Допрос в шале

Глаза Алины блестели в полумраке горного шале, когда она прижала мужа к деревянной стене сразу за порогом. Ссора, что тянулась две недели, вдруг превратилась в игру, от которой у обоих уже горела кожа.

— Так, господин следователь, — прошептала она, проводя пальцами по его груди под расстёгнутой рубашкой, — ты мне всё расскажешь. Кто та рыжая, с которой ты переписывался в командировке?

Сергей усмехнулся, обхватил её за талию и резко развернул, прижав спиной к себе. За окном выл ветер, снежинки бились в стекло, а внутри пахло сосной, дымом камина и её возбуждённым телом.

— Допрос с пристрастием? — хмыкнул он ей в ухо. — Ну давай, следовательша. Только я тоже умею задавать вопросы.

Алина выгнулась, чувствуя, как его твёрдый член уже упирается ей в ягодицы через тонкие домашние штаны. Желание вспыхнуло мгновенно, без прелюдий. Она сама стянула с себя свитер, оставшись в одном кружевном лифчике.

— Тогда начинай, — выдохнула она, — или я тебя сейчас привяжу к этому креслу и буду пытать своим языком, пока не расколешься.

Сергей не стал ждать. Одним движением он сорвал с неё штаны вместе с трусиками. Алина ахнула, когда холодный воздух коснулся мокрой киски. Он развернул её лицом к себе, усадил на край массивного дубового стола, где ещё стояла недопитая бутылка вина.

— Первая позиция, — проговорил он с шутливой строгостью. — Признавайся, почему ты так возбудилась, когда я сказал, что рыжая писала мне «спокойной ночи»?

Он вошёл в неё резко, одним глубоким толчком. Алина вскрикнула, вцепившись ногтями ему в плечи. Её влагалище обхватило член горячо и плотно.

— Потому что… о-о… я представила, как ты её трахаешь, — призналась она, задыхаясь от смеха и удовольствия. — И мне стало так жарко, что я чуть не кончила прямо в машине по дороге сюда!

Сергей засмеялся низким грудным смехом и начал двигаться быстро, почти жёстко. Стол скрипел под ними, бутылка качнулась и упала, вино растеклось по дереву. Алина обхватила его бёдра ногами, притягивая глубже. Каждый толчок отдавался влажным шлепком и тихим стоном.

— Значит, моя жена тайная извращенка? — Он наклонился, прикусил её сосок сквозь кружево. — Признавайся, ты хотела бы посмотреть?

— Да… может быть… — она запрокинула голову, волосы разметались по столу. — Только если потом ты вернёшься ко мне и вылижешь всё, что в меня зальёшь.

Он вышел из неё внезапно. Алина недовольно зарычала, но Сергей уже перевернул её на живот, поставил раком прямо на том же столе. Теперь её грудь прижималась к холодному мокрому дереву, а он вошёл сзади, ещё глубже.

— Вторая позиция, — проговорил он, шлёпнув её по упругой попке. — Теперь рассказывай, как часто ты трогала себя, думая об этом?

— Каждый… чёрт… вечер, — выдохнула Алина, двигаясь ему навстречу. — Особенно когда ты храпел рядом. Я засовывала два пальца и представляла, что это ты и она… одновременно.

Ритм стал бешеным. Звуки их тел заполнили всё шале: влажное чавканье, скрип стола, тяжёлое дыхание, её приглушённые стоны и его низкий смех. Сергей запустил руку ей между ног, нашёл клитор и начал быстро тереть. Алина задрожала всем телом.

— Я… сейчас… — простонала она.

— Нет, ещё не сейчас, — он замедлил движения до мучительно сладких, почти остановился. — Сначала скажи, что это останется нашей тайной. Никому. Даже если мы когда-нибудь действительно это сделаем.

— Обещаю… — она выгнула спину, пытаясь насадиться глубже. — Только не останавливайся, пожалуйста…

Он снова ускорился. Теперь толчки были короткими, резкими, били точно в самую чувствительную точку. Алина кончила первой — сильно, с долгим дрожащим стоном, её киска сжалась вокруг члена, выдавливая влагу, которая потекла по её бёдрам. Сергей не выдержал, вошёл до самого конца и излился в неё горячим, густым потоком, рыча ей в затылок.

Они рухнули на стол, тяжело дыша. Вино капало на пол. Камин потрескивал. Сергей осторожно вышел из неё, поднял на руки и перенёс на широкую кровать у окна. Они легли молча, прижавшись друг к другу. Снег за окном всё так же бесшумно падал.

Долгое время слышалось только их дыхание — ровное, глубокое, успокоенное. Алина провела пальцем по его груди и тихо, почти шёпотом, спросила:

— А рыжая… она правда была?

Сергей улыбнулся в темноте, поцеловал её в макушку.

— Конечно. Это была ты. Просто с новым цветом волос на фотошопе. Хотел тебя позлить… и раззадорить.

Алина тихо засмеялась, уткнувшись носом ему в шею.

— Следующий раз я тебя точно привяжу. И допрос будет долгим.

Они лежали, слушая, как ветер гудит в горах, и улыбались. Тайна осталась тайной. Только теперь она стала их общей, сладкой и очень мокрой тайной.