Шёпот в чужой квартире

Музыка гремела за дверью гостиной, но здесь, в полутёмной спальне, было тихо. Только наше дыхание. Алина стояла совсем близко, её узкие глаза блестели в свете ночника, а пальцы уже скользили по моему запястью. Я чувствовал, как жар её кожи передаётся мне, и не мог отвести взгляд от её приоткрытых губ.

— Ты же знаешь, что кто-то может зайти в любую секунду… — прошептала она, не отстраняясь. Её акцент был лёгким, почти певучим, как у всех, кто приехал из Сеула учиться.

— Знаю, — ответил я, проводя ладонью по её талии. Ткань тонкого чёрного платья была шелковистой, как её волосы, которые она сегодня распустила. — Но ты сама меня сюда затащила, Алина.

Она тихо засмеялась, прижимаясь ближе. Её грудь коснулась моей рубашки, соски уже твёрдо проступали сквозь ткань.

— Потому что весь вечер ты смотрел на меня так, будто хотел съесть. Преподаватель не должен так смотреть на студентку, профессор Ким.

— Уже бывший профессор, — поправил я, наклоняясь к её уху. — И ты уже выпускница. Так что сейчас мы просто мужчина и женщина на новоселье у общего друга.

Её дыхание участилось, когда я провёл кончиками пальцев по её шее. Кожа была гладкой, тёплой, с лёгким ароматом вишнёвого цвета и чего-то сладкого, как восточные сладости. Алина прикусила нижнюю губу, глядя мне в глаза.

— Тогда не трать время на разговоры, — шепнула она. — Поцелуй меня.

Я не заставил себя ждать. Наши губы встретились мягко, но сразу жадно. Её рот был горячим, язычок скользнул мне навстречу, дразня, приглашая глубже. Мы целовались медленно, глубоко, словно пробуя друг друга на вкус. Мои руки спустились ниже, обхватили её упругую попку через платье, притягивая ближе. Она тихо застонала мне в рот, когда почувствовала, как твердеет мой член, прижимаясь к её животу.

— Ох… ты уже такой твёрдый, — выдохнула Алина, отрываясь на секунду. Её щёки порозовели. — Я весь вечер представляла, как ты меня трогаешь.

— А я представлял, как ты стонешь моё имя, — ответил я, целуя её снова. На этот раз поцелуй стал глубже, настойчивее. Я прижал её спиной к стене рядом с огромным шкафом. Руки скользнули под платье, вверх по бёдрам. Кожа была шелковой, горячей. Пальцы нашли край тонких трусиков и медленно стянули их вниз. Алина дрожала, но сама раздвинула ноги, давая мне доступ.

Я провёл ладонью по её гладкой киске. Она была уже мокрой, горячей, клитор набух под моими пальцами. Алина всхлипнула, когда я начал медленно кружить по нему, одновременно целуя её шею, ключицы, спускаясь к груди. Платье я сдвинул вниз, обнажив маленькие, но идеально упругие груди с тёмными сосками. Я взял один в рот, посасывая, покусывая, а пальцы продолжали ласкать её влажную щёлку, проникая чуть глубже.

— Да… вот так… — шептала она, запустив пальцы мне в волосы. — Не останавливайся… пожалуйста…

Её голос дрожал, становился ниже, почти хриплым. Я чувствовал, как её бёдра начинают мелко дрожать. Тогда я опустился на колени, поднял одну её ногу, положив себе на плечо, и прижался губами к её киске. Язык медленно прошёлся по складкам, потом сосредоточился на клиторе — лизал, посасывал, кружил. Алина прикрыла рот ладошкой, чтобы не застонать слишком громко, но её бёдра толкались мне навстречу.

— Я… я сейчас… о боже… — выдохнула она.

Но я поднялся, не дав ей кончить. Алина посмотрела на меня с лёгкой обидой и желанием одновременно.

— Хочу быть в тебе, — сказал я тихо, расстёгивая ремень. Мой член вырвался наружу, тяжёлый, с блестящей каплей на головке. Алина обхватила его тонкой ладошкой, несколько раз провела вверх-вниз, глядя мне в глаза.

— Тогда возьми меня… сейчас.

Я развернул её лицом к стене, приподнял платье. Она сама прогнулась, выставив красивую круглую попку. Я провёл головкой члена по её мокрой киске, дразня, и медленно вошёл. Тесно. Горячо. Мокро. Алина тихо ахнула, когда я заполнил её полностью. Я начал двигаться — медленно, глубоко, наслаждаясь каждым миллиметром. Мои руки обнимали её спереди: одна ласкала грудь, другая — клитор.

— Трахай меня сильнее… — прошептала она, оборачиваясь через плечо. — Я хочу чувствовать тебя всего…

Я ускорил темп. Комната наполнилась влажными шлепками, её тихими стонами и моим тяжёлым дыханием. Я целовал её в шею, в плечо, шептал на ухо, как она тесная, как мне хорошо внутри неё, как она красиво стонет. Алина отвечала обрывками фраз, дрожа всем телом.

Мы сменили позу. Я сел на край кровати, она села сверху лицом ко мне. Теперь мы смотрели друг другу в глаза. Алина двигалась сама — плавно, чувственно, то ускоряясь, то замедляясь, словно дразня. Её маленькие груди колыхались перед моим лицом, я ловил соски губами. Её руки обнимали мою шею, пальцы запутались в волосах.

— Я сейчас кончу… — выдохнула она, ускоряясь. — Чувствую… так глубоко…

— Кончай на мне, — прошептал я, крепко держа её за бёдра. — Я хочу видеть твоё лицо.

Алина задрожала, прикусила мою губу в поцелуе и резко напряглась. Её киска начала сильно пульсировать вокруг моего члена, горячая влага залила меня. Она стонала мне в рот, пытаясь сдерживать громкость, но оргазм был слишком сильным. Я не выдержал и тоже кончил — глубоко внутри, длинными горячими толчками, заполняя её спермой. Мы замерли, крепко обнявшись, тяжело дыша.

Через минуту Алина тихо засмеялась, пряча лицо у меня на плече.

— Кажется, мы чуть не попались… музыка в гостиной уже почти затихла.

Я поцеловал её в макушку, всё ещё оставаясь внутри.

— Стоило того. Ты невероятная.

Она подняла голову, её глаза блестели от удовольствия и лёгкой шалости.

— Тогда в следующий раз… может, не будем ждать новоселья?

Мы оба рассмеялись тихо, целуясь уже нежно и лениво, пока за дверью не послышались шаги.