Запись на память

Номер в гостинице был тесным, с приглушенным светом торшера и запахом свежезаваренного кофе. Я вошел и замер — у окна стояла она. Анна. Та самая медсестра, что когда-то ухаживала за мной после аварии десять лет назад. Теперь она была в облегающем белом халате, будто только что со смены, и смотрела на меня так, что у меня сразу пересохло во рту.

— Не может быть… — выдохнул я, чувствуя, как жар поднимается по шее. — Анна? Ты здесь по работе?

— По работе, — тихо ответила она, шагнув ближе. Ее пальцы коснулись моего запястья, проверяя пульс, хотя оба понимали — это не про давление. — А ты все такой же… только глаза стали голоднее. Я тебя сразу узнала в коридоре. Сердце заколотилось, как тогда.

Ее дыхание было теплым, пахло мятой и чуть-чуть ванилью. Я не выдержал — притянул ее к себе, и наши губы встретились. Поцелуй вышел жадным, мокрым, языки переплелись сразу, без неловкости. Ее грудь прижалась к моей, соски уже твердо проступали сквозь тонкую ткань халата.

— Я так часто вспоминала твои руки… — прошептала она мне в губы, расстегивая мою рубашку. — Как ты дрожал, когда я меняла повязки. Хочу почувствовать тебя сейчас по-настоящему.

Мы не дошли до кровати. Я прижал ее к стене, задрал халат и увидел, что под ним ничего нет — только гладкая, уже влажная пизда. Мои пальцы скользнули между ее губ, нашли клитор и начали медленно кружить. Анна выгнулась, застонала мне в шею.

— Ох, блядь… да, вот так… — ее голос дрожал. — Глубже, пальцами… я уже теку, слышишь?

Я слышал. Влажные чавкающие звуки заполнили комнату. Двумя пальцами я вошел в нее, чувствуя, как горячие стенки сжимают меня. Анна расстегнула мои брюки, обхватила ладонью мой твердый член и начала медленно дрочить, проводя большим пальцем по головке, размазывая выступившую смазку.

— Хочу тебя пососать… — выдохнула она, опускаясь на колени прямо на ковре. Ее губы обхватили головку, язык закружил по уздечке. Она брала все глубже, пока я не уперся ей в горло. Слюни текли по подбородку, глаза смотрели вверх, полные желания. — Ммм… такой толстый… я так соскучилась по вкусу мужского члена…

Я включил телефон, поставил его на тумбочку так, чтобы все было в кадре. Красная точка записи мигала. Домашнее видео. Наше. Для нас двоих.

— Снимай… — прошептала она, отрываясь от члена, и улыбнулась. — Хочу потом пересматривать, как ты меня трахаешь.

Я поднял ее, бросил на кровать. Халат распахнулся, открывая полные груди с темными сосками. Я впился в один, сильно посасывая, пока она не начала извиваться. Мой член уперся в ее мокрую щель.

— Войди в меня… пожалуйста… — умоляюще прошептала Анна, раздвигая ноги шире. — Я хочу чувствовать, как ты заполняешь мою пизду.

Я вошел одним толчком. Горячая, скользкая, невероятно тесная. Она охнула, ногти впились мне в спину. Я начал двигаться — медленно, глубоко, наслаждаясь каждым сантиметром. Кровать скрипела в такт, ее стоны становились громче.

— Сильнее… трахай меня сильнее! — требовала она, обхватывая меня ногами. — Я хочу кончить на твой толстый член… быстрее!

Я перевернул ее раком. Ее упругая попка оказалась прямо перед объективом. Я вошел снова, шлепая ее по ягодицам, наблюдая, как мой мокрый от ее соков член исчезает в ней полностью. Анна толкалась назад, встречая каждый толчок.

— Да… вот так… глубже… я чувствую, как ты бьешься о матку… — стонала она, пряча лицо в подушку. Ее пизда начала пульсировать, сжимая меня все сильнее.

Я наклонился, обхватил ее грудь, щипая соски, и ускорил темп. Комната наполнилась звуками мокрой ебли, шлепками кожи о кожу, ее прерывистыми стонами.

— Я сейчас… я кончаю! — закричала она. Ее тело задрожало, пизда сильно сжалась, горячая влага хлынула по моему члену. Она кончала долго, всхлипывая и дрожа.

Я не выдержал. Вытащил член и, повернув ее лицом к камере, кончил ей на грудь и лицо. Густые струи спермы брызнули на ее губы, соски, стекали по подбородку. Анна открыла рот, ловя языком последние капли, и смотрела прямо в объектив с блаженной улыбкой.

— Записалось? — тихо спросила она, облизывая губы. Ее пальцы размазывали мою сперму по груди.

— Да… — я выключил запись и лег рядом, целуя ее в висок. — Теперь у нас есть это… на долгие вечера.

Она прижалась ко мне, теплая, влажная, довольная.

— Тогда давай позже еще одну запись сделаем. Я еще не наигралась с тобой…

Мы лежали, слушая, как за окном шумит ночной город, а на тумбочке тихо мигал экран телефона с только что созданным горячим воспоминанием.