Молоко для таксиста

Жара в небольшой гостиной новоселья стояла такая, что воздух казался густым и сладким. Музыка гремела за стеной, смех гостей то и дело прорывался сквозь закрытую дверь, а я уже минут десять не мог отвести глаз от высокой рыжеволосой девушки в тонком сарафане. Её звали Алина, и она только что представилась как «доярка из деревни под Рязанью», хотя в городе жила уже пять лет. Взгляд её скользнул по мне, задержался на губах, и уголки рта дрогнули в лукавой улыбке.

— Таксист, значит? — прошептала она, прижимаясь ко мне боком у кухонного стола. Пальцы Алины коснулись моей руки, будто случайно, но задержались. — А я вот привыкла доить… всё, что твёрдое и горячее.

Сердце стукнуло сильнее. В коридоре слышались шаги — кто-то мог заглянуть в эту маленькую комнату в любую секунду. Я сглотнул, чувствуя, как её бедро прижимается к моему.

— Ты серьёзно? Прямо здесь? — выдохнул я, обхватывая её талию.

— А что, боишься? — Алина засмеялась тихо, почти беззвучно, и провела ладонью по моей груди вниз. — Я же доярка. У меня руки сильные… и очень умелые.

Её пальцы расстегнули мою ширинку так ловко, что я даже не успел подумать. Член уже стоял, тяжёлый и горячий. Алина обхватила его ладонью, медленно провела вверх-вниз, будто проверяя упругость.

— Ого… какой толстый. Как хороший бычок, — прошептала она мне в ухо, и её дыхание обожгло кожу. — Только тихо. Если кто войдёт, я скажу, что просто показываю тебе, как доят коров.

Я тихо засмеялся, но смех тут же превратился в сдавленный стон, когда она встала на колени прямо на ковёр. Сарафан задрался, открывая загорелые бёдра. Алина посмотрела вверх, глаза блестели от азарта.

— Смотри и учись, таксист, — сказала она и облизнула губы. Рот её был горячим, влажным. Она взяла член глубоко, языком прошлась по головке, потом начала сосать медленно, с чмокающими звуками, которые тонули в музыке за дверью. Одна рука сжимала основание, вторая ласкала мои яйца, будто действительно доила.

— Блядь… Алина… ты серьёзно это делаешь? — прошептал я, вцепившись в край стола.

— М-м-м, — промычала она, не выпуская член изо рта. Глаза её смеялись. — Молоко будешь? Свеженькое, тёплое…

Я не выдержал. Поднял её, развернул к столу и задрал сарафан. Трусиков под ним не оказалось. Киска была гладко выбрита, уже мокрая, блестела в свете лампы. Я провёл пальцами по её щёлке, почувствовал, как она вздрогнула.

— Давай быстрее, — выдохнула Алина, раздвигая ноги шире. — Кто-то сейчас точно придёт… Ох…

Я вошёл в неё одним толчком. Киска была тесной, горячей, обхватила член так плотно, что я застонал. Начал двигаться медленно, глубоко, слушая, как её дыхание сбивается. Алина упёрлась руками в стол, выгнула спину.

— Трахай меня, таксист… сильнее… Я же доярка, люблю, когда крепко берут, — шептала она, толкаясь назад. Каждый толчок сопровождался влажным шлепком. Её грудь колыхалась под сарафаном, соски проступили сквозь ткань.

Вдруг за дверью раздались голоса. Кто-то смеялся совсем близко. Мы замерли. Член мой пульсировал внутри неё, киска сжималась вокруг него.

— Не останавливайся… — выдохнула Алина, поворачивая голову. — Пусть думают, что мы просто… разговариваем.

Я улыбнулся и продолжил, теперь медленнее, но глубже. Рука моя скользнула вперёд, пальцы нашли клитор и начали кружить. Алина закусила губу, чтобы не застонать в голос. Её тело дрожало, попка прижималась ко мне каждый раз, когда я входил до самого конца.

— Я сейчас… кончу… — прошептала она дрожащим голосом. — Только не вытаскивай… Хочу почувствовать, как ты заполнишь меня своим молоком…

Ещё несколько толчков, и она содрогнулась. Киска начала сильно пульсировать, сжимая член ритмичными спазмами. Я не выдержал. Горячая сперма хлынула в неё длинными толчками. Алина тихо, почти беззвучно, застонала, прижимаясь ко мне всем телом.

Мы замерли, тяжело дыша. За дверью всё ещё шумела вечеринка. Я аккуратно вышел из неё, сперма потекла по её бедру. Алина повернулась, глаза блестели от удовольствия и смеха.

— Ну что, таксист, довёз пассажирку до нужной точки? — хихикнула она, поправляя сарафан.

— Ещё как. Только теперь я точно знаю, что доярки доят не только коров, — ответил я, застегивая ширинку.

Она рассмеялась звонко, прикрыв рот ладонью. Мы оба понимали, что в любую секунду дверь могла открыться, но это только добавляло остроты. Алина быстро чмокнула меня в щёку.

— Если захочешь ещё молока — звони. Я всегда могу приехать на вызов, — подмигнула она.

Мы вышли обратно в шумную гостиную, словно ничего не произошло. Только лёгкая дрожь в ногах и довольная улыбка на её губах выдавали нас. Вечеринка продолжалась, а мы с Алиной то и дело переглядывались через комнату и тихо смеялись, вспоминая, как чуть не попались.