Спор на коврике

Жара липла к коже, когда я вошёл в просторную комнату загородного дома у озера. Лера стояла у окна в облегающем топе и легинсах, её упругая грудь поднималась чаще обычного. Наши взгляды столкнулись, и она медленно провела ладонью по своему бедру, будто приглашая. Напряжение повисло в воздухе сразу, густое и сладкое.

— Ты опять опоздал, Максим, — сказала она низким голосом, в котором сквозила дерзость. — Думал, я не заметила, как ты вчера на причале шептал друзьям, что «эта йогиня явно хочет, чтобы её оттрахали прямо на коврике»?

Я замер. Значит, она всё слышала. Щёки вспыхнули, но в глазах Леры горел не гнев, а вызов. Она шагнула ближе, и запах её разгорячённого тела — смесь соли, лаванды и чего-то животного — ударил в ноздри.

— И что? — выдохнул я, не отводя глаз от её сосков, проступивших сквозь тонкую ткань. — Ты ведь не отрицаешь.

Лера усмехнулась, провела пальцем по моей груди, спускаясь ниже.

— Спорю, ты не выдержишь и пяти минут, если я начну первой. А если проиграешь… будешь делать всё, что скажу. На этом коврике. У озера. Сегодня.

Её ладонь легла мне на пах, и я мгновенно затвердел под шортами. Желание вспыхнуло так резко, что дыхание сбилось.

— Принимаю, — хрипло ответил я и рванул её к себе.

Мы рухнули на широкий йога-коврик у огромного окна, за которым блестело вечернее озеро. Лера оседлала меня, прижимаясь мокрой промежностью через ткань. Её бёдра сжимали мои бока, а руки уже стягивали с меня майку. Я запустил пальцы под её топ, обхватил тяжёлые груди, сжал соски. Она выгнулась, тихо застонав.

— Ох… сильнее, — прошептала она, покачивая бёдрами. — Ты ведь хотел именно этого, да? Чтобы я села на твой твёрдый член прямо здесь…

Я стянул с неё легинсы вместе с трусиками. Её киска была уже мокрой, блестящей, гладко выбритой. Лера сама схватила мой член, провела головкой по своим влажным складкам и медленно опустилась. Мы оба выдохнули одновременно. Её стенки обхватили меня туго, горячо, пульсируя.

— Блядь, как же ты большая… — вырвалось у неё, когда я вошёл до конца.

Она начала двигаться — медленно, глубоко, будто растягивая каждую секунду нашего спора. Звуки были приглушёнными: только шлепки кожи о кожу, её тихие стоны и плеск волн за открытым окном. Я держал её за упругую попку, помогая подниматься и опускаться. Каждый раз, когда она садилась полностью, клитор тёрся о мой лобок, и Лера вздрагивала всем телом.

— Не думай, что выиграешь… — выдохнула она, ускоряясь. Её груди подпрыгивали перед моим лицом. Я поймал один сосок губами, сильно пососал. Она зашипела от удовольствия.

— А если я сейчас кончу в тебя? — дерзко спросил я, толкаясь вверх сильнее.

— Тогда ты проиграл, — засмеялась она сквозь стон, но голос уже дрожал. — Хотя… мне так нравится, когда ты глубоко…

Мы перевернулись. Теперь я был сверху, её ноги лежали у меня на плечах. Я входил резко, но ритмично, глядя, как её лицо искажается от наслаждения. Коврик под нами скользил по деревянному полу, озеро за окном отражало последние лучи солнца. Её киска стала ещё мокрее, влага стекала по моим яйцам.

— Глубже… вот так… не останавливайся, — шептала Лера, впиваясь ногтями мне в спину. — Я чувствую, как ты пульсируешь внутри… хочешь заполнить меня?

Я ускорился, движения стали жёстче. Её стоны стали громче, хотя она пыталась сдерживаться, чтобы нас не услышали с улицы. Тело Леры напряглось, киска начала сильно сжиматься вокруг моего члена.

— Я… сейчас… — выдохнула она.

Её оргазм накрыл резко: она выгнулась дугой, зажмурилась, а из горла вырвался протяжный, дрожащий стон. Стенки пульсировали так сильно, что я не выдержал. Горячая сперма вырвалась мощными толчками, заполняя её до краёв. Я продолжал двигаться, выжимая из нас обоих последние капли удовольствия.

Мы замерли, тяжело дыша. Лера посмотрела на меня снизу, глаза блестели.

— Считай, ничья, — прошептала она с лукавой улыбкой. — Но спор ещё не закончен… Озеро остыло. Пойдём купаться голыми. А потом вернёмся… и продолжим. Только теперь я буду сверху до самого утра.

Она провела пальцем по моей груди, собирая капли пота, и облизнула его, не отводя взгляда.

