Полнолуние на трассе

Ночь обволакивала салон старого внедорожника густым бархатом. Я, Лика, официантка из придорожного кафе, сидела на пассажирском сиденье, а рядом — Марк, мой постоянный гость, который вот уже месяц приезжал каждую пятницу. Его глаза в полумраке блестели странным золотистым оттенком, и от этого взгляда по моей коже пробегали мурашки. Его пальцы случайно коснулись моего колена, когда он переключал передачу, и я не убрала ногу. Желание уже пульсировало внизу живота, горячее и настойчивое.

— Правда или действие? — шепнула я, поворачиваясь к нему. Голос дрожал чуть сильнее, чем хотелось.

Марк усмехнулся, его дыхание стало глубже. Машина мчалась по пустой трассе, фары выхватывали только полосы разметки и редкие деревья. Луна висела полной и яркой, заливая салон серебристым светом.

— Действие, — ответил он низко, почти рыча. — Только если ты тоже сыграешь по-настоящему.

Я облизнула губы. Сердце колотилось так, что, казалось, он слышит.

— Тогда поцелуй меня. Прямо сейчас.

Он не стал ждать. Рука Марка легла мне на затылок, притягивая ближе. Губы встретились — сначала робко, почти вопросительно, потом жадно. Его язык скользнул в мой рот, и я застонала тихо, чувствуя, как его пальцы сжимают мои волосы. Запах его кожи — лес, соль и что-то дикое — ударил в голову. Я потянулась к нему, расстегивая пуговицу на его рубашке.

— Лика… ты уверена? — выдохнул он между поцелуями, но его ладонь уже скользнула под мою короткую юбку, касаясь бедра.

— Да… не останавливайся, — прошептала я, раздвигая ноги. — Я видела, как ты смотришь на меня все эти недели. Хочу почувствовать тебя.

Машина съехала на обочину, мотор замолк. В салоне стало слышно только наше тяжелое дыхание и далекий вой ветра. Марк откинул сиденье назад, и я перебралась к нему на колени. Его член уже твердый упирался мне в живот сквозь ткань брюк. Я провела ладонью по выпуклости, чувствуя, как он дернулся.

— Сними с меня всё, — попросила я, поднимая руки.

Он стянул мою блузку, расстегнул лифчик. Мои груди вырвались на свободу, соски мгновенно затвердели от прохладного воздуха. Марк наклонился и взял один в рот, медленно обводя языком. Я выгнулась, вцепившись ему в плечи.

— Ох… Марк… глубже…

Его рука нашла мои трусики, сдвинула их в сторону. Пальцы коснулись влажной щели, и я ахнула. Он вошел в меня одним пальцем, потом двумя, медленно двигая ими, пока я не начала покачиваться в такт.

— Ты такая мокрая… — пробормотал он, отрываясь от моей груди. — Для меня?

— Только для тебя. Хочу твой член. Сейчас.

Я расстегнула его брюки дрожащими руками. Член вырвался — толстый, горячий, с пульсирующей веной. Я обхватила его ладонью, провела вверх-вниз, слыша, как Марк рычит сквозь зубы. Его глаза снова вспыхнули тем странным золотом.

— Сядь на меня, — сказал он хрипло. — Хочу чувствовать, как ты меня принимаешь.

Я приподнялась, направляя головку к своей щели. Медленно опустилась, чувствуя, как он растягивает меня изнутри. Стон вырвался у обоих одновременно. Он заполнил меня полностью, до самого конца. Я замерла, привыкая к ощущению, потом начала двигаться — сначала робко, вверх-вниз, чувствуя каждый сантиметр.

— Боже… ты такой большой… — выдохнула я, упираясь ладонями ему в грудь.

Марк схватил меня за бедра, помогая. Темп нарастал. Машина слегка раскачивалась. Я наклонилась ближе, целуя его шею, покусывая кожу. Его пальцы впились в мою попку, разводя ягодицы шире.

— Быстрее, Лика… трахай меня сильнее, — рычал он.

Я ускорилась, чувствуя, как клитор трется о его основание при каждом движении. Влажные звуки заполнили салон — шлепки кожи о кожу, мои стоны, его тяжелое дыхание. Он вдруг перехватил инициативу: одной рукой прижал меня к себе, а другой откинул мое сиденье. Теперь я лежала на спине, а он навис сверху, не выходя из меня.

— Смотри на меня, — приказал он мягко, но властно.

Я открыла глаза. Его лицо менялось — черты заострились, глаза горели янтарем, на висках проступила темная шерсть. Оборотень. Я знала. Видела, как он иногда исчезал в полнолуние. Но вместо страха меня охватило еще большее возбуждение.

— Не бойся… — прошептал он, входя в меня глубокими, мощными толчками. — Я контролирую себя… с тобой.

— Не контролируй, — выдохнула я, обхватывая его ногами. — Хочу почувствовать всё.

Он рыкнул — уже не по-человечески — и ускорился. Член входил резко, до упора, ударяя в самую чувствительную точку. Я кричала, царапая ему спину. Вторая поза оказалась еще глубже: он приподнял мои ноги себе на плечи, почти складывая меня пополам. Теперь каждый толчок заставлял меня дрожать. Влажность текла по бедрам, капала на сиденье.

— Я… сейчас… Марк! — простонала я, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Кончай на мне, — рычал он, не сбавляя темпа. — Хочу почувствовать, как твоя киска пульсирует.

Оргазм накрыл меня волной — резкой, долгой. Я выгнулась, крича его имя, мышцы внутри сжимали его член снова и снова. Марк зарычал громче, его движения стали рваными. Он вошел в меня до конца и замер, изливаясь горячим потоком спермы глубоко внутри. Тело его дрожало, шерсть на миг проступила по рукам, но он удержался.

Мы лежали, тяжело дыша. Его член всё еще пульсировал во мне. Луна светила ярче, а за окном послышался далекий вой — то ли ветер, то ли кто-то из его рода.

— Это… не конец, правда? — прошептала я, проводя пальцами по его щеке, где уже исчезала темная щетина.

Марк улыбнулся хищно, целуя меня в губы.

— Нет. Полнолуние только начинается…