Цепи в примерочной

В тесной примерочной бутика уже горел только один приглушённый светильник. Я стояла перед зеркалом в полупрозрачном платье, которое он сам выбрал, а его взгляд скользил по моей спине, будто пальцы. Вино в бокалах давно согрелось, но мы всё равно пили — третий бокал сделал воздух густым и сладким.

— Ты сегодня смотришь на меня так, будто уже раздел, — прошептала я, не поворачиваясь.

— Потому что уже раздел в голове, — ответил он низко, шагнув ближе. Его ладонь легла мне на талию, пальцы слегка сжались. Жар прошёл по коже мгновенно. Я почувствовала, как его дыхание обожгло ухо.

— Тогда не останавливайся, — выдохнула я и сама потянулась назад, прижимаясь попкой к его уже твёрдому члену.

Он резко развернул меня лицом к себе. Глаза горели. Без лишних слов он прижал меня к зеркалу, и холод стекла обжёг лопатки. Его губы впились в мои — жадно, почти грубо. Я застонала ему в рот, когда его рука скользнула под тонкую ткань платья и сразу нашла мокрую щёлку. Пальцы вошли легко, два сразу, и я выгнулась, хватаясь за его плечи.

— Мокрая уже... — прорычал он, двигая ими быстро, резко. — Всю неделю представлял, как трахну тебя вот так. В этом чёртовом магазине, где ты каждый день ходишь в этих юбках.

— Тогда трахай, — выдохнула я, кусая его нижнюю губу. — Не дразни меня, шеф.

Он усмехнулся дерзко, отстранился на секунду. Из кармана пиджака достал тонкие стальные наручники — те самые, что мы вчера обсуждали за ужином как шутку. Сейчас шуткой это уже не выглядело. Металл холодно щёлкнул на моих запястьях, заведённых за спину. Я ахнула, чувствуя, как цепь натянулась, когда он прижал мои руки к зеркалу.

— Не двигайся, — приказал он, и голос стал совсем другим — властным, низким.

Платье он задрал до талии одним рывком. Трусики просто сдвинул в сторону. Я стояла, прижатая грудью к холодному стеклу, руки в наручниках, ноги чуть разведены. Его пальцы снова вошли в меня — теперь уже три, растягивая, готовя. Я стонала, глядя в зеркало на своё отражение: раскрасневшееся лицо, приоткрытый рот, дрожащие бёдра.

— Смотри на себя, — шепнул он мне на ухо, расстёгивая брюки. — Смотри, как я тебя сейчас возьму.

Головка члена ткнулась в мокрую вагину и вошла резко, до самого конца. Я вскрикнула от внезапного наполнения. Он начал трахать меня сильно, глубоко, каждым толчком прижимая меня к зеркалу. Наручники звенели при каждом движении, цепь натягивалась, напоминая, что я полностью в его власти. Это сводило с ума.

— Да... вот так... сильнее, — вырывались у меня обрывки. — Трахай свою секретаршу... как хотел весь год...

Он схватил меня за волосы, слегка запрокинул голову и ускорил темп. Звуки влажных шлепков заполнили тесную кабинку. Его вторая рука спустилась ниже, пальцы нашли клитор и начали быстро кружить. Ноги у меня дрожали, колени подгибались.

— Я сейчас кончу... — простонала я, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Кончай на мой член, — рыкнул он, не сбавляя темпа. — Давай, покажи мне.

Оргазм накрыл меня резко, как удар. Я закричала, тело выгнулось, мышцы влагалища сильно сжали его член. Он продолжал долбить меня сквозь мой оргазм, продлевая его, пока я не начала всхлипывать от переизбытка ощущений.

Тогда он вышел, развернул меня лицом к себе и заставил опуститься на колени прямо на коврик примерочной. Наручники всё ещё были на мне, руки за спиной. Я открыла рот, и он сразу вошёл, глубоко, до горла. Я сосала жадно, глядя ему в глаза снизу вверх, пока он трахал мой рот быстрыми толчками.

— Хорошая девочка... — хрипел он. — Сейчас я кончу тебе в ротик...

Через несколько секунд горячая сперма хлынула мне на язык. Я глотала, не отрываясь, пока он не выдохнул и не отстранился.

Мы оба тяжело дышали. Он помог мне встать, снял наручники, осторожно потёр запястья. Потом мы просто легли прямо на широкий пуф в углу примерочной — я головой на его груди, он обнимал меня одной рукой. Тишина. Только наше дыхание и далёкий шум ночного города за стеной. Ни слова. Просто тепло кожи, биение сердца и понимание, что это только начало.