я.

— Тсс, — она прикусила мочку моего уха. — Не кричи. Или хочешь, чтобы все смотрели?

Рука скользнула выше, к поясу, и я почувствовала, как она расстегивает пуговицу. Я замерла. Сердце колотилось так, что заглушало гул мотора.

— Мы не можем… — прошептала я, но мои бедра сами качнулись ей навстречу.

Она усмехнулась и, дернув ткань вниз, стянула с меня шорты вместе с трусиками. Они упали к моим кроссовкам. Я стояла совершенно голая под прикрытием юбок куртки и чужих тел. Воздух обжег промежность, и я почувствовала, как влага выступила на клиторе.

— Охренеть, какая ты мокрая, — прошептала она, и ее пальцы скользнули между моих ног.

Я ахнула, вцепившись в поручень. Автобус качнуло, кто-то толкнул меня, и ее палец погрузился в мою вагину сразу на всю длину. Я закусила губу, чтобы не застонать. Она двигала пальцем внутри меня, медленно, сводя с ума, а большим пальцем давила на клитор.

— О боже… — выдохнула я, раздвигая ноги шире, насколько это было возможно в толпе.

— Хочешь больше? — спросила она, вытаскивая пальцы мокрые и блестящие.

Я кивнула, не в силах говорить. Она взяла мою руку и прижала к своей промежности. Под тонкой тканью ее леггинсов я почувствовала жар, и это было так влажно, так горячо.

— Сними их, — приказала я хрипло.

Она ухмыльнулась и ловко, в одно движение, стянула леггинсы вместе с трусиками. Мы стояли лицом друг к другу в автобусной толчее, обе голые ниже пояса, скрытые от чужих глаз. Я видела, как блестит ее пизда — набухшая, мокрая, с капелькой влаги на клиторе.

— Знаешь, что я сделаю? — прошептала она, сжимая мое бедро. — Я сейчас разверну тебя и оттрахаю этой киской твою попку.

— Что? — опешила я.

Она резко развернула меня к окну, прижав лицом к стеклу. Одной рукой она раздвинула мои ягодицы, и я почувствовала, как ее горячие половые губы прижимаются к моей заднице. Она терлась об меня, раздвигая складки своей пизды о мою кожу, постанывая от трения.

— Такая узкая… — проговорила она, нажимая сильнее.

Ее клитор скользил по моей заднице, оставляя влажные дорожки. Я чувствовала, как ее бедра двигаются в быстром ритме, как ее рука сжимает мою талию, притягивая меня ближе.

— Трахай меня… — простонала я, не веря, что говорю это.

— Да, сучка, — выдохнула она. — Подставь свою попку.

Она отвела бедра и, раздвинув руками мои ягодицы, одним резким движением прижалась пиздой к моей дырке. Я почувствовала, как ее клитор набухший и горячий, как раздавленная ягода, вжимается в мой анус. Она двигалась, втираясь в меня, размазывая свою смазку по моей заднице.

— Ох… ох… — хныкала я, чувствуя, как ее движения становятся все быстрее и жестче.

— Твоя попка такая сладкая, — шептала она мне в ухо, пока ее бедра хлюпали о мои ягодицы. — Я сейчас кончу прямо в тебя.

Она ускорилась, вцепившись в мои бедра, и со злым, сдавленным стоном прижалась ко мне вплотную. Я почувствовала, как ее тело затряслось, как горячая влага выплеснулась из ее пизды и потекла по моей заднице, затекая в трещину, между ягодиц.

— Ах, блядь… — хрипло выдохнула она, обмякая на мне.

Я стояла, прижатая к стеклу, чувствуя, как ее сперма — нет, не сперма, ее женская влага — стекает по моим ногам. Я была возбуждена до предела, но она отстранилась, отряхивая руки.

— Было приятно, — бросила она и начала натягивать леггинсы.

Я повернулась, все еще дрожащая, пытаясь найти свои шорты. Но их не было. Ни трусиков, ни шортов.

— Ты что… — начала я.

