Резиновая кукла в зале
В полупустом спортзале пахло потом, металлом и её духами. Я уже заканчивал последние подходы на скамье, когда она вошла. Лена, та самая художница, что неделю назад попросила меня попозировать. Её взгляд сразу впился в меня — голодный, дерзкий.
— Ну что, натурщик, готов? — бросила она, подходя ближе. Её пальцы коснулись моего плеча, будто случайно, но я почувствовал, как по коже пробежал ток. — Только помни… это ничего не значит. Просто тело для картины.
— Конечно, — усмехнулся я, вытирая пот с груди. — Ничего. Просто твоя резиновая кукла на вечер.
Она рассмеялась низко, почти рычаще. Зал уже закрывался, последние посетители уходили, свет ламп становился приглушённым. Мы остались одни среди тренажёров и матов. Лена стянула с себя худи, под ним была только тонкая майка, облепившая твёрдые соски.
Я встал, шагнул к ней. Руки сами легли на её талию.
— Тогда начинай меня лепить, художница, — прошептал я ей в губы.
Она не ответила словами. Просто впилась в мой рот жадным поцелуем, её язык сразу полез глубоко, словно хотела проглотить меня. Я схватил её за упругую задницу, прижал к себе так, что она почувствовала, как мой член уже стоит колом в шортах.
— Блядь, какой ты твёрдый… — выдохнула она мне в губы, проводя ладонью по бугру. — Я же сказала, ничего не значит… но хуй с ним.
Лена резко стянула с меня шорты вместе с трусами. Мой толстый член вырвался на свободу, качнувшись перед её лицом. Она опустилась на колени прямо на резиновый коврик у скамьи, обхватила ладонью основание и провела языком по всей длине, от яиц до головки.
— Ммм, солёный… — пробормотала она, прежде чем широко раскрыть рот и заглотить меня почти до горла. Я застонал, вцепившись в её волосы. Она сосала жадно, с чавканьем, слюни текли по подбородку, капали на её майку. Глаза смотрели вверх — дерзко, вызывающе.
— Глубже, Лен… бери всю эту резиновую хуйню, — рыкнул я, начиная трахать её рот короткими толчками.
Она заурчала, горло сжалось вокруг головки. Я едва не кончил прямо туда, но выдернул член, блестящий от её слюней.
— Вставай. Хочу тебя трахнуть по-настоящему.
Лена поднялась, быстро стянула с себя легинсы и трусики. Её пизда была уже мокрой, гладко выбритой, клитор торчал набухший. Она повернулась спиной, опёрлась руками о скамью для жима и прогнула спину, выставив аппетитную попку.
— Давай, кукловод… вставляй свою резиновую куклу, — хрипло сказала она, глядя на меня через плечо.
Я подошёл, провёл головкой по её мокрым губам, размазывая сок. Потом резко вошёл на всю длину. Лена громко застонала, её пизда обхватила меня горячо и плотно.
— Ох, блядь… какой толстый… еби меня сильнее!
Я начал долбить её глубоко, шлёпая бёдрами по её ягодицам. Каждый толчок заставлял её сиськи раскачиваться под майкой. Я протянул руку, залез под ткань, сильно сжал сосок. Она выгнулась ещё больше, её стоны эхом отражались от пустых стен зала.
— Громче, Ленка… пусть охрана услышит, как я ебу свою художницу, — рычал я, ускоряя темп.
Она вдруг вырвалась, развернулась и толкнула меня на скамью. Села сверху, направляя мой мокрый от её соков член себе в пизду. Опускаясь, она закусила губу и зашипела от удовольствия.
— Теперь я буду тебя использовать, кукла… — прошептала она, начиная скакать на мне быстро и жёстко. Её киска чавкала, сок стекал по моим яйцам. Я схватил её за бёдра, помогая насаживаться глубже.
— Кончай на меня, Лен… хочу почувствовать, как твоя пизда пульсирует.
Она наклонилась, целуя меня яростно, её движения стали рваными. Я почувствовал, как её стенки сжимаются, как она дрожит всем телом.
— Я… сейчас… блядь… дааа! — закричала она, насаживаясь в последний раз до упора. Её оргазм был мощным — киска брызнула, облив мне живот и бёдра горячим сквиртом.
Я не выдержал. Выдернул член и поставил её на колени. Лена сразу широко открыла рот, высунув язык.
— Кончай… залей свою резиновую куклу спермой!
Горячие струи выстрелили ей на лицо, на язык, на грудь. Она ловила каждую каплю, глотала, стонала от удовольствия. Когда я закончил, она облизала головку, вылизывая остатки.
Мы тяжело дышали, глядя друг на друга. По её щеке стекала моя сперма, но в глазах горел тот же дерзкий огонь.
— Это… точно ничего не значит? — спросил я, усмехаясь.
— Заткнись и целуй меня, натурщик, — ответила она, притягивая меня к себе. — До открытия зала ещё полчаса. Успеем сделать ещё одну «зарисовку».