Тайный массаж в ателье

Жаркий вечер в маленькой парижской студии на Монмартре. Я лежал на широком массажном столе, покрытом мягким полотном, а её пальцы уже скользили по моей спине, оставляя следы тёплого масла. Мари, француженка с огненно-рыжими волосами и дерзкими зелёными глазами, была художницей, а я — её натурщиком уже третий месяц. Каждый взгляд, которым мы обменивались, когда она рисовала меня обнажённым, теперь превращался в электричество.

— Ты сегодня особенно напряжён, mon cher… — прошептала она, надавливая большими пальцами на мои лопатки. Её дыхание коснулось моего уха, и я почувствовал, как член начал наливаться под тонкой простынёй. — Или это оттого, что я слишком близко?

Я повернул голову, встретив её взгляд. В полумраке комнаты, освещённой только тремя свечками и лунным светом из окна, её губы блестели.

— Может, сыграем в правду или действие? — предложил я хрипло. — Чтобы снять напряжение.

Мари тихо засмеялась, её ладонь медленно спустилась ниже, к пояснице, едва не коснувшись ягодиц.

— О, я люблю эту игру… Особенно с тобой. Правда или действие, Жан?

— Действие, — ответил я сразу, чувствуя, как сердце колотится в горле.

Она наклонилась ближе, и я уловил запах её кожи — смесь лаванды, масла и лёгкой женской влаги, которая уже начала проступать.

— Тогда… сними с меня платье. Прямо сейчас.

Её голос дрожал от возбуждения. Я приподнялся на локтях, повернулся и потянул тонкие бретельки вниз. Лёгкая ткань соскользнула с плеч, обнажив полную грудь с твёрдыми розовыми сосками. Мари стояла передо мной в одном кружевном белье, её кожа светилась в свете свечей.

— Теперь твоя очередь, — выдохнула она. — Правда или действие?

— Правда.

— Ты часто представляешь, как трахаешь меня, когда я рисую тебя голым?

— Каждый раз, — признался я, не отводя глаз. — Особенно когда ты прикусываешь губу, сосредоточившись на моём члене.

Мари улыбнулась хищно и стянула с меня простыню. Мой уже полностью вставший член тяжело лёг на живот.

— Тогда действие, — сказала она, облизнув губы. — Ляг на спину. Я хочу продолжить массаж… по-особенному.

Я лёг. Её руки, скользкие от масла, обхватили мой ствол. Она начала медленно двигать ими вверх-вниз, размазывая капли предэякулята по головке. Я застонал.

— Боже, Мари… твои руки такие горячие…

— А ты такой твёрдый, — прошептала она, наклоняясь. Её рыжие волосы упали мне на бёдра. Горячий язык коснулся уздечки, потом она обхватила губами головку и медленно заглотила почти до самого основания. Влажные чавкающие звуки заполнили комнату.

Я запустил пальцы в её волосы, чувствуя, как она работает ртом — то глубоко, то только языком по венам. Её слюна стекала по стволу на яйца.

— Хочу тебя всю… — выдохнул я.

Мари подняла голову, её губы были мокрыми и распухшими.

— Тогда трахай меня, Жан. Прямо здесь.

Она встала, быстро стянула трусики. Её киска блестела от соков, гладко выбритая, с набухшим клитором. Я сел на край стола, она оседлала меня сверху. Мы оба застонали, когда мой толстый член раздвинул её тесные стенки и вошёл до упора. Она была невероятно мокрой и горячей.

— О да… глубже… — стонала Мари, начиная скакать на мне. Её полные груди подпрыгивали перед моим лицом. Я поймал сосок губами, сильно посасывая, пока она ускорялась. Звук шлепков её упругой попки о мои бёдра эхом разносился по ателье.

Я перевернул её на стол, поставил раком. Её спина выгнулась, ягодицы раздвинулись, открывая блестящую щель и сморщенный анус. Я вошёл в киску резким толчком, одной рукой взяв её за волосы, другой — шлёпая по ягодице.

— Трахай меня сильнее… я твоя французская шлюшка сегодня… — выдохнула она сквозь стоны.

Темп нарастал. Я чувствовал, как её стенки сжимают мой член, как она дрожит. Мари сунула руку между ног и начала яростно тереть клитор.

— Я сейчас… кончаю! — закричала она. Её тело забилось в оргазме, киска начала сильно пульсировать, выдавливая сок по моему стволу.

Я не выдержал. Вытащил член и, развернув её лицом к себе, кончил ей на грудь и лицо. Густые горячие струи спермы покрыли её соски, губы, щёку. Мари жадно лизнула то, что попало на губы, глядя мне в глаза с пьяной улыбкой.

Мы тяжело дышали. Она провела пальцем по своей груди, собрала сперму и медленно облизала его.

— Это был лучший массаж в моей жизни… — прошептала она, прижимаясь ко мне. — Играем ещё раз на следующей неделе?

— Только если ты снова будешь моей натурщицей… но уже без красок.