Но она уже протолкалась к дверям, и я увидела, как в ее кулаке скомкана ткань — мои шорты и трусики.

— Верни! — крикнула я.

Она обернулась на пороге, улыбнулась и помахала мне рукой.

— На память.

Двери открылись, и она выскочила из автобуса. Я осталась стоять в переполненном автобусе, абсолютно голая под своей курткой, со впалой спиной и мокрой задницей, по которой стекала ее влага. Автобус тронулся, а я так и не поняла — было ли это на самом деле, или жара под жаждой меня и разыграла меня так жестоко. Но моя задница горела, а между ног все еще пульсировало, напоминая о том, что случилось только что — и что я, кажется, ничего не имела против.

Я стояла, прижатая к холодному стеклу, и смотрела, как она исчезает в толпе. Автобус трясся, а мои ноги были мокрые, всё ещё горел клитор, и я чувствовала, как её влага стекает по внутренней стороне бедра. Люди вокруг что-то говорили, но я слышала только гул. Мои шорты… Господи, она забрала мои шорты. Я была в одной куртке, которая едва прикрывала бедра. Мне нужно было выйти. Срочно.

На следующей остановке я выскочила, прижимая задницу к стенке, чтобы никто не увидел. Куртка была длинная, к счастью, но каждый шаг раздвигал полы и напоминал, что под ней — голая пизда и задница. Я шла по тротуару, стараясь не бежать, и чувствовала, как воздух касается моего клитора. Он пульсировал, набухший, требовал, чтобы я что-то с этим сделала. Я ненавидела её за это. Ненавидела, что она оставила меня так. Но между ног было до неприличия мокро.

— Ты быстро выбежала.

Голос раздался сбоку. Я обернулась и увидела её — она стояла у подъезда, лениво облокотившись о стену, и держала в руке мои шорты, как трофей. Улыбка до ушей. Глаза блестели.

— Отдай, — прошипела я, чувствуя, как жар заливает лицо.

— А попросишь как следует? — она шагнула ближе.

Мы стояли в полупустом дворе, за домом, и никто не смотрел. Или мне так казалось. Я шагнула к ней, выхватила шорты из её руки, но она перехватила моё запястье.

— Не так. Ты же хочешь отблагодарить меня за то, что в автобусе? — она прижалась ко мне, её бедро оказалось между моих ног. Я ахнула, потому что ткань её джинсов прижалась прямо к моему мокрому клитору. — Чувствуешь? Ты вся течёшь. Я уже хочу тебя попробовать на вкус.

— Здесь? — выдохнула я, оглядываясь. Прямо перед нами была низкая дверь подвала, приоткрытая.

— Здесь.

Она толкнула дверь плечом и втянула меня внутрь. Пахло сыростью и старым деревом. Едва свет от входной двери погас, как она прижала меня к стене, и я почувствовала её рот на своей шее. Зубы царапали кожу, руки расстёгивали пуговицы куртки. Я не сопротивлялась. Я вцепилась в её волосы и задрала подбородок, подставляя горло.

— Блядь, как ты пахнешь, — прошептала она, спускаясь ниже, целуя грудь через ткань футболки. Она стянула куртку с плеч, и я осталась в майке, без лифчика, соски заострились от холода и желания. Она наклонилась и взяла один прямо через мокрую ткань, втянула в рот. Я застонала, откинув голову назад.

— Раздевайся, — сказала она, отрываясь, и её голос был хриплым, чужим. — Хочу видеть тебя голой.

Я стащила майку через голову. Она смотрела на мою грудь, и я видела, как потемнели её глаза. Затем я начала спускать джинсы, но она остановила меня:

— Нет. Так, как ты есть. Джинсы на коленях.

Я послушалась. Джинсы сползли до середины бедер, и я стояла перед ней полуодетая, с влажным пятном на трусиках, которые она мне не оставила — она забрала их вместе с шортами, но те были ещё в её кармане. Она улыбнулась, заметив, и вытащила мои трусики, поднесла к лицу, вдохнула.

