Шалости в пыльных стеллажах

Я вошел в полутемный зал старой библиотеки и сразу почувствовал, как ее взгляд скользнул по мне, словно теплый палец по позвоночнику. Анна Сергеевна, строгая начальница отдела архивов, стояла у высокого окна в узкой черной юбке и белой блузке, верхние пуговицы которой сегодня были расстегнуты чуть больше обычного. Воздух пах старой бумагой, кожей переплетов и ее легкими духами.

— Ну что, новый сотрудник, — произнесла она низким голосом, чуть приподняв бровь, — решил задержаться после закрытия? Или просто боишься меня?

Я улыбнулся, чувствуя, как ладони становятся влажными.

— Скорее, хочу узнать вас ближе, Анна Сергеевна. Вы всегда такая серьезная… А вдруг под этой строгостью скрывается настоящая шалунья?

Она шагнула ближе. Между нами осталось меньше метра. Ее грудь поднималась чаще обычного, соски уже заметно проступали сквозь тонкую ткань.

— Шалунья, говоришь? — она усмехнулась, и в глазах мелькнули озорные искорки. — Тогда давай сыграем в правду или действие. По-взрослому. Без отмазок. Согласен?

— Согласен, — выдохнул я, чувствуя, как член уже начинает твердеть в брюках.

Мы сели за старый дубовый стол, освещенный одной настольной лампой. Вокруг высились стеллажи с пыльными томами. Тишина была такой, что слышно было, как шуршат страницы при каждом нашем движении.

— Правда или действие? — спросила она первым ходом, облизнув нижнюю губу.

— Действие.

Анна наклонилась вперед, ее декольте открылось еще больше.

— Сними рубашку. Прямо сейчас. И медленно.

Я расстегнул пуговицы, не отводя от нее глаз. Ткань скользнула по плечам. Она смотрела на мою грудь, на рельеф пресса, и ее дыхание стало глубже.

— Красивый… — прошептала она. — Теперь моя очередь. Спрашивай.

— Правда. Что ты сейчас чувствуешь?

Анна чуть покраснела, но улыбка осталась дерзкой.

— Я уже мокрая между ног, если честно. И мне нравится, как ты на меня смотришь. Твоя очередь.

— Действие, — сказал я, не раздумывая.

Она встала, обошла стол и села на край прямо передо мной, раздвинув колени так, что юбка задралась почти до бедер.

— Тогда поцелуй меня. Но не в губы. Поцелуй туда, где я хочу.

Я поднялся, встал между ее ног. Руки легли на ее бедра. Она приподняла юбку выше, открывая черные кружевные трусики, уже с заметным влажным пятном. Я наклонился и поцеловал ее прямо через ткань, ощутив жар и сладкий запах возбуждения. Анна тихо застонала, пальцы запустила мне в волосы.

— Ох… Да… Именно так… — выдохнула она. — Теперь снимай с меня всё ниже пояса.

Я стянул трусики вниз по ее длинным ногам. Ее киска была гладко выбрита, клитор уже набух и блестел от влаги. Я провел пальцем по ее щели, и она вздрогнула всем телом.

— Трахни меня пальцами, — шепнула она игриво, глядя мне прямо в глаза. — И не останавливайся, пока я не скажу.

Два пальца легко вошли в нее — она была очень мокрой и горячей. Я начал двигать ими медленно, потом быстрее, крутя внутри, нажимая на переднюю стенку. Анна закусила губу, чтобы не стонать слишком громко, но бедра сами толкались мне навстречу.

— Глубже… Вот так… Черт, как хорошо… — бормотала она, глаза полуприкрыты. — А теперь встань. Хочу почувствовать твой член.

Я расстегнул брюки. Мой твердый член выскочил наружу, головка уже блестела от предэякулята. Анна обхватила его ладонью, несколько раз провела вверх-вниз, дразня.

— Большой… Мне нравится. Садись на стул.

Я сел. Она встала надо мной, спиной ко мне, и медленно опустилась, направляя мой член в свою мокрую киску. Мы оба одновременно выдохнули, когда я полностью вошел в нее. Ее стенки плотно обхватили меня, горячие и скользкие.

— Боже… Как ты меня заполнил… — простонала она, начиная двигаться. Сначала медленно, круговыми движениями, потом все быстрее, подпрыгивая на мне. Ее упругая попка шлепала по моим бедрам, издавая звонкие звуки в тишине библиотеки.

Я схватил ее за талию, помогая, толкаясь вверх. Каждый толчок заставлял ее грудь подпрыгивать под блузкой. Я расстегнул оставшиеся пуговицы, высвободил ее красивые тяжелые груди и сжал их ладонями, пощипывая соски.

— Да… Щипай сильнее… Мне нравится, когда грубо… — выдохнула она, ускоряясь.

Мы трахались все яростнее. Ее киска текла так сильно, что по моим яйцам стекали ее соки. Я чувствовал, как ее стенки начинают пульсировать, сжимая меня.

— Я сейчас… Я кончаю… — почти крикнула она, но вовремя прикусила руку.

Ее тело содрогнулось. Киска сильно сжалась вокруг моего члена, волны оргазма проходили по ней одна за другой. Я не выдержал и тоже кончил, глубоко внутри, заполняя ее горячим спермой. Мы замерли, тяжело дыша.

Потом она медленно повернулась ко мне лицом, все еще сидя на мне. Глаза ее были мягкими, довольными. Она прижалась лбом к моему лбу.

— Вот это я называю настоящей шалостью… — прошептала она с улыбкой.

— И это только начало, — ответил я тихо, гладя ее по спине.

Мы сидели так долго, обнявшись, пока дыхание не выровнялось. Вокруг тихо шуршали старые книги, словно одобряя нашу игру.

— Следующий ход все равно мой, — вдруг хихикнула она мне на ухо. — И я уже придумала, какое будет действие…