Застрявший кадр

Жаркий летний день у реки только что закончился, а в старом офисном лифте уже пахло разогретым металлом и её кожей. Я, фотограф Артём, прижимал к себе модель Вику, которую весь день снимал на песке в мокром купальнике. Её загорелые бёдра всё ещё были в мелких песчинках, а мои ладони, помнившие каждый изгиб её тела, теперь дрожали от желания схватить сильнее.

— Артём… лифт встал, — прошептала она, но в голосе не было страха, только низкий, дерзкий смешок.

Я смотрел на неё в тусклом свете аварийной лампы. Ещё на съёмке я не знал, что она слышала, как я говорил ассистенту по телефону: «Если бы не работа, я бы уже трахнул её прямо у воды». Теперь её глаза блестели вызовом.

— Так вот что ты думал, пока щёлкал меня, — Вика провела пальцем по моей груди, медленно расстёгивая рубашку. — А я стояла перед тобой мокрая и представляла, как твой член входит в меня вместо объектива.

Её слова ударили прямо в пах. Я прижал её к холодной стене лифта, ладони скользнули под тонкую майку. Кожа была горячей, чуть липкой от пота после съёмки. Соски уже стояли твёрдыми бугорками под тканью.

— Тогда не будем терять время, — выдохнул я, стягивая с неё майку одним рывком.

Вика выгнулась, прижимаясь грудью к моим губам. Я жадно обхватил один сосок ртом, второй мял пальцами. Она застонала, запустив руки мне в волосы, и резко потянула вниз, заставляя опуститься на колени. Лифт слегка качнулся.

— Снимай с меня шорты, — приказала она дерзко. — Хочу почувствовать твой язык.

Я стащил тонкую ткань вместе с трусиками. Её гладко выбритая киска уже блестела от влаги. Запах возбуждённой женщины ударил в голову. Я провёл языком по горячим складкам, нашёл клитор и начал медленно кружить. Вика задрожала, её бёдра сжали мою голову.

— Да… вот так… глубже, — стонала она, толкаясь навстречу моему рту. — Ты весь день меня хотел, правда? Теперь ешь меня, фотограф.

Её сок тек по моему подбородку. Я вставил два пальца в тугое влажное отверстие и начал трахать ими в ритме с движениями языка. Вика задыхалась, её стоны отражались от металлических стен.

— Хватит… — вдруг выдохнула она, отталкивая меня. Глаза горели. — Я хочу твой член. Сейчас.

Она развернулась лицом к стене, упёрлась ладонями в холодный металл и выгнула спину, подставляя мне упругую загорелую попку. Я встал, быстро расстегнул брюки. Мой твёрдый член вырвался наружу, головка уже мокро блестела.

— Входи, — шепнула Вика, глядя через плечо. — Трахни меня жёстко, как хотел там, на речке.

Я схватил её за бёдра и одним длинным толчком вошёл до конца в горячую, мокрую киску. Она вскрикнула, сжавшись вокруг меня. Я начал двигаться — сначала медленно, чувствуя, как её стенки обхватывают каждый сантиметр, потом быстрее, глубже. Шлепки наших тел заполнили тесный лифт.

— Сильнее… трахай меня сильнее, — рычала она, толкаясь назад. — Я слышала каждое твоё слово… и хотела этого весь день.

Я наклонился, прикусил её плечо, ускорил темп. Одна рука скользнула вниз, пальцы нашли клитор и начали быстро тереть. Вика дрожала, её дыхание превратилось в короткие всхлипы.

— Переверни меня, — вдруг потребовала она.

Я вышел, развернул её лицом к себе и резко поднял, прижав спиной к стене. Её ноги обхватили мою талию. В следующую секунду я снова вошёл в неё, теперь глядя прямо в глаза. Каждый толчок поднимал её выше, её грудь подпрыгивала, соски тёрлись о мою кожу.

— Я сейчас кончу… не останавливайся, — стонала Вика, впиваясь ногтями мне в плечи.

Я чувствовал, как её киска начала сильно пульсировать, сжимая мой член. Ещё несколько резких толчков — и она выгнулась, закричав. Её оргазм был таким мощным, что я едва удержался. Горячие волны сжимали меня, сок стекал по моим яйцам.

Я продолжал трахать её сквозь её оргазм, ускоряясь. Лифт снова качнулся. Её стоны перешли в прерывистый шёпот:

— Кончай в меня… заполни меня своей спермой…

Это было последней каплей. Я вонзился в неё до упора и начал кончать длинными горячими струями, заполняя её киску. Вика дрожала в моих руках, принимая всё до последней капли.

Мы замерли, тяжело дыша. Её губы коснулись моих в коротком, но жадном поцелуе.

— Когда лифт починят… — прошептала она с лукавой улыбкой, — поедем ко мне. У меня дома есть и верёвки, и штатив для камеры. Хочу, чтобы ты снимал, как будешь трахать меня в каждой комнате.

Двери лифта вдруг дрогнули, начиная медленно открываться. Мы едва успели одёрнуть одежду, когда свет хлынул внутрь. Вика поправила волосы, бросила на меня последний дерзкий взгляд и вышла первой.

Я остался стоять, чувствуя, как её сок всё ещё стекает по моему бедру, и понимал — это только начало.