РАССКАЗ:

Жара липла к коже, когда я вошёл в просторную комнату загородного дома у озера. Лера стояла у окна в облегающем топе и легинсах, её упругая грудь поднималась чаще обычного. Наши взгляды столкнулись, и она медленно провела ладонью по своему бедру, будто приглашая. Напряжение повисло в воздухе сразу, густое и сладкое.

— Ты опять опоздал, Максим, — сказала она низким голосом, в котором сквозила дерзость. — Думал, я не заметила, как ты вчера на причале шептал друзьям, что «эта йогиня явно хочет, чтобы её оттрахали прямо на коврике»?

Я замер. Значит, она всё слышала. Щёки вспыхнули, но в глазах Леры горел не гнев, а вызов. Она шагнула ближе, и запах её разгорячённого тела — смесь соли, лаванды и чего-то животного — ударил в ноздри.

— И что? — выдохнул я, не отводя глаз от её сосков, проступивших сквозь тонкую ткань. — Ты ведь не отрицаешь.

Лера усмехнулась, провела пальцем по моей груди, спускаясь ниже.

— Спорю, ты не выдержишь и пяти минут, если я начну первой. А если проиграешь… будешь делать всё, что скажу. На этом коврике. У озера. Сегодня.

Её ладонь легла мне на пах, и я мгновенно затвердел под шортами. Желание вспыхнуло так резко, что дыхание сбилось.

— Принимаю, — хрипло ответил я и рванул её к себе.

Мы рухнули на широкий йога-коврик у огромного окна, за которым блестело вечернее озеро. Лера оседлала меня, прижимаясь мокрой промежностью через ткань. Её бёдра сжимали мои бока, а руки уже стягивали с меня майку. Я запустил пальцы под её топ, обхватил тяжёлые груди, сжал соски. Она выгнулась, тихо застонав.

— Ох… сильнее, — прошептала она, покачивая бёдрами. — Ты ведь хотел именно этого, да? Чтобы я села на твой твёрдый член прямо здесь…

Я стянул с неё легинсы вместе с трусиками. Её киска была уже мокрой, блестящей, гладко выбритой. Лера сама схватила мой член, провела головкой по своим влажным складкам и медленно опустилась. Мы оба выдохнули одновременно. Её стенки обхватили меня туго, горячо, пульсируя.

— Блядь, как же ты большая… — вырвалось у неё, когда я вошёл до конца.

Она начала двигаться — медленно, глубоко, будто растягивая каждую секунду нашего спора. Звуки были приглушёнными: только шлепки кожи о кожу, её тихие стоны и плеск волн за открытым окном. Я держал её за упругую попку, помогая подниматься и опускаться. Каждый раз, когда она садилась полностью, клитор тёрся о мой лобок, и Лера вздрагивала всем телом.

— Не думай, что выиграешь… — выдохнула она, ускоряясь. Её груди подпрыгивали перед моим лицом. Я поймал один сосок губами, сильно пососал. Она зашипела от удовольствия.

— А если я сейчас кончу в тебя? — дерзко спросил я, толкаясь вверх сильнее.

— Тогда ты проиграл, — засмеялась она сквозь стон, но голос уже дрожал. — Хотя… мне так нравится, когда ты глубоко…

Мы перевернулись. Теперь я был сверху, её ноги лежали у меня на плечах. Я входил резко, но ритмично, глядя, как её лицо искажается от наслаждения. Коврик под нами скользил по деревянному полу, озеро за окном отражало последние лучи солнца. Её киска стала ещё мокрее, влага стекала по моим яйцам.

— Глубже… вот так… не останавливайся, — шептала Лера, впиваясь ногтями мне в спину. — Я чувствую, как ты пульсируешь внутри… хочешь заполнить меня?

Я ускорился, движения стали жёстче. Её стоны стали громче, хотя она пыталась сдерживаться, чтобы нас не услышали с улицы. Тело Леры напряглось, киска начала сильно сжиматься вокруг моего члена.

— Я… сейчас… — выдохнула она.

Её оргазм накрыл резко: она выгнулась дугой, зажмурилась, а из горла вырвался протяжный, дрожащий стон. Стенки пульсировали так сильно, что я не выдержал. Горячая сперма вырвалась мощными толчками, заполняя её до краёв. Я продолжал двигаться, выжимая из нас обоих последние капли удовольствия.

Мы замерли, тяжело дыша. Лера посмотрела на меня снизу, глаза блестели.

— Считай, ничья, — прошептала она с лукавой улыбкой. — Но спор ещё не закончен… Озеро остыло. Пойдём купаться голыми. А потом вернёмся… и продолжим. Только теперь я буду сверху до самого утра.

Она провела пальцем по моей груди, собирая капли пота, и облизнула его, не отводя взгляда.