Гроза в купе

Вагон слегка качнуло, когда поезд врезался в стену ливня. Молния осветила узкое купе, и я сразу увидел её. Анна сидела напротив, в тонкой белой блузке, которая от влажности прилипла к груди. Её соски уже проступали сквозь ткань, а взгляд, которым она меня окинула, был таким же голодным, как пять лет назад.

— Не думала, что когда-нибудь снова увижу тебя в поезде, — тихо сказала она, проводя языком по нижней губе. Её пальцы невольно сжали край юбки.

Я не ответил. Просто встал, закрыл дверь купе на защёлку и сел рядом. Гром ударил так близко, что стёкла задрожали. Анна вздрогнула и сама потянулась ко мне. Наши губы столкнулись жадно, без нежности. Её язык сразу проник мне в рот, а рука легла мне на бедро, поднимаясь выше.

— Ты всё такой же наглый… — прошептала она мне в губы, тяжело дыша. — Но я тоже соскучилась по твоим рукам.

Я запустил ладонь под её блузку. Грудь была горячей, тяжёлой. Соски уже твёрдые, как вишни. Я сжал один, покрутил между пальцами. Анна выгнулась и застонала прямо мне в рот.

— Тише… — выдохнул я, хотя сам уже был твёрдым до боли. — В соседнем купе могут услышать.

— Пусть слышат, — выдохнула она и сама расстегнула мне ремень. Её ладонь сразу обхватила мой член через трусы. — Ох… он стал ещё толще. Помнишь, как ты меня им доводил до слёз?

Я задрал ей юбку. Под ней были простые белые трусики, уже мокрые насквозь. Я провёл пальцами по ткани, чувствуя, как набух клитор. Анна раздвинула ноги шире, упираясь пятками в полку.

— Трахни меня, как раньше, — прошептала она мне в ухо, кусая мочку. — Я хочу почувствовать тебя глубоко. Прямо сейчас.

Я стянул с неё трусики. Они упали на пол купе. Её киска блестела от влаги, гладкая, с аккуратной полоской волос. Я провёл пальцем между губками, нашёл вход и сразу ввёл два пальца. Анна выгнулась, схватив меня за волосы.

— Да… вот так… глубже, — стонала она, двигая бёдрами навстречу моей руке. — Ты всегда знал, как меня завести.

Поезд тряхнуло особенно сильно. Гром заглушил её следующий стон. Я вытащил пальцы, блестящие от её соков, и встал. Анна сразу повернулась ко мне спиной, встала на четвереньки на нижней полке, задрав попку. Её ягодицы были всё такими же упругими, как я помнил.

Я провёл головкой члена по её мокрой щели. Она была горячей, пульсирующей. Один толчок — и я вошёл в неё до конца. Анна зарылась лицом в подушку, чтобы не закричать.

— Блядь… как же хорошо, — вырвалось у неё приглушённо. — Твой член… заполняет меня всю…

Я начал двигаться. Сначала медленно, чувствуя, как её стенки сжимают меня. Потом быстрее. Шлепки наших тел тонули в шуме дождя и грома. Я схватил её за бёдра, входя так глубоко, что яйца шлёпали по её клитору.

— Сильнее… трахай меня сильнее, — умоляла она, оглядываясь через плечо. Её глаза были полны слёз удовольствия. — Я хочу кончить на твой толстый член.

Я наклонился, обхватил её грудь сзади и укусил за плечо. Темп стал жёстче. Купе наполнилось влажными звуками, её стонами и моим тяжёлым дыханием. Анна начала дрожать. Её киска сжалась вокруг меня так сильно, что я едва не кончил.

— Я сейчас… не останавливайся! — почти закричала она.

Её тело выгнулось. Волна оргазма прошла по ней, киска начала сильно пульсировать, выталкивая сок. Я почувствовал, как по моим бёдрам потекло её тепло. Она кончала долго, тихо всхлипывая и сжимая простыню.

Я не вышел. Перевернул её на спину, закинул её ноги себе на плечи и вошёл снова. Теперь мы смотрели друг другу в глаза. Её лицо было красным, губы приоткрыты.

— Кончи в меня, — шептала она, гладя меня по щеке. — Я хочу почувствовать, как ты заполняешь меня своей горячей спермой. Как тогда… на сеновале.

Воспоминание о той ночи в деревне, когда она была дояркой, а я приехал к ней тайком, ударило меня. Я ускорился. Её груди подпрыгивали при каждом толчке. Я чувствовал, как приближается финал.

— Анна… я сейчас…

— Давай… кончай, любимый, — выдохнула она и сжала меня внутри себя.

Я вошёл в неё как можно глубже и начал изливаться. Горячие струи спермы били прямо в её матку. Она обхватила меня ногами, не давая выйти, и сама дрожала в новом, более слабом оргазме.

Мы замерли, тяжело дыша. Поезд продолжал мчаться сквозь грозу. Капли дождя стучали по стеклу. Моя сперма медленно вытекала из её киски на простыню.

Анна провела пальцами по моей груди и улыбнулась той самой улыбкой, от которой у меня когда-то подкашивались ноги.

— Знаешь… я до сих пор дою коров каждое утро в той же деревне, — тихо сказала она. — И иногда вспоминаю, как ты приходил ко мне в хлев… и трахал меня прямо у стенки, пока коровы жевали сено.

Я поцеловал её влажный висок.

— Может, на следующей станции сойдём вместе? — спросил я, всё ещё оставаясь внутри неё.

Она сжала меня внутри себя и лукаво прищурилась.

— А ты всё ещё любишь запах свежего молока и сена?

— Только если рядом будешь ты, мокрая и стонущая, — ответил я и снова начал медленно двигаться.

Гроза за окном только набирала силу.