— Боже, — выдохнула она. — Ты так сладко течёшь. Позволь мне попробовать.

Она опустилась на колени прямо на бетонный пол. Её руки раздвинули мои бёдра, и она прижалась лицом к моей промежности. Я вскрикнула, когда её язык прошёлся по складкам, от самого входа до клитора. Она лизала медленно, лениво, пробуя меня на вкус, а её пальцы сжимали мои ягодицы, заставляя раздвигаться шире.

— Ах… да… — я запрокинула голову, вцепившись в железную трубу над головой, чтобы не упасть.

Она обводила клитор кончиком языка, потом сжимала его губами и посасывала, доводя до исступления. Я чувствовала, как её палец скользит к моему входу и медленно погружается, пока я не была заполнена. Она двигала пальцем внутри меня, изгибая его, нажимая куда-то, откуда по телу проходила молния.

— Давай, кончи мне в рот, — прошептала она, поднимая голову, и её глаза блестели в полумраке.

Я уже была на грани. Её палец двигался быстрее, язык давил на клитор, и я почувствовала, как волна накрывает меня с головой. Я стонала, сжав зубы, чтобы не закричать, и кончила прямо ей в лицо, чувствуя, как судороги сотрясают моё тело. Она не отстранилась, а слизала всё до капли, довольно облизнув губы.

— Вкусно, — улыбнулась она. — А теперь встань раком.

Она развернула меня лицом к стене, согнула в поясе, заставив взяться за ржавую трубу. Я услышала, как она расстегивает джинсы, и обернулась — она вытащила из заднего кармана маленький вибратор. Я прикусила губу, глядя, как она проводит им по своему клитору, смачивая.

— Ты хочешь этого? — спросила она, прижимая вибратор к моей дырочке, уже скользкой от моей собственной смазки.

— Да, — выдохнула я. — Вставь его в меня.

Она усмехнулась и, раздвинув мои ягодицы, надавила. Вибратор вошёл сразу, до упора, и я застонала оттого, как полно он заполнил меня. Она включила его, и низкий гул разнёсся по подвалу. Она начала двигать им внутри меня, быстро, грубо, вбивая в меня, пока я хныкала, упираясь руками в стену.

— Трахай себя этим, — она вытащила вибратор и шлёпнула меня по заднице, оставляя розовый след. — Возьми его сама.

Я взяла его дрожащей рукой и вставила обратно. Она смотрела, как я насаживаюсь на вибратор, и постанывала, гладя себя через джинсы. Потом она легла на пол, спустила джинсы до колен и, раздвинув ноги, согнула колени.

— Сядь на меня, — прошептала она. — Хочу видеть, как ты кончаешь на моём лице.

Я послушалась. Развернулась и нависла над её лицом, почувствовав, как её язык снова впивается в мою пизду. Теперь я была сверху, и вибратор всё ещё пульсировал внутри меня. Я водила им в себе, наклоняясь вперёд, чтобы дать ей лучшее касание её языка о мой клитор. Она обхватила мои ягодицы руками и притянула меня к себе, впиваясь в мои складки.

— Блядь, как тесно… — выдохнула я, потому что её язык проник в мою дырочку, вибрирующий, вместе с вибратором.

Я кончила второй раз, с криком, рухнув на неё всем телом. Мой оргазм был таким сильным, что я почти потеряла сознание. Она обняла меня, удерживая, пока моё тело билось о её. Когда я пришла в себя, она улыбнулась, слизывая с губ мои соки.

— Теперь твоя очередь, — я потянулась к её промежности, но она остановила мою руку.

— Не здесь. Пойдём ко мне. Я хочу, чтобы ты трахала меня до тех пор, пока мы обе не умрём, — она поднялась, натянула джинсы и подала мне мои шорты. — И да, можешь забрать свои трусики. Я взяла их на память, но, кажется, у нас будет ещё много поводов для сувениров.

Я оделась, не сводя с неё глаз. Мой клитор всё ещё пульсировал. И я знала, что этот вечер ещё не закончен. Далеко не закончен.