Снег и пепел

Метель за окном шале выла так, будто хотела сорвать крышу, а внутри пахло растопленным камином, хвоей и чем-то ещё — тёплым, женским, едва уловимым. Алина сидела на низком диване, обтянутом грубой шерстью, и смотрела, как Влад подбрасывает полено в огонь. Он был в расстёгнутой фланелевой рубашке, и когда наклонился, ткань скользнула по спине, обнажая кожу. Муж, Сергей, ушёл за вином в погреб, и в доме вдруг стало слишком тихо.

— Замёрзла? — Влад обернулся, и его взгляд скользнул по её плечам, по ключицам, по губам. Он не улыбнулся. Просто смотрел, и от этого взгляда у Алины пересохло во рту.

— Немного, — соврала она, потому что внутри всё горело.

Он шагнул ближе. Не спрашивая, взял её ладонь и поднёс к своим губам. Дыхание — горячее, прерывистое — коснулось запястья, и она почувствовала, как бешено колотится пульс. Она мечтала об этом три года. С тех самых пор, как он впервые приехал к ним на дачу и помог ей выгрузить сумки из багажника. Ей было стыдно, она гнала эти мысли, но сейчас, в этом занесённом снегом доме, стыд куда-то испарился.

— Алина, — его голос был низким, хриплым. — Если я сейчас уйду, мы оба будем жалеть. А если останусь...

— Останься, — выдохнула она.

Он накрыл её рот поцелуем — жадным, глубоким, без тени сомнения. Она вцепилась в его рубашку, притягивая ближе, чувствуя, как его язык скользит по её нижней губе, как руки уже расстёгивают пуговицы на её шерстяном платье. Ткань сползла с плеч, и воздух — прохладный, но тут же нагревшийся от его ладоней — коснулся кожи.

— Сергей может вернуться, — прошептала она, но сама прижалась бёдрами к его паху, чувствуя, как под джинсами твердеет член.

— Пусть идёт, — Влад усмехнулся, но глаза остались серьёзными. — Я слишком долго смотрел, как ты ходишь по этой кухне в коротких шортах. Я с ума сходил.

Она застонала, когда он сжал её грудь через кружево лифчика, проведя большим пальцем по набухшему соску. Алина запрокинула голову, и он тут же припал губами к шее, втягивая кожу, посасывая, оставляя влажный след. Она чувствовала, как между ног становится мокро, как плавки липнут к телу.

— Ну же, — выдохнула она, расстёгивая его ремень. — Я хочу тебя в себе. Прямо сейчас.

Влад подхватил её на руки и опустил на ковёр перед камином. Жёсткий ворс царапал лопатки, но ей было всё равно. Она смотрела, как он стягивает джинсы вместе с боксерами, и у неё перехватило дыхание. Член — твёрдый, с влажной головкой — подрагивал в его руке.

— Смотри на меня, — сказал он, опускаясь на колени между её разведённых бёдер.

Он раздвинул её складки пальцами, и она ахнула от прикосновения. Кружевные трусики были сдвинуты в сторону, и он медленно, мучительно медленно провёл головкой по её клитору, собирая влагу.

— Пожалуйста, — прошептала Алина. — Не дразни.

— А если я хочу тебя подразнить? — он наклонился, лизнул её сосок сквозь влажное кружево, и она выгнулась дугой.

Он вошёл одним толчком — глубоко, до самого конца. Алина вскрикнула, впиваясь ногтями в его плечи. Она была влажной, горячей, и он со стоном замер, давая ей привыкнуть.

— Чёрт, — выдохнул он. — Ты такая тесная.

— Двигайся, — потребовала она, обхватывая его ногами за талию.

Он начал медленно, раскачиваясь, выходя почти полностью и снова входя, пока она не застонала в голос. Огонь трещал, бросая на их тела пляшущие тени. Влад наклонился, захватывая её губы в поцелуй, одновременно ускоряя темп. Каждый толчок был глубже, настойчивее, и Алина чувствовала, как внутри нарастает волна.

— Ещё, — выдохнула она. — Не останавливайся.

Он перевернул её на живот, приподнимая бёдра. Она встала на колени, упираясь руками в ковёр, и он вошёл сзади — жёстко, сразу, заставляя её вскрикнуть. Его ладонь скользнула вперёд, к клитору, и он начал рисовать круги, пока вбивался в неё.

— Ты кончишь со мной, — прошептал он ей на ухо, наклоняясь над ней. Его голос был низким, хриплым. — Я хочу чувствовать, как ты сжимаешься вокруг моего члена.

Алина кусала губы, стараясь не кричать слишком громко. Но когда его пальцы сжались на её клиторе, а член вошёл до самого конца, она закричала — глухо, в ковёр, выгибаясь. Волна накрыла её с головой, сжимая всё внутри, и она почувствовала, как Влад, застонав, толкнулся последний раз и замер, изливаясь в неё горячей струёй.

Он медленно опустился рядом, притягивая её к себе. Алина лежала, уткнувшись лицом в его грудь, чувствуя, как колотится его сердце. За окном по-прежнему выла метель, но в шале было жарко.

— Ты даже не знаешь, как долго я этого хотел, — сказал он, поглаживая её волосы.

— Знаю, — усмехнулась она, поднимая голову. — Я тоже.

Она поцеловала его в уголок губ и вдруг рассмеялась — легко, освобождающе. Влад тоже улыбнулся, и где-то в глубине дома хлопнула дверь погреба.

— Сергей идёт, — прошептала она, но не сделала попытки встать.

— Пусть идёт, — повторил Влад. — Вино ему пригодится.