Связанная в полумраке

В полупустом ресторане после закрытия горели только тусклые бра над барной стойкой. Я, фотограф Артём, поправлял штатив, а она — модель Виктория — стояла у окна в облегающем чёрном платье, которое едва прикрывало её бёдра. Наши взгляды встретились, и в воздухе повисло густое, почти осязаемое желание. Её пальцы случайно скользнули по моей руке, когда она передавала бокал с вином, и это лёгкое касание обожгло кожу.

— Осторожнее, — прошептала она, не отводя глаз. — У тебя руки дрожат, Артём.

— Потому что ты слишком близко, — ответил я хрипло, чувствуя, как в штанах мгновенно тяжелеет член. — Виктория… ты же понимаешь, что сейчас случится?

Она улыбнулась медленно, хищно. Вместо ответа подошла вплотную, прижалась грудью к моей груди. Запах её духов смешался с ароматом дорогого вина и лёгкой влажной возбуждённости, которая уже витала между нами.

— Понимаю. И хочу. Свяжи меня. Прямо здесь.

Сердце заколотилось. Я схватил со стола шёлковый шарф, который она сняла с шеи раньше. Виктория повернулась спиной, положила руки за спину. Я крепко связал запястья, затянул узел. Она тихо застонала, когда шёлк впился в кожу.

— Туго? — спросил я, проводя ладонью по её упругой попке.

— Туго… Хорошо. Не останавливайся.

Я развернул её лицом к себе, прижал к краю стола. Платье задралось, открывая чёрные кружевные трусики, уже промокшие насквозь. Я рванул их в сторону, не снимая. Пальцы сразу нашли горячую, гладкую пизду. Клитор был твёрдым и пульсирующим.

— Блядь, какая ты мокрая… — выдохнул я, вводя два пальца резко и глубоко.

Виктория выгнулась, связанные руки не давали ей удерживать равновесие, и она полностью отдалась мне.

— Глубже… трахай меня пальцами, Артём… сильнее!

Я добавил третий палец, быстро долбил её влажную щёлку, пока она не начала дрожать. Её стоны заполнили пустой зал. Слышно было, как капает её сок на пол.

Я расстегнул брюки. Член вырвался наружу — толстый, венозный, уже блестящий от предспермы. Виктория посмотрела на него голодными глазами.

— Засунь. Пожалуйста… я хочу чувствовать, как ты меня растягиваешь.

Я поставил её раком на стол, лицом вниз. Связанные руки лежали на пояснице. Раздвинул её ягодицы и одним мощным толчком вогнал член до самых яиц в горячую, сжимающуюся пизду. Она закричала от удовольствия.

— Ох, блядь… какой большой… еби меня жёстче!

Я начал трахать её глубоко и ритмично. Каждый толчок заставлял стол скрипеть. Её связанное тело дёргалось, она не могла ни отстраниться, ни обхватить меня руками — только принимать. Я шлёпал её по упругой попке, оставляя красные следы.

— Ты моя связанная шлюшка сегодня, да? — рычал я, ускоряясь.

— Да… твоя… трахай свою модель сильнее… я кончаю!

Её пизда начала сильно пульсировать, сжимая член. Она кончила первой — громко, с дрожью во всём теле, брызнув соками по моим бёдрам. Я не остановился. Вытащил член, перевернул её на спину, положил ноги себе на плечи. Снова вошёл, теперь глядя ей прямо в глаза.

— Хочу кончить тебе внутрь, — прошептал я.

— Кончай… заполни меня своей спермой… пожалуйста!

Я долбил её в этой позе, чувствуя, как приближается оргазм. Её соски торчали сквозь тонкую ткань платья, я щипал их, заставляя Викторию стонать ещё громче. Наконец я не выдержал. Глубоко вошёл и начал кончать — мощными, горячими струями прямо в её пульсирующую пизду. Сперма переполняла её, вытекала наружу, когда я продолжал медленно двигаться.

Мы замерли, тяжело дыша. Я развязал шарф, поцеловал красные следы на запястьях. Виктория обняла меня дрожащими руками, прижалась губами к шее.

— Это было… запретно и чертовски горячо, — прошептала она. — Сделай ещё раз. Только теперь я свяжу тебя.

Я улыбнулся в её волосы, чувствуя, как желание снова начинает просыпаться.

— Договорились.