Шепот в лифчике

Горное шале утопало в снегу, но внутри жарко трещал камин, и воздух был густым от запаха сосновых дров и её духов. Я, натурщик по имени Артём, стоял посреди комнаты совершенно голый, а она — художница Лена — сидела в двух метрах от меня в старом кресле, в одной только белой рубашке и чёрном кружевном лифчике, который едва сдерживал её тяжёлые груди. Её глаза скользили по моему телу, задерживаясь на члене, который уже начал твердеть под этим взглядом. Я видел, как её соски проступили сквозь тонкую ткань лифчика, и это сводило меня с ума.

— Ты сегодня особенно… напряжённый, — тихо сказала она, проводя углём по бумаге. Голос был низким, чуть хриплым. — Или мне кажется?

— Не кажется, — ответил я, чувствуя, как кровь приливает ниже живота. — Ты сидишь так, что я вижу, как твои сиськи поднимаются при каждом вдохе. Этот лифчик… он просто дразнит.

Она улыбнулась уголком губ, не отрывая глаз от рисунка. Я не знал, что вчера вечером, когда она думала, что я сплю в соседней комнате, она шептала в телефон подруге: «Он стоит передо мной голый уже третий день… у него такой толстый член, я бы уже давно села на него. Хочу почувствовать, как он растянет меня…»

Я слышал каждое слово. И теперь это знание жгло меня изнутри.

Лена отложила уголь, встала и медленно подошла ближе. Её бёдра покачивались, рубашка была расстёгнута почти до пупка.

— Может, сделаем перерыв? — спросила она, проводя пальцем по моей груди вниз, к животу. — Ты уже давно не просто натурщик для меня, Артём…

— Тогда сними эту рубашку, — выдохнул я, хватая её за талию. — Я хочу видеть твой лифчик вблизи. Тот самый, который ты не снимаешь уже три дня.

Она засмеялась низко, но послушно скинула рубашку на пол. Чёрные кружева плотно обхватывали её полные груди, оставляя глубокую ложбинку. Я провёл ладонью по краю лифчика, чувствуя, как дрожит её кожа.

— Ты знаешь… вчера я слышала, как ты говорила по телефону, — признался я, прижимаясь к ней. Мой твёрдый член упёрся ей в живот.

Лена замерла, глаза расширились.

— Что именно?

— Как ты хочешь сесть на мой толстый член. Как хочешь, чтобы я растянул твою мокрую пизду.

Она закусила губу, щёки вспыхнули, но вместо стыда в глазах вспыхнуло настоящее желание.

— Тогда зачем мы ещё разговариваем? — прошептала она и резко потянула меня за шею вниз.

Наши губы столкнулись жадно. Я расстегнул её лифчик одним движением, и тяжёлые груди вывалились мне в ладони. Соски были твёрдыми, как камешки. Я наклонился и взял один в рот, сильно посасывая, пока Лена не застонала, запустив пальцы мне в волосы.

— Да… сильнее… кусай их, — выдохнула она.

Я опустил руку ниже, между её ног. Трусики были уже насквозь мокрые. Я отодвинул ткань в сторону и провёл пальцами по горячим, распухшим губкам.

— Блядь, какая ты мокрая… — пробормотал я, засовывая два пальца сразу в её тугую пизду.

Лена выгнулась, прижимаясь грудью к моему лицу.

— Трахай меня пальцами… глубже… да, вот так!

Я работал рукой быстро, слыша влажные чавкающие звуки. Её соки текли по моему запястью. Она дрожала, но вдруг оттолкнула меня и опустилась на колени прямо на ковёр перед камином.

— Хочу пососать, — сказала она хрипло и без предупреждения взяла мой член в рот.

Её губы обхватили головку плотно, язык закружил по уздечке. Лена смотрела мне в глаза снизу вверх, пока медленно заглатывала всё глубже, пока я не упёрся ей в горло. Она давилась, но не останавливалась, слюни текли по подбородку и капали на её голые груди и чёрный лифчик, который теперь валялся рядом.

— Соси сильнее… вот так, хорошая девочка, — рычал я, держа её за волосы.

Она застонала вокруг моего члена, вибрация прошла по всей длине. Я едва не кончил ей в рот, но вытащил и поднял её на ноги.

— Хочу тебя в пизду. Сейчас.

Мы рухнули на широкий диван у окна. Лена легла на спину, раздвинула ноги широко, пальцами раздвинула свои мокрые губы.

— Входи… трахай меня жёстко, Артём. Я так долго хотела твой большой член.

Я вошёл одним резким толчком до самого основания. Её пизда была горячей, тесной и невероятно мокрой. Лена выгнулась, ногти впились мне в спину.

— Ох блядь… какой он толстый… растягивает меня всю… — стонала она, когда я начал двигаться.

Я трахал её глубоко, сильно, чувствуя, как её стенки сжимают меня при каждом толчке. Её груди подпрыгивали, соски тёрлись о мою грудь. Мы оба тяжело дышали, пот смешивался.

— Перевернись, — приказал я.

Она встала раком, выгнув спину. Я схватил её за бёдра и вошёл снова, теперь ещё глубже. Шлепки наших тел раздавались по комнате, смешиваясь с её громкими стонами.

— Да! Ещё! Глубже… трахай мою пизду! Я сейчас кончу…

Я протянул руку и начал тереть её клитор, продолжая долбить сзади. Лена задрожала всем телом, пизда начала сильно пульсировать, сжимая мой член. Она закричала, кончая так сильно, что её ноги подкосились.

Я не остановился. Ещё несколько мощных толчков — и я выдернул член, перевернул её на спину и кончил ей на груди и на лицо длинными густыми струями спермы. Лена открыла рот, ловя капли языком, и улыбалась, тяжело дыша.

— Это было… именно то, о чём я шептала по телефону, — прошептала она, проводя пальцем по своей груди, собирая мою сперму и облизывая его.

Я рухнул рядом, притягивая её к себе. Камин потрескивал, снег за окном падал тихо, а её чёрный лифчик лежал на полу, как трофей.

— В следующий раз оставь его на себе, — сказал я, целуя её в шею. — Буду трахать тебя прямо в нём.

— Договорились, — засмеялась она и прижалась мокрой, липкой грудью ко мне.