Лифчик в пару

— Ты опять без него? — выдохнул я, едва она вошла в парную.

Марина замерла на пороге, кожа уже блестела от жара. Её глаза, тёмные и влажные, скользнули по моему голому телу, задержались ниже живота. В бане пахло эвкалиптом и тяжёлым мужским потом. Она была единственной женщиной здесь сегодня — постоянный гость вроде меня имел свои привилегии.

— Ага… — прошептала она, шагнув ближе. — Думала, ты заметишь.

Её пальцы коснулись моей груди, оставляя мокрый след. Я схватил её за талию, прижал к себе резко, без игр. Грудь Марины, тяжёлая и упругая, прижалась к моей коже сквозь тонкую ткань чёрного лифчика — единственной вещи, которая оставалась на ней. Этот лифчик сводил меня с ума уже третий месяц. Она снимала всё, кроме него. И никогда не объясняла почему.

— Это должно было остаться тайной, — выдохнула она мне в губы, но сама уже раздвигала бёдра, прижимаясь мокрой киской к моему твёрдому члену.

— Тайной? — я усмехнулся, запустил пальцы под лямки. — Ты приходишь сюда каждую пятницу в одном этом чёрном кружеве и думаешь, я не сойду с ума?

Я рванул лямку вниз. Марина ахнула, но не отстранилась. Её соски, тёмные и набухшие, вырвались на свободу. Я обхватил одну грудь ладонью, сжал так, что она выгнулась, и впился в её рот поцелуем. Языки сплелись жадно, мокро. Она стонала прямо в меня, дрожа всем телом от жара пара и моего напора.

— Сними его… наконец… — прорычал я, целуя её шею, кусая мочку уха.

— Нет… — выдохнула Марина, но сама уже водила ладонью по моему члену, сжимая ствол у основания. — Пусть остаётся… Мне так мокрее… чувствую, как он натирает соски, пока ты меня трахаешь…

Её слова ударили ниже пояса. Я развернул её спиной к себе, прижал к деревянной полке. Горячее дерево обожгло ей живот. Я задрал её бёдра, провёл пальцами по мокрым складкам киски. Она была уже текущей, горячей, готовая.

— Смотри на меня, — приказал я.

Марина повернула голову, прикусила губу. Я вошёл в неё одним резким толчком, глубоко, до самого конца. Она вскрикнула, пальцы вцепились в полку. Лифчик съехал набок, одна чашка задралась вверх, открывая вздымающуюся грудь. Я трахал её жёстко, быстро, кожа шлёпала о кожу, пар клубился вокруг нас.

— Ох… блядь… глубже… — стонала она, толкаясь назад. — Твой член такой толстый сегодня… растягиваешь меня всю…

Я наклонился, обхватил её груди обеими руками, мял их через сдвинутый лифчик. Ткань намокла от пота, стала почти прозрачной. Соски торчали сквозь кружево, я щипал их, крутил, пока она не начала дрожать. Темп стал ещё быстрее. Её киска сжималась вокруг меня пульсирующими спазмами.

— Я сейчас… не останавливайся… — выкрикнула она.

Я не остановился. Вывел почти полностью и вошёл снова, резко, ударяя в самую чувствительную точку. Марина кончила первой — громко, с долгим стоном, тело выгнулось дугой. Её киска брызнула, горячая влага потекла по моим яйцам. Я выдернул член, развернул её лицом к себе и толкнул на колени прямо на тёплый деревянный пол.

— Соси, — хрипло сказал я.

Она жадно обхватила губами головку, втянула щёки. Лифчик совсем съехал, теперь висел на одной лямке. Марина смотрела мне в глаза, пока сосала, быстро двигая головой. Я схватил её за волосы, трахал в рот короткими толчками. Через минуту я не выдержал — зарычал и кончил ей глубоко в горло. Она проглотила всё, не отрываясь, только тихонько постанывала.

Мы рухнули на полку вместе, тяжело дыша. Пар окутывал нас густым облаком. Марина прижалась щекой к моей груди, пальцы лениво водили по моему животу. Лифчик так и остался на ней — мокрый, сдвинутый, с растянутыми чашками.

— Теперь это точно наша тайна, — тихо засмеялась она, проводя языком по моей ключице.

Я усмехнулся, обнял её крепче.

— До следующей пятницы, — ответил я. — И не вздумай его снимать. Никогда.

Мы оба рассмеялись — легко, свободно, как будто весь запретный жар только что выплеснулся вместе с потом и спермой. В бане стало ещё жарче.