Гроза на палубе

Я стояла у борта яхты, ветер трепал мокрую блузку, прилипшую к груди, а внизу живота уже пульсировало знакомое, давно забытое тепло. После трёх недель молчания и холодных взглядов мы с мужем впервые оказались вдвоём на воде. Грозовые тучи навалились внезапно, небо почернело, первые тяжёлые капли ударили по палубе.

— Лера, спускайся в каюту, сейчас хлынет, — хрипло сказал Максим, подходя сзади. Его ладонь легла мне на талию, пальцы чуть сжались. Я вздрогнула — не от холода.

— А если я не хочу в каюту? — выдохнула я, поворачиваясь к нему лицом. Взгляд мужа потемнел, зрачки расширились. Мы оба знали, что эта ссора давно переросла в нечто другое. В голод.

Капли превратились в ливень. Вода стекала по его голым плечам, по рельефу пресса под расстёгнутой рубашкой. Я провела ладонью по мокрой коже, чувствуя, как мышцы напрягаются под пальцами.

— Ты серьёзно? Прямо здесь? — его голос стал ниже, почти рычащий.

— Именно здесь. Хочу, чтобы ты меня выебал так, как раньше… когда мы ещё не превратились в чужих, — я прикусила губу и прижалась бёдрами к его паху. Твёрдый член уже упирался мне в живот сквозь мокрые шорты.

Максим схватил меня за волосы, запрокинул голову и впился в губы. Поцелуй был жёстким, злым, полным накопленной ярости и желания. Я застонала ему в рот, когда его вторая рука грубо задрала мою юбку и сразу нырнула в трусики.

— Блядь, ты уже вся мокрая… не от дождя, — прорычал он, проводя пальцами по моим разбухшим губкам. Два пальца вошли в меня резко, без предупреждения. Я ахнула, ноги подкосились.

— Да… глубже… — я вцепилась ногтями в его спину. Ливень хлестал по нашим телам, грохотал гром, а мы трахались пальцами прямо на открытой палубе. Его большой палец тёр клитор быстрыми жёсткими кругами, я начала дрожать.

Он резко вынул руку, развернул меня лицом к поручню и прижал к мокрому металлу. Юбка задралась на талию, трусики полетели в сторону. Я раздвинула ноги сама, выгнула спину.

— Смотри на море и кричи, если хочешь, — бросил Максим, стягивая шорты. Его толстый, горячий член упёрся мне в мокрую щель. Одним мощным толчком он вошёл до самого конца. Я закричала — смесь боли и дикого удовольствия.

— О-о-о, блядь… как же ты меня растягиваешь… — простонала я, чувствуя, как его яйца шлёпают по моей промежности. Он начал долбить сильно, глубоко, почти зло. Каждый толчок выбивал из меня короткие хриплые стоны.

— Это то, чего ты хотела, да? Чтобы твой муж наконец перестал быть вежливым и просто выебал тебя как сучку? — рычал он мне в ухо, одной рукой сжимая мою мокрую грудь, второй держа за волосы.

— Да… именно так… сильнее, Макс… трахай меня сильнее! — я толкалась назад, насаживаясь на его толстый член. Влага текла по бёдрам, смешиваясь с дождём. Гром грохотал в такт нашим движениям.

Он вдруг вышел, резко развернул меня лицом к себе и посадил на край широкого капитанского стола на палубе. Ноги я закинула ему на плечи. Теперь мы смотрели друг другу в глаза.

— Хочу видеть, как ты кончаешь, — прорычал он и снова вошёл. В этой позе член входил ещё глубже, доставал до самой матки. Я схватила его за мокрые волосы, притянула ближе.

— Я твоя… всегда была твоей… еби свою жену, пока не зальёшь всю спермой, — шептала я между стонами. Его бёдра шлёпали по моей мокрой попке, стол скрипел, дождь заливал нам лица.

Максим ускорился, его дыхание стало рваным. Я чувствовала, как внутри нарастает тугая волна.

— Я сейчас… Макс… не останавливайся… — мои стенки начали сильно пульсировать вокруг его члена.

— Кончай, Лерка… давай, сожми меня своей пиздой, — он вбивался всё быстрее, пальцами сильно теребя мой клитор.

Оргазм накрыл меня как вторая гроза. Я закричала, выгнулась, ногти впились в его плечи. Тело билось в судорогах, киска сжималась и пульсировала, выдавливая из него последние капли контроля.

— Блядь… Лера! — Максим в последний раз вошёл до упора и замер. Горячие мощные струи спермы начали заполнять меня изнутри. Он рычал, дёргаясь всем телом, выплёскивая в меня всё, что накопилось за эти недели.

Мы замерли, тяжело дыша. Дождь всё ещё лил, но уже слабее. Гром ушёл дальше. Максим прижался лбом к моему лбу, всё ещё оставаясь внутри.

— Мы идиоты… что так долго молчали, — прошептал он с хрипотцой.

Я улыбнулась, сжимая его член внутри себя.

— Зато теперь знаем, что после каждой ссоры будем мириться именно так. На яхте. Под грозой. Пока я не смогу ходить.

Он тихо засмеялся, поцеловал меня уже нежно, но в глазах всё ещё горел тот самый дерзкий огонь.

— Договорились. Следующая ссора — через неделю. Я уже придумал повод.