Ночная трасса

Я сидел за рулём уже четвёртый час, когда она села в мою машину на заправке под Ростовом. Её звали Анна, тридцать два года, ехала в Краснодар на конференцию. С первых секунд наши взгляды зацепились. Она улыбнулась уголком губ, а я почувствовал, как в паху мгновенно потяжелело.

— Можно? — спросила низким, чуть хриплым голосом, кладя руку на пассажирское сиденье.

— Садись, — ответил я, и наши пальцы на миг соприкоснулись. Этого хватило, чтобы по коже пробежал ток.

Машина тронулась. Ночь, пустая трасса, фары редких дальнобойщиков. В салоне пахло её лёгкими духами и тёплой кожей сидений. Анна сняла лёгкий жакет, под ним тонкая белая блузка обтягивала полную грудь. Я то и дело косился, а она заметила.

— Ты так на меня смотришь… — прошептала она, проводя ладонью по своему бедру. — У меня уже трусики мокрые.

Я сглотнул. Рука сама потянулась и легла ей на колено. Анна не убрала. Наоборот, слегка раздвинула ноги.

— Меня могут вызвать на работу в любой момент, — тихо сказал я. — Диспетчер иногда звонит среди ночи… кто-то может остановить машину.

— Тогда не будем терять время, — выдохнула она и сама расстегнула верхнюю пуговицу блузки.

Её пальцы быстро нашли молнию на моих джинсах. Горячая ладонь обхватила уже твёрдый член и медленно провела вверх-вниз. Я застонал, чуть не выронив руль.

— Блядь, какая он горячий… — прошептала Анна, наклоняясь ближе. Её дыхание обожгло кожу. — Хочу пососать.

Она расстегнула ремень, вытащила мой толстый член наружу и сразу взяла в рот. Тёплые, влажные губы сомкнулись вокруг головки. Язык закрутился, она сосала глубоко, шумно, слюни текли по стволу. Машина слегка виляла, но я держал скорость.

— Анна… охуеть как хорошо, — выдохнул я, одной рукой придерживая её волосы.

Она подняла голову, глаза блестели.

— Хочу тебя в себе. Прямо сейчас. Останови где-нибудь.

Я свернул на первую же съездную площадку у лесополосы. Фары выключили. Вокруг только шум трассы вдалеке и редкие огни. Мы перелезли назад. Анна стянула юбку вместе с трусиками, я увидел гладкую, уже блестящую от соков пизду.

Она села мне на колени лицом к лицу. Горячая, мокрая щель прижалась к головке.

— Медленно… — прошептала она мне в губы. — Хочу чувствовать каждый сантиметр.

Я вошёл в неё нежно, но глубоко. Анна выгнулась, тихо застонала мне в шею. Её киска была узкой, горячей, пульсировала вокруг члена. Мы двигались медленно, чувственно. Я целовал её шею, соски сквозь тонкую ткань, ласкал языком. Она качала бёдрами, словно танцевала.

— Глубже… да, вот так… — шептала она, обхватывая меня руками. — Твой член такой толстый… наполняет всю меня.

Я взял её за упругие ягодицы, помогая двигаться. Влажные звуки её пизды заполнили салон. Она ускорялась, груди подпрыгивали у моего лица. Я поймал сосок губами, слегка прикусил. Анна задрожала.

— Я сейчас… не останавливайся… — выдохнула она.

Её тело напряглось, киска сильно сжала мой член. Она кончила первой, тихо, но яростно, впиваясь ногтями мне в плечи. Я почувствовал, как по стволу потекли её горячие соки.

Не давая ей отдышаться, я перевернул её раком. Заднее сиденье было тесным, но это только добавляло остроты. Я вошёл сзади, уже жёстче, но всё так же нежно. Анна выгнула спину, прижимаясь ко мне попкой.

— Трахай меня… сильнее… хочу чувствовать тебя до самого конца, — стонала она.

Я двигался ритмично, одной рукой ласкал её клитор, другой держал за бедро. Машина слегка раскачивалась. Запах секса, её стоны, мои тяжёлые дыхания — всё смешалось.

— Я кончу… — предупредил я.

— В меня… пожалуйста, кончи внутрь, — выдохнула она.

Последние толчки были глубокими. Я излился в неё горячим потоком спермы. Анна снова задрожала, переживая вторую, более тихую волну оргазма. Мы замерли, тяжело дыша. Её пизда продолжала слегка пульсировать вокруг моего члена, выдавливая остатки спермы.

Она повернула голову, улыбнулась усталой, довольной улыбкой.

— Если диспетчер сейчас позвонит… скажешь, что у тебя срочная остановка по личным причинам.

— Уже позвонил, — усмехнулся я, целуя её в мокрый висок. — Но я отключил звук.

Мы ещё долго сидели, обнявшись, пока ночь за окнами становилась всё гуще.