Я улыбнулась в темноту, чувствуя, как его пальцы медленно, но уверенно входят в меня снова. Влажный звук наших тел разносился по комнате, тихий и непристойный. Его дыхание было горячим у моего уха.

— Ты ненасытная… — прошептал он, слегка покусывая мочку. — Только что кончила так, что чуть не сломала мне спину, а уже снова течёшь.

— Это ты меня такой сделал, — выдохнула я, выгибаясь навстречу его руке. — Не останавливайся…

Он добавил третий палец, растягивая меня шире. Я тихо застонала, впиваясь ногтями в его плечо. Сперма, которую он только что вылил мне на грудь, всё ещё блестела на коже, медленно стекала по ложбинке между грудей. Он наклонился и провёл языком по моей ключице, собирая собственный вкус.

— Ммм… мы с тобой теперь одна сплошная грязь, — усмехнулся он низко. — И мне это чертовски нравится.

Снаружи снова скрипнула половица. На этот раз ближе. Мы оба замерли на секунду, переглянулись. Его пальцы внутри меня продолжали двигаться, медленно и глубоко, будто дразня.

— Кажется, кто-то не спит, — прошептала я, кусая губу.

— Пусть слушает, — ответил он и резко нажал на точку внутри меня. Я всхлипнула, прикусив его плечо, чтобы не закричать.

Он вытащил пальцы, перевернул меня на живот и рывком поднял мои бёдра вверх. Я встала на четвереньки, чувствуя, как прохладный воздух касается мокрой, распухшей киски. Его ладонь прошлась по моей попе, сжал ягодицу, шлёпнул несильно — звук получился звонкий.

— Красивая… — пробормотал он. — Смотри, как ты раскрыта для меня. Вся красная, блестящая… и моя сперма до сих пор вытекает.

Я оглянулась через плечо. Он стоял на коленях позади, член снова стоял колом, толстый, с набухшими венами. Головка была тёмной, влажной от наших соков. Он провёл ею по моей щёлке вверх-вниз, дразня клитор, потом резко вошёл до самого конца.

— Ааах! — вырвалось у меня.

— Тише… — хмыкнул он, хотя сам начал двигаться жёстко и глубоко. — Или хочешь, чтобы весь дом услышал, как тебя трахают?

Каждый толчок заставлял меня подаваться вперёд. Грудь раскачивалась, соски тёрлись о смятые простыни. Его яйца шлёпали по моему клитору — мокро, ритмично, сводя с ума. Я опустила голову, уткнувшись лбом в подушку, и просто принимала его, чувствуя, как внутри снова начинает собираться тугой жар.

— Глубже… пожалуйста… сильнее, — выдохнула я между толчками.

Он наклонился, накрыв меня своим телом. Одна рука легла на мою грудь, сжала сосок, другая скользнула вниз и прижала пальцы к моему клитору. Теперь он трахал меня короткими, резкими движениями, почти не выходя, просто вбиваясь в самую глубину.

— Вот так? — прошептал он мне в затылок. — Чувствуешь, как я тебя заполняю? Как твоя киска меня сосёт?

— Да… блядь, да… — вырвалось у меня. Я уже плохо соображала.

Он ускорился. Кровать отчаянно скрипела, изголовье стучало в стену. Я уже не могла сдерживать стоны — они вырывались громко, хрипло, почти животно. Его пальцы на клиторе двигались быстро, безжалостно. Я чувствовала, как внутри всё дрожит, как ноги начинают подкашиваться.

— Я снова… я сейчас кончу… — почти всхлипнула я.

— Кончай, милая. Кончай на мой толстый член, — прорычал он и укусил меня за плечо.

Оргазм накрыл меня второй волной — ещё сильнее, чем первый. Я забилась под ним, киска сжималась вокруг него так сильно, что он застонал мне прямо в ухо. Жаркая влага хлынула по бёдрам, я буквально брызнула, пачкая его бёдра и простыню. Глаза закатились, в ушах звенело.

Он не дал мне опомниться. Резко вышел, перевернул меня на спину и лёг сверху, широко раздвинув мои ноги. Теперь мы были лицом к лицу. Его глаза были тёмными, почти чёрными от желания.

— Я хочу кончить внутри, — хрипло сказал он. — Хочу заполнить тебя до самого конца. Можно?

Я кивнула, не в силах говорить, и обхватила его ногами за поясницу.

Он вошёл одним длинным движением. Теперь движения были медленнее, но глубже, будто он хотел запомнить каждую складочку внутри меня. Я обнимала его за шею, целуя в губы, в подбородок, в шею. Его кожа была солёной от пота.

— Ты такая горячая внутри… такая мягкая… — шептал он между поцелуями. — Я никогда не смогу остановиться… никогда.

— Тогда не останавливайся, — выдохнула я. — Трахай меня. Кончай в меня. Я хочу чувствовать, как ты пульсируешь… как твоя сперма бьёт мне глубоко-глубоко…

Эти слова его добили. Он зарычал, вбиваясь всё быстрее. Я чувствовала, как его член внутри меня набухает ещё сильнее. Его дыхание сбилось, мышцы на спине окаменели.

— Я… сейчас… — выдавил он.

— Давай… кончи в меня… заполни меня, — простонала я, сжимая его внутри себя.

Он в последний раз толкнулся до упора и замер. Я почувствовала, как его член начал сильно пульсировать. Горячие, густые струи спермы ударили мне глубоко внутрь — одна за другой, мощно, долго. Он стонал мне в шею, дрожа всем телом. Я гладила его по спине, чувствуя, как его семя заполняет меня, как вытекает наружу при каждом его мелком движении.

Мы лежали так долго, не разъединяясь. Его член всё ещё подёргивался внутри меня. Я чувствовала себя переполненной, мокрой, использованной и невероятно счастливой.

Наконец он приподнялся на локтях и посмотрел мне в глаза. Улыбка была усталой, но довольной.

— Завтра… — начал он.

— Завтра мы будем трахаться весь день, — закончила я за него, проводя пальцем по его нижней губе. — В гостиной. На кухне. В душе. И может быть, даже на том старом кресле в библиотеке, которое скрипит так громко.

Он тихо рассмеялся и поцеловал меня — медленно, глубоко, с языком.

— Ты меня убьёшь, — прошептал он.

— Зато счастливым, — ответила я и слегка сжала мышцы внутри, заставив его снова застонать.

Снаружи в коридоре снова что-то тихо скрипнуло. На этот раз мы даже не повернули головы. Мы знали — ночь только началась, а завтрашний день обещал стать самым долгим и самым мокрым в нашей жизни.

Его рука снова скользнула между нами, пальцы нашли мой чувствительный клитор, и я выгнулась ему навстречу, уже готовая к следующему раунду. Мы оба понимали: пока в доме кто-то есть, мы будем тихими. А как только все уедут…

Тогда уже никто и ничто не сможет нас остановить.